Мужья в подарок - Ирина Горячева

Я должна была что-то придумать. Ведь если Первый Правитель мёртв, значит…

Стоп!

— Мальчики, вообще-то, нас не убьют. — Я покосилась на мужей. И почему эта мысль не пришла мне в голову намного раньше? — Нас никто даже пальцем не тронет, если один из вас займёт освободившееся место Первого Правителя. Оно ведь ваше по праву рождения. И вы выполнили условие Совета. Никто из высших в Совете рта не раскроет и не посмеет вам возразить.

Я чувствовала, как довольная улыбка расползается по моим губам.

Братья Тесорей дружно задумались над моими словами. А спустя пару минут Касаэль почесал ухо, улыбнулся и выдал:

— А ведь Линара права, чёрт возьми! — Он окинул братьев таким взглядом, словно мы вчетвером уже победили всех врагов. — Кто из вас помнит, что сказано в законе Эрхейма на этот счёт?

— Закон Эрхейма гласит, что в случае смерти Первого Правителя, его место занимает следующий по счёту Правитель, — прищурившись, процитировал Том. — Первым Правителем автоматически становится Второй Правитель.

— Угу, — кивнул Касаэль, скривив свои красивые губы в едкой ухмылке. — Но только лишь в том случае, если прежний Первый Правитель не оставил наследника.

Том и я одновременно моргнули.

— Хочешь сказать, что трон Первого Правителя…

— Принадлежит его прямому наследнику. — Кас даже не пытался скрыть нотки удовлетворения в голосе. — Мораэлю. Сыну, которого он сам же и признал перед смертью.

— Нашему Мораэлю? — Я в шоке смотрела на мужей и хлопала ресницами, как кукла. — Вот это новость!

— Мне? — Мор, похоже, разделял мои ощущения и был тоже слегка ошарашен известием о своём повышении в статусе.

— Тебе, братец. Тебе, — ухмыльнулся Касаэль. — Ты ведь теперь контролируешь стихию даркоса. Уверен, ни одна сволочь в Совете не усомнится в том, что ты сын Моринэля Лиорея.

— Моим отцом был и останется Симаэль Тесорей, а не этот… И мне не нужен трон Эрхейма! — Мор взмахнул рукой и решительно разрубил воздух ребром ладони. — Я хочу остаться на Земле рядом с Линой и… — Он осёкся и резко замолк, кажется, едва не сболтнув братьям нашу с ним общую тайну. Тайну будущего отцовства. — И вообще быть Правителем не для меня.

— Это необходимо, Мор. Лина права. По крайней мере сейчас только ты сможешь занять трон, — поддержал Каса Томаэль. — По закону через полгода ты сможешь назначить преемника. При желании, разумеется.

Мор слушал брата, а смотрел на меня. Как будто ждал именно моего одобрения или запрета.

— Что ж, в общем-то, я с Томом согласна. — Не поддержать идею мужей, означало лишиться идеальной, законной возможности попасть в покои Первого Правителя и найти тайный проход в последнее убежище их отца.

— Хорошо, Линара. — Мор обречённо кивнул. — Если ты хочешь, пусть будет так!

Он резко взмахнул рукой, очерчивая нас четверых тонким огненным кольцом. А в следующее мгновение мы провалились в портал, выбросивший нас прямиком перед покоями бывшего Первого Правителя.

У дверей стояли двое стражников. При нашем внезапном появлении они мгновенно наставили на нас оружие. Должно быть, весть о смерти Первого Правителя уже дошла до остальных ансуров Совета.

От неожиданности я немного растерялась и отступила за спины мужей.

К счастью, с нами был Мораэль. И в отличие от меня он знал, что делать.

— Прочь с дороги! — Зловеще сверкнув глазами, Мор шагнул вперёд и одним движением отшвырнул обоих охранников. — Моринэль Лиорей был моим отцом. Теперь он мёртв. Отныне это мои покои. Склонитесь перед вашим новым Первым Правителем!

Стражники, едва успевшие оправиться от шока и от заявлений Мораэля, мучились в сомнениях недолго. Оба склонили головы, преклонили колени и в дружном порыве гаркнули так, что у меня на миг заложило уши.

— Да здравствует Первый Правитель Эрхейма!

Глава 33. Тайник

Лина

Миновав стражу, мы беспрепятственно прошли в покои Первого Правителя. Теперь, не считая парочки формальных условий, они по праву принадлежали Мораэлю.

О том, что внутри кто-то будет, или что стража рискнёт позвать кого-нибудь из членов Совета, мы не переживали. Как не боялись и внезапного визита непрошеных гостей.

Комната была вполне уютной, большой и светлой. Она совсем не соответствовала тому, что мне приснилось.

— Идёмте. Нам туда. — Том, показав нам всем пример, направился к одной из внутренних дверей покоев. — Не знаю, что там сейчас, но раньше был кабинет отца.

— Да. Только как мы туда попадём? — одёрнул брата Касаэль. — Думаешь, Первый мудак Эрхейма специально для нас держал кабинет открытым?

Томаэль, надо отдать ему должное, никак не отреагировал на провокацию брата. Молча приблизился к двери. По обе стороны от неё в стену были ввинчены два светильника довольно причудливой формы. Мне они напоминали две подвешенные на золотых цепях древние амфоры. Вроде тех, что можно было увидеть в столичном Музее Древностей на Земле.

Перед дверью Томаэль остановился и теперь внимательно рассматривал оба светильника. Сначала один. Затем другой.

— Осторожно! — вскрикнула я, глядя, как старший из братьев Тесорей вдруг всей пятернёй обхватил цепь и дёрнул её. — Том, что ты делаешь?

Ответить муж не успел. Громкий звонкий щелчок прозвучал на всю комнату. Наверное, он был услышан даже стражниками, стоявшими снаружи и охранявшими покои Первого Правителя.

Когда отзвук щелчка затих, я услышала негромкий скрежет. Как будто кто-то двигал камнем по металлу. А ровно через мгновение как по волшебству открылась дверь в кабинет.

— Добро пожаловать в святая святых Правителя Эрхейма. — Пропуская меня, Томаэль с шутливым поклоном указал на образовавшийся перед нами проход. — Жёны вперёд!

— Так вот где высшие ансуры творят историю вашей планеты, — хмыкнула я тихонько и осторожно переступила порог кабинета.

— Да-ф уж, — протянул Касаэль, шагнув следом за мной. — И, похоже, не только нашей.

— Ну, что, Лина, эта комната тебе снилась? — почему-то шёпотом поинтересовался Мораэль.

Я оглянулась, как полагается, сперва на любимого мужа, затем обвела взглядом комнату.

Ошибки быть не могло. Внутри всё выглядело в точности, как в моём сне.

В кабинете царил полумрак из-за того, что совсем не было окон. Из мебели только стол, кресло и большой массивный секретер.

На дальней стене напротив стола висел красивый карниз в виде ветки с листочками. А на нём держалась портьера из двух полотнищ тяжёлого тёмно-синего бархата. Сейчас обе половины были задвинуты. Но я чувствовала, что именно там, за ней находилась огромная картина. Портрет красивой женщины с ребёнком на руках.

— Лина… — На плечо легла тёплая ладонь Мораэля. Моё имя, сорвавшееся с его губ, заставило вернуться из воспоминаний в реальность. —