Как проиграть в любви - Сара Ней

Я наклоняюсь вперед, прижимаюсь ртом к ее соску, когда она стягивает трусики, руки отклоняются на юг, средний палец возвращается на прежнее место в ее киске.

Почему в сонном тумане прелюдия кажется намного ярче? И почему нет ничего лучше, чем старый добрый трах в обнимку?

Я чувствую, как рука Райан двигается по матрасу, прежде чем она захватывает мой член и начинает медленно, двигаться, подрачивая меня, пока я сосу ее сиськи и играю с ее киской.

— Я хочу кончить на твоем члене, — шепчет она, и эти слова вдыхают новую жизнь в мой член, как будто он и так не был достаточно твердым.

Мне не нужно далеко ходить, чтобы взять презерватив с ее прикроватной тумбочки, маленькая коробочка, которую она хранила там, стала на два презерватива беднее.

Зубами разрываю упаковку.

Судорожно пытаюсь надеть его, пока Райан лежит и смотрит, поглаживая рукой мою спину.

Вздрагиваю, когда ее ногти касаются моей кожи.

Я нависаю над ней, когда презерватив надет, наклоняюсь вперед, чтобы поцеловать ее, позволяя своему члену болтаться между ее раздвинутых ног. Она двигается, извиваясь бедрами, целует меня в ответ, одновременно играя с моим стволом.

Двигает им вверх и вниз по своей киске, выстраивая его так, чтобы я мог войти в нее, и мы оба стонем, когда я проникаю внутрь.

Мои руки по обе стороны от ее головы, наши рты все еще слиты, когда я начинаю неторопливо трахать ее — и почему-то поцелуй тоже медленный. Каким-то образом поцелуй кажется…

Более интимным.

Как будто мы целовались сотни раз.

Как будто мы заботимся друг о друге так, как заботятся два человека в отношениях.

Мое сердце сжимается.

Подпрыгивает.

Разорвав поцелуй, я зарываюсь лицом в ее шею, запустив одну руку в ее волосы. Удерживаю себя от того, чтобы сказать ей, что она прекрасна и это одна из лучших вещей, которые когда-либо случались со мной, — это было бы ложью, потому что это не может быть правдой. Так ведь?

Ты хочешь спать, чувак. Не открывай рот и не выставляй себя на посмешище.

Но боже, Райан так чертовски хороша, и это не только потому, что она такая чертовски тугая и влажная, а ее волосы пахнут как чертов рай. Ее кожа на ощупь как шелк, а сиськи — самое прекрасное, что я когда-либо чувствовал в своей ладони.

Ты под кайфом, мужик — держи рот на замке.

Но…

Но…

— С тобой так чертовски хорошо, детка. — Я целую ее в шею.

Райан переместила руки с середины моей спины, и теперь ладонями ласкает мою задницу.

Сонная, она тянется, целуя мои ключицы, пока я вхожу и выхожу из ее пьянящей, тугой киски.

Хотел бы я видеть ее лицо.

То есть, я вроде как могу — луна дает мне достаточно света, чтобы рассмотреть ее силуэт, но не настолько, чтобы я мог увидеть выражение ее глаз или то, как расходятся ее губы, когда я попадаю в сладкую точку.

Когда она кончает, мое лицо все еще на ее шее, ее громкие стоны вызывают на моем лице ленивую улыбку.

Надеюсь, соседи слышат ее.

Надеюсь, что соседи услышат, когда я начну толкаться сильнее.

Теперь, когда она получила свой оргазм, я могу сосредоточиться на своем: изголовье врезается в стену, ритмично бьется.

Стук…

Стук…

Стук…

Просовываю руку под ее задницу, притягиваю ее к себе, проникая глубже.

Стук…

Стук…

Надеюсь, соседи услышат это.

Надеюсь, соседи увидят, как я выйду завтра за ее дверь, совершая позорную прогулку.

Моя.

Когда кончаю, я кончаю сильнее, чем в первый раз, когда мы трахались — сильнее, чем когда она взорвала мои мозги, отсосав мой член.

Громко.

Намеренно.

А после того, как выбрасываю презерватив в мусорное ведро и возвращаюсь в постель, я хочу сделать это снова.

Глава 29

Райан

«Начать встречаться, конечно, выглядит заманчиво, но так же было с «Титаником», и посмотрите, чем это обернулось».

— Даллас Колтер

Даллас все еще здесь.

На тумбочке пищит мой телефон, и прежде чем взять его, я оглядываюсь через плечо на него, лежащего на спине, раскинувшись на моем матрасе, занимая все пространство, простыни сбились вокруг его бедер.

Прошлой ночью мы занимались сексом три раза — четыре, если считать минет, а я его не считаю.

Я смотрю на Далласа, потом на свой телефон.

Мама.

Черт.

Я не могу ответить на звонок мамы, когда лежу голая в постели рядом с парнем, с которым не встречаюсь.

У которого большие проблемы с обязательствами.

Который порвал со мной по поручению моего бывшего парня.

Моя мать будет в ярости.

Неважно, насколько она секс-позитивна, боди-позитивна и феминистка, она не хочет знать, что меня всю ночь трахал парень, который выглядит как один из братьев Хемсворт и перезванивает мне, только, когда ему нужна услуга.

Не-а, нет.

Я нажимаю «Отклонить» и отправляю ей сообщение:

«Перезвоню тебе после душа».

Душа?

Мне точно понадобится один.

Детка.

Малышка.

К третьему разу, когда мы трахались, я сбилась со счета, сколько раз Даллас называл меня деткой или малышкой, приторно-сладкие нежности соскальзывали с его языка, как мое имя.

Девушка может привыкнуть к тому, что такой парень, как Даллас, называет ее малышкой, особенно когда он погружен в нее.

О, боже, его член.

Его волшебный, великолепный член.

Мой взгляд блуждает по его средней части, той части, которую я не могу видеть, потому что мои белые простыни обернуты вокруг его талии, но мне не нужно видеть это, чтобы знать, что там скрывается — самый аппетитный член на планете.

И это говорит девушка, которая никогда целенаправленно не стремилась к использованию глубины горла. Его тело превратило меня в похотливого, жаждущего секса котенка.

Гррр.

Внезапно белая простыня, скрывающая его пенис, начинает подниматься, натягиваясь в области его члена, и я поднимаю взгляд к лицу парня.

Даллас наблюдает за мной, на его губах застыла ленивая улыбка.

— Хочешь присоединиться к вечеринке?

Я качаю головой с тихим смехом.

— Нет, мне больно. — Я больше не могу этого выносить, как бы сильно я ни хотела, чтобы он был внутри меня. Как бы мне ни нравился вид его члена.

— Тогда я, наверное, пойду отолью и прыгну в душ. — Он зевает, отбрасывая простыни. — Если ты не против.

Я киваю.

— Не против.

Когда он поднимается, я не могу оторвать взгляд от его спины.

Как у греческой статуи, каждый мускул его тела напрягается, когда парень