Без памяти - Алекс Джиллиан

Достав из кармана фамильный перстень, я без тени сомнений беру тонкую кисть и надеваю его на безымянный палец. Он немного великоват, но это легко исправить. Для церемонии можно оставить и так.

— Завтра, — склонившись над спящей девушкой, тихо шепчу я, мягко касаясь ее губ своими. Сердце пропускает удар, когда она вдруг распахивает глаза и пристальным, полностью осознанным взглядом смотрит на меня.

— Что случится завтра, Леон?

Глава 16

Алатея

Каждая девочка мечтает о пышной свадьбе, но я всегда была исключением. Наверное, это связано с тем, что я всегда знала: на моем празднике не будет много гостей. В этот день, мне важно видеть маму, ощущать ее поддержку и тепло, поскольку именно она стала тем человеком, который купил мне «счастливый билет» в жизнь, а день, когда она отдала меня в акробатику, стал решающим в моей жизни.

Мама…, где ты, что с тобой? Жива ли ты? Одному богу известно, в каких условиях тебя содержат эти звери и нелюди, относящие себя к верхушке пирамиды власти. Сердце не на месте, как только представляю себе душераздирающие картины того, где ты. Помнишь ли ты меня сейчас?

Сейчас, когда я не знаю, где ты, я еще больше чувствую себя виноватой перед тобой. Любимыми путями я должна достать для тебя лекарство, вернуть тебя к жизни. Нас обоих. И забыть бы об этом, как страшный сон…включая игры олигархов, для которых, мы — лишь пешки на шахматной доске.

Я хочу вернуться к гастролям, хочу знать, что ты в порядке, и сделать все, чтобы довести начатое до конца — найти для тебя лекарство, что было обещано мне незнакомцем, внезапно ворвавшимся в мою жизнь.

Я вспомнила многое. Но не все, не до конца. И все еще до конца не уверена в каждом из образов, что проникают в мою голову.

К слову, я начинаю очень скучать по масштабным тренировкам и выступлениям. У меня есть страх, что я все забуду, разучусь выступать, и меня «спишут», как ненужную артистку, утратившую навыки.

Когда все закончится…, мне бы хотелось вернуться к сцене. Я и цирковые представления — неделимы. Для меня нет судьбы хуже, чем стать домохозяйкой и сидеть дома, а совместная жизнь с Леоном означает именно это.

Быть его рабыней и шлюхой — не предел моих мечтаний. И он четко обозначил вчера свое истинное отношение ко мне. За что я ему благодарна, ведь это поможет мне уничтожить его без огромных мук совести.

Рано утром мы вылетаем на вертолете к озеру Комо. Почти не разговариваем с Леоном — осадок, после вчерашнего, еще силен, и, честно говоря, мне даже смотреть на него больно. В груди саднит, ведь каждое его вчерашнее слово прошлось по моему сердцу точеным скальпелем.

«Моя жена. Единственная, кого я когда-либо любил. Единственная, ради кого я похороню этот никчемный мир. Не смей больше произносит ее имя своим грязным ртом. Не смей даже думать, что можешь сравниться с моей Ми. Ты ничто, пустое место, жалкая бесполезная подделка…», — его слова отскакивают от стен моего сознания, причиняя все больше и больше боли, возрастающей в геометрической прогрессии.

То, что Леон обнимал меня всю ночь, упираясь губами в мою шею так, словно не мог надышаться моим запахом, едва ли забирает обратно слова, произнесенные в искреннем и отчаянном порыве.

Я — никто для него. Лишь копия Эмили, подделка его невероятной жены, способная подарить ему забвение, облегчение, иллюзию счастья, но лишь на короткий срок. И я рада, что вчерашний диалог состоялся. Поскольку, мои постепенно возвращающиеся ко мне воспоминания, привносят адекватность в происходящее, делают меня хладнокровной женщиной, а не наивной девочкой, по уши втюрившейся в манипулятора, который охрененно трахается.

Поэтому, красивая, невероятно романтичная и даже сказочная локация, где проходит заключение нашего брака, не производит на меня никакого впечатления.

Вилла Балбьянелло, расположенная на берегу Комо, выглядит как королевский дворец: ее белоснежные стены и изящные колонны являются олицетворением стиля «унаследованных денег». С террасы виллы открывается великолепный вид на зыбкие воды озера и утопающие в зелени, горы. Запахи цветов, шепот ветра, пение птиц…все это должно дарить мне спокойствие, гармонию и умиротворение, но внутри себя я чувствую так, словно направляюсь на эшафот.

Я не удивлена, что Леон выбрал именно это место для бракосочетания. Здесь словно время остановилось. Безупречная красота озера Комо переносит меня в другую эпоху, а фамильный перстень Голденштернов на моем пальце и вовсе заставляет забыть о том, что сейчас двадцать первый век.

Все происходит словно в тумане. Вот меня упаковывают в нежное свадебное платье, наносят макияж, постоянно щекоча лицо разными кисточками. Вот я выхожу к алтарю в зеленеющем саду. Гостей нет, только многочисленная охрана — свадьба моей мечты, мать его. Зато вид красивый. Но он не способен залатать дыру в моей душе, что разрастается с каждым новым шагом навстречу к Леону.

Я смотрю в его серебристые глаза, пока он держит меня за руки. Стараюсь расфокусировать взор, лишь бы не видеть его, не залипать. Не вспоминать хорошие и сладкие моменты, глядя в эти пристальные зеркала, где вижу свое отражение. Зачем он так смотрит? Зачем? Смотрит так, словно я — единственная девушка на земле…

Теперь понятно, почему.

Он смотрит на меня, а видит Эмили. Он трахает не меня, а Эмили. И даже ночью за руку он держит ее, Эмили! Свою ненаглядную Ми! Свой непревзойденный шедевр! И даже на картинах его, не я, а Эмили!

Черт подери, это так больно, что невозможно дышать.

Быть заменой. Быть тенью. Быть отблеском чьей-то яркой жизни…

Скоротечное скрепление нашего союза плавно переходит в совместный завтрак. Я даже не хочу уточнять, каким образом мы законно заключили брак — думаю, для Леона нет ничего невозможного, и плевать, какое у меня гражданство. Работу с документами за него выполняют люди, а все детали — вопрос денег. Медленно пережевывая пищу, я все еще пытаюсь осознать, что происходит.

А происходит главное: Леон лгал мне все это время, пока я находилась в гребаном бункере. Он намеренно оплетал меня паутиной своей виртуозной лжи, якобы для того, чтобы самому выяснить правду. Вчерашний диалог показал, что я не имею для него никакой ценности. А учитывая то, что он хотел меня убить однажды… ничто не помешает ему прихлопнуть меня во второй раз.

Моя задача: