Брачные сети для ректора, или Спасайся, последний дракон - Сима Гольдман

Соседка по комнате рассмеялась и снова обняла меня.

— Но к Расту не приставай и вообще, он предложил мне поехать с ним на каникулы к отцу, чтобы познакомить, — поделилась и она радостной новостью. — Думаешь, стоит?

О, еще бы!

— Так сразу на ровном месте? Сомневаюсь, что он позвал бы тебя просто так? Признавайся, вы уже встречаетесь?

— Встречаемся? Да, конечно, по утрам и на переменах между парами, иногда гуляем после занятий. Он так сильно переменился после возвращения от отца. Сказал, что познакомился с новой госпожой Грантербер и она ему понравилась, — призналась Дафина, а я почувствовала нотки сомнения в ее словах.

Неужели эта маленькая девушка со стальным характером была столь неуверенной в себе, что не могла поверить в то, что парень, который ей нравился долгое время наконец обратил на нее внимание? Хотя, признаться, я и сама была крайне неуверенной в себе, но это способна излечить только любовь и внимание, тогда у нас отрастают крылья уверенности.

— Не переживай, жена профессора, по словам Аргейла, сущий одуванчик, тем более по уши влюблена в своего мужа, поэтому не стоит тебе даже думать об этом, — посоветовала я девушке, поднимаясь с места, и начав собирать остатки вещей.

Разговоры — это, конечно, хорошо, но я вспомнила, что впереди меня ждал серьезный разговор с Барнс. Я даже не представляла, о чем с ней можно было говорить. Она хотела невозможного. Получить чешую моего дракона я ей не позволю, тем более, что и сама решила остаться.

Меня переполняли эмоции: радость, предвкушение и жуткий страх, что мы совершили ошибку. А что, если Аргейл так и не поверит в нашу любовь?

52

Ксандр Аргейл

В своей чистоте помыслов Анна была неподражаема. Редко можно было встретить женщину, готовую рискнуть всем ради любви. Она верила в чудеса и несмотря на колючий характер была преданной и заботливой, не боялась трудностей и смело шагала в неизвестность.

Мой поступок был спонтанной импровизацией и своеобразной проверкой на прочность. Пусть и нечестной. Девушка не просто выдержала, пожалев и глупого Финна и своих знакомых из таверны, но и защищала их. Я был уверен, что ради меня она перероет весь континент и доберется до наших земель, если однажды я решусь покинуть ее. Но в этом не было необходимости. Обособленное мужское драконье общество ждали рано или поздно перемены, так пусть я окажусь первым из всех, кто отважился не просто оставить разбитое женское сердце, а все свое прошлое и род позади.

Но сегодня ночью были другие дела. Нужно было проверить, что конкретно знала Барнс и требуется ли зачистка. Пока Анна занята своими соборами, у меня было время все провернуть.

Я открыл верхний ящик стола. Металл сверкнул в отблесках лунного света. Это был крайний случай. Мне никогда не доставляла удовольствия мысль, что наша тайна стоит чьей-то жизни, но по-другому было никак не сохранить клан.

Идея Анны мне понравилась, но главное, чтобы парни, пришедшие с родины, об этом молчали. Впереди жену ждал достаточно неприятный сюрприз, когда мне придется покинуть ее на некоторое время, чтобы сообщить об этом своим сородичам. Тащить ее в горы было слишком рискованно. Уж там-то ее точно не ждало ничего хорошего. Жизнь среди драконов была невозможна для людей, тем более там исключительно мужской мир, в котором нет места женщинам. Хотя сдавалось мне, что каждый из них частенько выбирался, чтобы поселить в одном из домиков предгорного района свою любовницу, или даже, возможно, обрести ее в ближайшем поселении.

— О, ты вернулся! — громко произнес Эрик, входя в кабинет.

— Не слышал твоего стука, — я задвинул ящик и взглянул на друга.

От него ничего нельзя было скрыть, кроме моего происхождения. Хотя, сдавалось мне, что он догадывался обо всем. Взять хотя бы ритуал по сотворению "зеркала", я был в шаге от прокола, счастье, что дракон внутри меня не прорвался сквозь оболочку. Я бы не смог убить собственного единственного друга, а исключений быть не могло.

— Я не стучал, — пожал плечами Эрик. — Мы с Витори вернулись и хотим пригласить тебя на ужин.

— Неожиданно. Наше с ней знакомство началось не с той ноты, — я вспомнил, встречу с самой госпожой Грантербер.

Мила. Красива. Остроумна. Все в ней было идеально, кроме одного, при виде ее я смотрел просто на красивую молодую женщину, а глядя на Анну мое сердце замирало, губы горели, желая поцеловать, а руки чесались придушить.

— И наша семья жаждет это исправить, — с намеком произнес друг. — Возможно, ты хотел бы взять свою миленькую подружку в компанию, чтобы не чувствовать себя одиноким?

А это было точное попадание в цель.

— Моя миленькая, но зубастая подружка сегодня днем стала моей женой, — признался я, поднимаясь со своего места, чтобы достать бокалы и отметить это.

Эрик взял стакан и приподнял его в тосте:

— Терпения твоей маленькой жене, оно ей пригодится, — он подмигнул мне и опрокинул терпкую жидкость внутрь. — Крепкий, зараза.

Я поморщился и повторил за другом. Он был прав. Характер у меня не сахарный, но Анна с ним легко справлялась до сих пор и даже с порывом моего безумства.

— Ты все еще не хочешь занять место ректора?

— О, нет у меня совершенно иные планы. Король предложил вернуться на службу, а отец просит заняться поместьем, потому что сам собрался к Йоргам. Душа потянула старика на приключения.

Я рассмеялся. Мне уже доводилось не раз общаться с графом и сначала для него стало ударом, когда сын отрекся от наследства уйдя на службу к отчиму, а затем, когда бросил службу ради преподавания. Боюсь, что таких "качелей" вновь ему не выдержать.

— Может, не стоило бы его отпускать? Глядишь и мачеху новую в дом приведет. Я слышал девушки у Йоргов раскованные и достаточно любвеобильные — не сердца прямо, а общежития.

— Тогда той девушке очень сильно не повезет. Если у нас с тобой своеобразные характеры, то у отца и вовсе деспотичный характер, а уж его упрямство не переплюнуть никому.

То же самое я мог бы сказать и об Анне про упрямство.

— Ты счастлив? — вдруг спросил я у друга.

Мне было интересно, как свободолюбивый Грантербер позволил связать себя по рукам и ногам