Малышка - Яна Сокол

— Будь на связи на всякий случай, — отвечает ему Роман, так и не повернувшись в нашу сторону.

— Как всегда, — усмехается Валид. — Выйдем? — кивает он мне.

Молча следую за ним, гадая, зачем именно он меня позвал.

— Так ты теперь вместе с Савой? — вот этого вопроса я точно не ожидала.

— Что?

— Ну это… — мнется он, протягивая руку к затылку с явным намерением почесать его.

— Не трогайте рану, инфекцию занесете, — вскрикиваю я предупреждающе.

— Ладно, — согласно кивает он. — Ну так что?

Кажется, отступать он не собирается. Я вспомнила о том, что парни в части спорили на меня. Как ни странно, обиды на них у меня нет.

— А ты видишь здесь кого-то, кроме нас? — отвечаю я вопросом на вопрос. Но Валида не так легко пронять.

— Так между вами ничего нет? — спрашивает он, сложив руки на груди и вперив в меня внимательный взгляд.

Я отрицательно качаю головой, не рискуя ответить словами.

— Понял, — медленно тянет Валид, так что мне хочется спросить, что именно он понял, но вместо этого я просто прикусываю щеку изнутри.

Долго еще после его ухода пялюсь в никуда. Кажется, что своим вопросом Валид легко вскрыл мою заживающую рану. Но черт меня возьми, если позволю этому меня сломить. Тряхнув головой, чтобы отбросить от себя глупые мысли, направляюсь обратно к Роману. Он уже работает, и я, не отвлекая его, сажусь за свою работу. На данном этапе мне нужно убедиться, что я смогу стабильно получать информацию о… Валиде.

— Есть хочу как волк, — раздавшийся под ухом голос Романа наконец отвлекает меня от программы, где информация меняется каждые пять секунд. — Ну как ты? — спрашивает он, всматриваясь в данные.

— Думаю, интервал в пять секунд слишком короткий, — сообщаю я ему свои наблюдения. — Можно растянуть на тридцать секунд.

— Или даже на минуту, — усмехается Роман. — Что это за скачки? — спрашивает он, тыкая в монитор пальцем.

— Пока не знаю, — качаю я головой, — нужно попросить его вести дневник своей активности, чтобы быть уверенными в том, что именно означает тот или иной сигнал.

— Боюсь, мне будет легче бегать за ним самому, с блокнотом наперевес, — засмеялся Роман. — Ну да ладно, что-нибудь придумаем. А сейчас давай-ка обедать или, вернее будет сказать, ужинать.

Но не успели мы добраться до кухни, как телефон Романа зазвонил.

— Да.

Я направилась к выходу, не желая ему мешать.

— Я уж думал, ты про нас забыл, — усмехнулся Роман. — Да, она здесь.

Я замерла, не имея сил сделать хоть один шаг. Это он?

— Не хочешь рассказать, как там все прошло? — спрашивает Роман, подкатывая ко мне. — Понятно. Тогда и ты узнаешь обо всем, когда приедешь, — чеканит он. Смотрит на меня вопросительно. Отрицательно качаю головой, делая шаг назад.

— Она не хочет с тобой говорить, — сообщает Роман собеседнику, а потом, отодвинув телефон от уха, включает громкую связь.

Разворачиваюсь, намереваясь бежать, когда голос Савы настигает меня:

— Не чуди, дай мне с ней поговорить, — требует он у Романа, не догадываясь, что я все слышу. — Мне необходимо ее услышать, — таким тоном, что у меня дыхание перехватывает в очередной раз. От тоски. От боли. — Дай ей трубку, — настаивает Сава.

Повернувшись, встречаюсь взглядом с Романом. Он пожимает плечами.

Главное сейчас — не разрыдаться.

Глава 28

Сава

Неделя.

Прошла уже чёртова неделя с тех пор, как я крайний раз видел свою Малышку.

Я скучал. Скучал безумно. Парни уже надо мной в открытую посмеивались.

— Как меня только ни называли, — тяжко вздохнул Павел, — чего я в свой адрес только ни наслушался, — закатив глаза и выждав паузу, продолжил он, — но вот Малышкой ещё ни разу.

Парни разразились смехом после его слов, а мне оставалось только мысленно чертыхаться, хоть руки и чесались заехать ему в нос.

— Да ещё и так нежно, — не собирался угомониться этот смертник. — Ох, — захлебнулся он своими следующими словами, получив под дых от Марата. — Ты чего? — возмутился Павел, посмотрев возмущённо на друга.

— А что, тебе подходит, — парировал Марат с кривой усмешкой. — Малыш, — противным тоном протянул он, погладив Павла по руке, отчего тот, как ошпаренный, отпрыгнул от него с вытаращенными глазами.

— Сдурел? — закричал он на Марата, а тот только ещё больше оскалился.

— Тебе что-то не нравится, Малыш? — продолжил свою игру Марат.

— Придурок, — прошипел Павел, обходя Марата, как ядовитую змею.

— Ну куда же ты? — возмутился Марат. — Нужно отпраздновать твой новый позывной, — предложил Марат.

Засмеялись все, кроме Павла. В чем-то он был прав. В короткие промежутки, когда я мог поспать, я неизменно просыпался с её именем на устах. Сны замучили. Меня преследовал запах моей девочки, её стоны все ещё звучали у меня в ушах, вкус её губ ощущался на моих губах. Руки зудели, помня шелковистость её кожи. Ее смех и яростью блестящие глаза, бросающие мне вызов, который невозможно не принять, не давали покоя.

Я безумно хотел вернуться к ней.

— Что там с нашим информатором? — решил я вернуть парней и, самое главное, себя в деловое русло.

Я был им благодарен за попытку меня защитить, но сейчас я хотел одного: убрать этих ублюдков и вернуться к Малышке. Я её как минимум неделю из-под себя не выпущу, дайте только добраться. Информация, которую раскопала Кира, и даже та, что знал Роман, оказалась лишь верхушкой айсберга. Точнее, я бы сказал, что болото оказалось глубже, чем мы все могли предположить.

Очень сложная по структуре, но очень хорошо организованная сеть. И именно из-за сложности ее устройства так нелегко было обнаружить и соотнести с этой организацией события, вместе вроде бы ничем на первый взгляд не связанные.

И то, что мы вчера столкнулись с американской группой нос к носу на задании, лучше всего подтверждало, что эта сеть давно уже раскинулась за пределы нашей страны.

Сколько человек замешано в ней, неизвестно. Но во главе этой организованной и бесспорно криминальной сети стоит не только верхушка нашего Минобороны, но также и спецагенты европейских стран и их чиновники. Как уничтожить врага, у которого тысячи лиц?

Нужно узнать у Романа, знаком ли он с кем-нибудь из Штатов, кто бы помог убрать или, на худой конец, вернуть нам наших беглецов.

— Лисичкин спрятался в подвале собственного дома, — подал голос Керчь. — Никто, кроме него, туда не спускается, а значит, мы слепы и не знаем, что именно у него там. Да, это проблема. Нас может встретить неприятный