Солнечная девочка графа Майори - Светлана Назарова

— Я не знаю, что после этого будет с тобой.

Она выдохнула:

— Не важно.

— Не боишься? — в его усмешке послышалось… уважение?

Девушка решила, что ей просто показалось. Она не сдержалась от того, чтобы легко пожать плечами:

— Нет. Хоть это и звучит безрассудно.

— Это и правда безрассудно, — незнакомец смягчился, — раз ты идешь мне на встречу, я тоже пойду тебе на встречу.

— М? — она чуть наморщилась, плохо понимая, что он имеет в виду.

— Я знаю, что ты беременна, — безапелляционно выговорил мужчина.

— Ты будто видишь меня на сквозь, — она тоже невольно перешла на ты, раз уж они так разоткровенничались.

— Вижу, как и Лайт, но я сильнее.

— Тогда понятно, — она выдохнула.

— Так вот, вернемся к разговору. Ребенок твой. И если тебя не будет, он скорей всего погибнет. Даже если Элизия его примет, ему будет нужна твоя энергия.

— Ты даешь мне отсрочку? — немного удивилась Женевьева.

— Можно сказать и так. Этот ребенок мне не нужен, мне нужна только Элизия. Но я же не зверь, чтобы убивать ни в чем неповинное дитя, — собеседник был серьезен.

— Спасибо. Это не отразится на Элизии? — Женевьева снова смотрела на мужа.

Как он будет себя чувствовать, когда она уйдет? Сможет ли воспитать их дочку? Почему-то она подумала, что у них будет девочка.

Незнакомец снова усмехнулся:

— Ты больше за дочь переживаешь или за сестру?

— Дочь? — она невольно улыбнулась, — За обеих.

— Да, я уже вижу, что у тебя будет девочка, — он устало выдохнул, — по идее, я должен тебе дать пару лет, но столько я дать не могу.

— Ничего страшного, спасибо и на этом. Думаю, за дочкой приглядят и без меня, — она улыбнулась Теону, что бросил на нее очередной обеспокоенный взгляд.

— Раз Сайрот Грей назвал тебя своей внучкой, ребенка точно не оставят, — он усмехнулся и видя, что Теон все еще смотрит, продолжил, — встретимся через год на этом месте, надеюсь, ты не передумаешь.

— Я дала слово, — ответила спокойно графиня.

— Не думал, что иномирцы отвечают за свои слова, — он усмехнулся.

— В моем мире мало кто, но я стараюсь слово держать, тем более, я не могу подвести короля.

— Надеюсь на это, — мужчина снова стал серьезен, — будет лучше, если о нашем разговоре никто ничего не узнает.

— Конечно, я понимаю.

Послышалось тихое шуршание, будто собеседник удаляется, но через пару секунд графиня Майори услышала новый шорох ближе и его тихий голос:

— Ты правда ее старшая сестра?

— Сайрот сказал, что так, — подтвердила она.

— Можно тогда одну просьбу? — кажется, в его голосе засквозила какая-то надежда.

— Если она в моих силах, — Женевьева устало вдохнула, впечатлений на сегодня было уже слишком.

— Благослови наш брак с Элизией.

Просьба для девушки была неожиданной, она немного смутилась, а потом спросила:

— Она тебя любит?

— Любит, замуж за Теона она никогда не хотела. Почему ты не спрашиваешь, люблю ли я ее?

— Потому что тебе не все равно, и ты хочешь ее вернуть. Она тебе важна. А мне важно, чтобы Элизия любила тебя и была с тобой счастлива, — девушка снова смотрела в пустоту перед собой, — это ведь твой человек отвлекает сейчас Теона?

— Мой, — не стал отпираться незнакомец, — и ты сможешь так легко его отпустить?

— Кого? — не поняла Женевьева.

— Теона, — усмехнулся собеседник.

— Ты знаешь другой способ, как можно вернуть Элизию? — усмехнулась она в ответ.

— Нет, — кажется, сейчас в голосе незнакомца девушка уловила досаду.

— Вот и мне больше ничего на ум не приходит, только я и не знала, как можно было бы вернуться к себе, чтобы вернуть тело владелице, — до нее только сейчас дошло, что пожелай того Сварог, он бы вернул ее на место в ту же секунду, но почему-то этого не сделал.

Будто бы прочитав ее мысли, собеседник усмехнулся:

— Сайрот бы мог, но вместо этого он объявил при всех, что ты его внучка, и дал тебе защиту.

— Ты прав, — она подняла ладонь с живота и подцепила пальцами амулет.

— Возможно он бы и вернул тебя, если бы не ребенок, он не будет уничтожать своего потомка, — послышалось какое-то шуршание, кажется, мужчина менял свою позу.

— Так что извини, что в ее теле я, — вздохнула девушка.

— Что уж теперь, — смиренно выдохнул он, а потом внезапно добавил, — знаешь, я даже рад, что так получилось.

— М? — Женевьева была удивлена такой перемене настроения собеседника.

— Ты стала женой Теона, а значит, у меня появился шанс, что замужество Элизии на мне будет одобрено.

— Думаю, родители одобрят Ваш брак, — отозвалась девушка.

— Не уверен, — он вздохнул.

Графиня Майори помолчала, но потом ответила:

— Я не могу дать благословение тебе, — кажется, или ей послышался вздох разочарования? — но я могу дать свое благословение Элизии, если она решит им воспользоваться, когда вернется.

— Ты была бы хорошей сестрой, — она по голосу поняла, что мужчина улыбается.

— Кто знает, — она невольно улыбнулась, ей приятны были его слова, — хоть я ее и не знаю, но все равно хочу, чтобы она была счастлива.

— Значит, пожертвуешь собой ради сестры? — кажется, что собеседник до сих пор не верил, что ему удалось с ней договориться.

— Я рада, что побывала здесь и познакомилась с такими чудесными людьми, что пообщалась с Сайротом, и у меня останется дочка, мне не о чем жалеть. Может, я даже вернусь сюда когда-нибудь уже в своем обличии.

— Ты права. Ладно. Не думал, что наш с тобой разговор на столько затянется, но в итоге я рад, что мы познакомились, — он осекся, но потом непривычно добавил, — свояченица.

— Спасибо тебе, — тепло произнесла она и улыбнулась.

— За что? — удивленно спросил незнакомец.

— Мне было важно знать, что Элизия сможет вернуться.

— У тебя год, наслаждайся им, — тихо усмехнулся он и удалился.

Кусты тихо зашуршали, будто это играет просто ветер. А Женевьева поняла, что к ней уже шагает Теон. Он пересек беседку парой размашистых шагов и опустился рядом на скамью, сразу спросив:

— Как ты себя чувствуешь?

Год.

— Спасибо, уже намного лучше, — она искренне улыбнулась ему, разглядывая его лицо.

У нее есть еще год, чтобы побыть рядом с этим замечательным мужчиной.

— Ты, кажется, даже порозовела, — он внимательно разглядывал ее лицо.

И ей бы хотелось много чего ему сказать, как она ему благодарна, и что к нему чувствует.

— Устала, но свежий воздух меня взбодрил, — продолжала улыбаться Женевьева.

Но она не скажет.

— Ты не замерзла? Давай я тебя накрою, — он встал с места и снял с себя пиджак, а после накинул на плечи своей жены.

Как бы сильно ей этого не хотелось.