Моя сладкая певчая птичка - Сейбр Роуз

— Но как же Эверли? — Спрашивает она.

Я больше не могу сопротивляться и притягиваю её к себе, прижимаясь губами к её губам, как будто в них заключена суть самой жизни. Её пальцы нежно перебирают мои волосы, притягивая меня ближе, отвечая на все мои молитвы одним простым движением. Я осознаю своё окружение, улавливаю малейшие звуки, предупреждающие о приближении кого-то, но в то же время я мечтаю о том дне, когда смогу поцеловать её без страха. Когда я смогу упасть к её ногам и раствориться в ней. Когда мы сможем слиться друг с другом, не беспокоясь о возмездии. Если она согласится.

Но сейчас я должен остановиться. С трудом оторвавшись от неё, я переплетаю свои пальцы с её и веду её обратно по коридору, зная, что Старший ждёт меня.

— Я вернусь за тобой вечером, хорошо? Я постараюсь добраться до тебя раньше, чем он. Только никому не говори ни слова.

Она смеётся, и именно тогда я понимаю, какие слова я произнёс.

— Не беспокойся, у меня это хорошо получается.

Я оглядываюсь назад, когда она ослепительно улыбается, и на мгновение представляю, каково было бы быть с ней без этого адского беспорядка, когда она будет смотреть на меня и улыбаться без слёз. В глубине её глаз не будет таиться грусть. И я буду тем, кто будет вызывать только её улыбку.

Затем она добавляет:

— Ты хорошо меня обучил.

Волшебство рассеялось. Иллюзия исчезла. Я поворачиваюсь к ней и беру её лицо в свои ладони, стараясь, чтобы мой взгляд выражал искренность и силу.

— Я никогда не смогу простить себя за то, что сделал. Никогда. И я знаю, что никогда не смогу искупить свою вину перед тобой, но я надеюсь, что смогу подарить тебе свободу.

Свобода… Как будто это то, что я могу ей дать, а не то, что должно принадлежать ей просто потому, что она есть. Это представление о мире глубоко укоренилось во мне. Я верю, что каким-то образом смогу дать ей то, чего у неё никогда не должны были отнимать. Я провожу руками по лицу.

— Что случилось? — Спрашивает она.

— Ничего страшного. — Я пытаюсь успокоить её, улыбаясь, и снова беру за руку, ведя в другую запертую комнату. — Просто подожди меня, хорошо? Подожди здесь. Я приду за тобой.

Она снова улыбается, но на этот раз в её улыбке сквозит грусть.

— Как будто у меня есть выбор.

ГЛАВА 28

РАЙКЕР

— Где ты был?

Голос Старшего звучит так же отрывисто и грубо, как и по телефону. Я занимаю своё место перед ним, заложив руки за спину и расставив ноги, словно солдат, готовый к выполнению приказа.

— Меня отвлекла просьба Катрины, сэр. Приношу свои извинения.

Он раздражённо фыркает и прищуривает глаза.

— Чего она хотела?

— Чтобы я проводил девушку Джуниора в ваши комнаты.

Глаза старшего сужаются ещё больше, брови сходятся на переносице. Он открывает рот, словно хочет что-то сказать, но затем передумывает и резко закрывает его, качая головой. Встав со стула, он обходит стол и опирается на него, скрестив ноги в лодыжках, с любопытством глядя на меня. В его взгляде есть что-то такое, от чего мне становится не по себе, и я переминаюсь с ноги на ногу, не понимая, зачем он меня сюда позвал.

— Ты счастлив, Райкер?

Я морщу лоб в замешательстве.

— Да, сэр, — отвечаю я, не зная, что ещё сказать.

— Мне кажется, Ты испытываешь некоторое недовольство своим положением здесь, не так ли?

— Нет, сэр. Нисколько. Я что-то сделал, чтобы произвести на вас такое впечатление?

Старший ещё больше отклоняется назад, его голова медленно наклоняется из стороны в сторону. Молчание становится неловким, но я знаю его игры. Я понимаю, что ему нравится заставлять людей нервничать в надежде, что они выплеснут своё скрытое чувство вины. Мы играем в игру: кто дольше выдержит молчание? В конце концов, я побеждаю, и Старший смягчается.

— Ничего особенного, — говорит он. — Просто общее… — Он машет рукой перед грудью, словно пытаясь подобрать нужное слово. — Общее ощущение, можно сказать. — Поднимаясь из-за стола, он возвращается на своё место. — Входи! — Кричит он в пустую комнату.

Дверь распахивается, и Эверли бросается в мои объятия. Моё сердце замирает. Что она здесь делает?

— Ты можешь в это поверить! — Восклицает Эверли. — Он снова прилетел за мной на вертолёте! Он сказал, что несправедливо, что я пропускаю вечеринку Джуниора только потому, что я в школе, и он прислал за мной вертолёт, чтобы я могла приехать. Разве это не мило с его стороны?

Она крепко обнимает меня, и Старший встречается со мной взглядом поверх её головы.

— Он сказал, что тебе сегодня вечером нужно работать, и это так раздражает, но я собираюсь повеселиться. Старший даже сказал, что я могу выпить пару бокалов вина сегодня вечером. — Она хихикает и снова обнимает меня, но тут же отстраняется и хмуро смотрит на меня. — В чём дело? Ты не рад меня видеть?

Я натягиваю улыбку, мой взгляд мечется между вызывающим взглядом Старшего и возбуждённым блеском в глазах Эверли.

— Конечно, я просто немного удивлён, увидев тебя, вот и всё. Я понятия не имел, что ты собираешься прийти сегодня вечером.

Старший снова поднимается из-за стола и обходит его, чтобы обнять Эверли.

— Я подумал, что ей будет полезно ненадолго вернуться домой, как ты думаешь, Райкер? Убедись, что она помнит, кто те люди, которые любят её. Те, кто защищает её и присматривает за ней.

Эверли смеётся.

— Как будто я когда-нибудь смогу забыть. Вы дали мне всё, мистер Аттертон. Я никогда не смогу отплатить вам за вашу доброту. Она говорит правильные слова для человека, который никогда не сталкивался с тёмной стороной семьи. Она не имеет представления об их криминальных связях. Она не знает, что есть девочки, всего на несколько лет старше её, запертые в комнатах, готовые быть проданными тому, кто больше заплатит, и с ними будут делать всё, что захотят.

— Я даже купил тебе красивое вечернее платье.

Глаза Эверли округляются, и она обхватывает подбородок руками.

— Красивое платье для красивой девушки.

Старший пристально смотрит на меня, произнося эти слова, и я чувствую, как внутри всё сжимается от страха. Мои планы на вечер начинают рушиться.

Он нежно берет Эверли за руку:

— У тебя будет достаточно времени, чтобы встретиться с Райкером завтра. А теперь