Улица Светлячков - Кристин Ханна

— Притормози-ка у «Севен-Илевен», — сказал Джонни с заднего сиденья. — Хочу пить. Матт, сделай там несколько прикидочных кадров. Талли, сегодня твоя очередь идти за выпивкой.

— Отлично.

Матт свернул на парковку перед мини-маркетом.

Когда они припарковались, Талли взяла общие деньги, вышла из машины и направилась к ярко освещенному магазину.

— Только не бери мне этой чертовой новой колы, — раздался в наушниках голос Джонни Райана.

Сняв с пояса рацию, Талли включила ее на передачу и сказала:

— Ты говоришь мне это каждый раз. Я ведь не идиотка.

Внутри магазина она поискала глазами холодильник с напитками и, найдя, направилась к нему вдоль аптечного отдела.

— Тут есть «геритол», — поддразнила она Джонни. — Тебе не надо?

— Тоже мне острячка, — послышался в наушниках его голос.

Смеясь, Талли потянулась к ручке холодильника и тут заметила, как на стекло надвинулась тень. Обернувшись, Талли увидела мужчину в серой горнолыжной шапочке-маске, направившего дуло пистолета на кассира.

— О, мой боже!

— Ты говоришь обо мне? — спросил шутливо Джонни. — Что ж, самое время.

Талли нащупала рычаг громкости на рации и поставила ее на минимум, прежде чем грабитель успел что-то услышать. Она повесила рацию на пояс и прикрыла ее свитером, спрятав одновременно аккумулятор.

И в этот самый момент мужчина в маске резко обернулся и оказался с Талли лицом к лицу.

— А ну, ты! На пол! — Грабитель направил оружие в потолок и для пущей убедительности нажал на курок.

— Талли! Что там, черт побери, происходит? — раздался в наушниках голос Джонни.

Талли в этот момент возилась с проводком от наушников, стараясь спрятать его под свитером. Затем она сделала погромче звук передатчика рации, надеясь, что Джонни сумеет расслышать хоть что-то.

— Кто-то пытается ограбить магазин, — прошептала она так громко, как только могла, нажимая на кнопку исходящей связи.

И услышала в наушниках:

— Черт побери! Матт, позвони девять один один и начинай снимать. Талли, сохраняй спокойствие и ложись, черт возьми, на пол. Мы можем выйти с этим в прямой эфир. Включи микрофон. Я свяжусь со станцией. Они сейчас в эфире. Стэн, ты меня слышишь?

Через несколько секунд Джонни сказал:

— О’кей, Талли. Идет трансляция на Майка. Он в эфире с десятичасовыми новостями. Твоя аудиозапись пойдет напрямую. Ты не будешь его слышать, но он слышит тебя.

Талли включила микрофон и прошептала:

— Я не знаю, Джонни, как…

— Аккуратней с микрофоном, Талли, — с тревогой проговорил Джонни. — Ты в прямом эфире. Давай.

Человек в маске, вероятно, что-то услышал, потому что он снова повернулся к Талли и наставил на нее пистолет.

— Я ведь велел тебе лечь на пол, черт побери!

Ей хватило времени произнести:

— Хватит с меня этого дерьма.

И грабитель нажал на курок.

Послышался оглушительный треск. Талли истошно завопила еще до того, как пуля ударила ее в плечо и сбила с ног. Она упала на стеллажи за своей спиной, обрушив банки и коробки, падающие на пол рядом с ней, и больно ударилась головой о линолеум.

Несколько секунд Талли лежала, пытаясь сосредоточиться, глядя прямо на флуоресцентную лампу у себя над головой.

— Талли?

В ее ухе по-прежнему звучал голос Джонни. Она медленно-медленно перекатилась на бок. Плечо отозвалось жуткой болью, но Талли стиснула зубы и продолжала двигаться. Стараясь не отрываться от пола, она доползла до конца ряда, разодрала упаковку прокладок «Котекс» и прижала одну из них к ране, от прикосновения к которой ей стало так больно, что она чуть не потеряла сознание.

— Талли, что случилось? Поговори со мной. С тобой все в порядке?

— Я здесь, — сказала Талли. — Я просто наложила… повязку на свою рану. Думаю, со мной порядок.

— Слава богу! Ты хотела бы выключить микрофон?

— Ни в коем случае.

— Хорошо. Ты в прямом эфире, помнишь? Продолжай говорить. Зрители не слышат меня. Но тебя они слышат. Это твой звездный час, девочка. И я тут и готов тебе помочь. Ты можешь описать место происшествия?

Талли согнулась. Превозмогая боль, она медленно поползла вперед, ожидая момента, когда можно будет поднять голову.

— Несколько минут назад в мини-маркет на Бейкон-Хилл вошел вооруженный мужчина и потребовал у кассира деньги. Он выстрелил один раз в воздух, чтобы дать понять, что не шутит. А второй раз он выстрелил в меня.

Талли говорила громким шепотом.

Она услышала звуки, похожие на плач. Заглянув за угол ряда, Талли увидела маленького мальчика, прижавшегося к освещенной витрине со сладостями.

— Привет, — сказала Талли, протягивая ему руку. Мальчик судорожно схватил ее и сжал так крепко, что Талли уже не могла ее отнять. — Ты кто?

— Я — Гейб. Мы пришли сюда с дедушкой. Ты видела, как этот дядька стрельнул из пистолета?

— Да. А сейчас я поищу твоего дедушку, чтобы убедиться, что с ним все в порядке. Как твоя фамилия, Гейб, и сколько тебе лет?

— Линклейтер. В июле мне исполнится семь.

— Хорошо, Гейб Линклейтер. А теперь оставайся здесь, ляг на пол и лежи тихо. И не надо больше плакать, хорошо? Ты ведь уже большой мальчик.

— Я постараюсь.

Прижав подбородок к груди, Талли тихо заговорила в микрофон. Она не была уверена, что ее слышно в эфире, но все равно продолжала говорить:

— Я обнаружила семилетнего Гейба Линклейтера в отделе с конфетами. Он пришел сюда с дедушкой, которого я сейчас пытаюсь разыскать. Я слышу, как вооруженный мужчина у кассы угрожает кассиру. Скажите полиции, что грабитель один.

Талли свернула за угол и увидела пожилого мужчину, сидящего на полу со скрещенными ногами. В руках мужчина держал пакет с собачьим кормом.

— Вы дедушка Гейба? — прошептала Талли.

— С ним все в порядке?

— Немного напуган, но цел. Он в отделе сладостей. Что вы видели?

— Грабитель подъехал на синей машине. Я видел его в окно. — Старик взглянул на плечо Талли. — Может быть, вам лучше…

— Я постараюсь подобраться ближе.

Талли снова прижала прокладку к ране, поморщилась от боли и подождала, пока пройдет подступившая дурнота. На этот раз на руке ее осталась кровь. Не обращая внимания, Талли снова заговорила с невидимым ведущим прямого эфира:

— Судя по всему, Майк, грабитель приехал на синей машине, которая, видимо, припаркована у одной из витрин. Я рада сообщить, что с дедушкой Гейба тоже все в порядке. Он жив и невредим. А теперь я попытаюсь вернуться к кассе. Я слышу, как вооруженный мужчина кричит, что денег должно быть гораздо больше. А кассир отвечает ему, что не может открыть сейф. Я вижу отсветы мигалок за пределами магазина. Видимо, подъехала полиция. Они светят прожекторами внутрь магазина и предлагают грабителю выйти с поднятыми руками. — Талли отползла к рекламному стенду, на котором Мэри-Лу Реттон поглощала хлопья «Уитиз».