Старшая жена. Любовь после измены - Лия Султан

- Спасибо!

- Мы хотели чаю попить, но если честно, я после работы проголодался. Давай поужинаем? - он как-то по-детски спрятал руки в карманы черной кожанки.

-Давай. Если честно, я тоже очень хочу есть, - и снова я не удержалась от улыбки.

Улица Панфилова в самом сердце города несколько лет назад стала прогулочной. Она начинается с театра оперы и упирается в Арбат. По разным сторонам улицы находятся рестораны и кафе на любой вкус. Сюда же вечером выходят уличные музыканты: кто-то играет на гитаре, кто-то скрипке, а кто-то на домбре. Горожане очень любят это место за красоту, атмосферу и дух старого города. Некоторые любят сравнивать Улицу Панфилова с барселонской Рамблой. Соглашусь, пожалуй.

Вскоре мы устраиваемся за столиком в милом, небольшом кафе. Официант забирает букет и ставит его в вазу. Делаю себе в голове пометку – не забыть забрать цветы и придумать потом историю для дочерей, как они у меня оказались.

- Как дочка? – интересуется Арсен.

- Намного лучше. Она давно так не болела.

- Бывает. Хорошо, что вовремя начали лечение. А то с пневмонией было бы сложнее.

- Даа, я болела ковидом. Помню, как это ужасно.

- Не говори. Как вспомню эту пандемию…- качает он головой.

- Ты ведь был на передовой. Тяжело было?

- Жутко. У меня отец сильно заболел. Но не в первую волну, а позже. Был на ИВЛ.

- Как страшно. Но все хорошо?

- О да, - неожиданно усмехается он, - Когда его увозили на скорой, мама ему пригрозила, чтобы он не умирал, потому что она его и на том свете достанет. Мы сейчас шутим, что он просто испугался.

Я начала глупо моргаю глазами, а потом заливаюсь смехом.

- Как мило! Давно они вместе?

- Ну получается, - Арсен задумывается, - 45 лет. Трое детей: старший брат, я и сестра.

- Здорово! Мне всегда хотелось сестру или брата, - говорю я, а потом добавляю, - Родных.

- А есть сводные?

- Да, по отцу. Но мы не общаемся. У папы вторая семья, а мам умерла, когда я училась в универе.

- Мне жаль, - искреннее шепчет Арсен.

- Да, все хорошо, - убираю прядь за ухо. – Лучше расскажи о своей семье.

Мы с Арсеном говорим, не замолкая. Между нами не возникает неловких пауз, одна тема плавно перетекает в другую, мы смеемся и задаем друг другу вопросы. И мне невероятно интересно его слушать, вникать в то, что он говорит, следить за его реакцией, когда говорю я. Он – второй мужчина, с которым я пошла на свидание. Первым был, разумеется, бывший муж.

Я не замечаю, как проходит два часа, и с легкой тоской понимаю, что хотела бы поговорить с Арсеном еще, но мне пора домой, к Лауре. Мой доктор (и мне неожиданно нравится так его называть) подвозит меня до дома, глушит двигатель и первым выходит на улицу. Он открывает пассажирскую дверь и протягивает руку. Бах! И какая-то невидимая сила пропускает мощный электрический разряд по венам. Мое сердце на секунду останавливается и запускается снова, будто поработали дефибриллятором. Я думала, что уже не смогу почувствовать этого, но ошиблась. И он, я уверена, секунду назад ощутил тоже самое. А потом случилось то, чего я совсем не ожидала. Арсен оказывается катастрофически близко и касается губами моей щеки. В этот миг в душе моей словно расцветает цветок нежности. Он совсем не похож на прежний, который я много лет назад подарила Рустаму. Тот поблек и завял навсегда. А этот – новый, яркий, душистый и все же такой уязвимый.

- Арсен, - шепчу я неуверенно. В свете фонаря он кажется загадочным и притягательным.

- Айлин, прости, - отвечает он. Между нами ничтожные сантиметры, но и они постепенно стираются. – Но ты мне нравишься. Очень.

На дворе холодный октябрьский вечер. Но от его горячего дыхания мне становится невыносимо жарко. Секунды падают в черную дыру времени. Арсен делает шаг и целует меня медленно и нежно, обнимая за талию. Его губы и руки дарят ощущение полета и спокойствия, которое я совсем позабыла. И вот уже я уверенно обвиваю руками его шею, поглаживаю ее и понимаю, что моя робость растворилась под его напором.

- Неожиданно, - все, что могу сказать, когда он отстраняется. – Как говорится, ничего не предвещало.

- Мне нравится твое чувство юмора, - улыбается и гладит по волосам.

- Спасибо тебе за чудесный вечер, - смотрю в его красивые черные глаза, и тело моментально реагирует на то, как он смотрит в ответ.

- И тебе, - я поворачиваюсь, чтобы уйти, но он ловит мою ладонь - Я позвоню?

- Конечно.

Арсен отпускает меня, и через несколько секунд я захожу в подъезд.

Дома первым делом снимаю туфли и плащ, а затем иду в комнату девочек. Лаура сидит на кровати и что-то увлеченно строчит в телефоне .

- Привет, зайка!

- Привет, мам. Как посидели с девчонками?

- Классно. А ты что делала? – прохожу и сажусь рядом с ней на кровать.

- Так папа заезжал. Удивился, что тебя нет. Он где-то за десять минут до тебя ушел.

- Да? – удивленно вскидываю бровь. – А я его не видела.

- Ну значит уехал, - пожимает плечами дочка.

- И как пообщались?

- Нормально, - вздыхает она, - как всегда.

-Уже хоть что-то. Ладно, пойду переоденусь, - глажу дочь по коленкам и она расплывается в улыбке.

В комнате долго смотрю на себя в зеркало и ловлю вроде бы невидимые и невесомые, но все-таки изменения во внешности. Глаза блестят, щеки пылают, а сердце еще сильнее бьется, когда я вспоминаю наш с Арсеном поцелуй. Веду себя как школьница, на которую обратил внимания самый популярный мальчик в классе. Надо же, получается и в 37 можно чувствовать себя восторженной глупой девчонкой.

Глава 27

Арсен

От ворот Центрального кладбища – самого старого в Алматы – до могилы Веры нужно было идти добрых 15 минут. Его жену похоронили рядом с ее бабушкой, и то Арсену пришлось подключать все свои связи, потому что здесь уже давно не хоронят – мест нет. Дорогу к Вере за пять лет он уже выучил настолько хорошо, что нашел бы закрытыми глазами. Вот и сейчас, не замечая никого вокруг и думая о своем, Арсен