Спасение грешника - Кайли Кент

Я смирилась с этим. С ним. Я ненавижу то, что он сделал, но не могу заставить себя ненавидеть его. Я просто должна помнить, что он сделал, как он ушел, даже не оглянувшись. Мне больше не будет так больно.

Теперь, когда я вернулась в Мельбурн, я уверена, что совсем скоро мы с ним встретимся. Особенно учитывая, что в следующем месяце начнутся занятия. Я готова к этому... думаю. Не то чтобы он пытался со мной заговорить или что-то в этом роде. Он будет делать то, что делал весь прошлый год. Игнорировать меня.

— Хорошо, все готово, — говорит мне девушка за стойкой в отделе обслуживания студентов, вырывая меня из раздумий.

— Спасибо. — Я беру конверт, полный бесполезной информации, которая мне, скорее всего, не понадобится.

До начала занятий еще целый месяц. Я вернулась в Мельбурн к родителям. Месяц назад они оба приехали в Сидней, чтобы сообщить мне, что разводятся. Я не спросила почему, а они не объяснили причину. Это был шок. Я искренне считала, что отношения моих родителей довольно крепкие. И только два дня назад, когда я приехала домой, чтобы побыть с мамой, я узнала, что отец изменил ей со своей секретаршей.

Моя мама была в слезах. Она все еще пытается смириться со всем происходящим. Я же просто была зла. Так зла, что мой отец так поступил с ней. Почему он так поступил? Я хочу спросить его. У меня так много вопросов, но я не могу заставить себя задать их. Я не хочу оказаться в центре развода моих родителей и не хочу принимать чью-либо сторону.

Хотя сейчас я нахожусь рядом с мамой. Она в отчаянии и нуждается во мне больше, чем папа. Когда я видела его вчера, он выглядел изможденным и напряженным, но сказал, что с ним все в порядке. К счастью, когда я пришла к нему в офис, у него уже был новый ассистент – мужчина. Не знаю, что бы я делала, если бы женщина, с которой он изменил моей маме, все еще была там.

Выходя из административного здания для студентов, я врезаюсь в чью-то грудь. Затем руки подхватывают меня, чтобы я не упала.

— Камми?

Знакомый голос, полный шока, заставляет меня посмотреть на лучшего друга Вина.

— Дэш. — Я улыбаюсь и делаю шаг назад. Прижимая большой конверт к груди, словно он как-то защитит меня. Подождите... Нужна ли мне защита от Дэша?

— Ты вернулась в Мельбурн? — Небрежно спрашивает он.

— А, да. Я нужна маме здесь. Так что я здесь. — Понятия не имею, что я должна ему сказать.

— Ладно, тогда, наверное, увидимся. С возвращением, Камми. — Он улыбается и идет к зданию.

— Дэш? — Окликаю я его, и он поворачивается ко мне лицом.

— Да?

— Как он? — Спрашиваю я, уже жалея о своем вопросе. Мне все равно, как он. Я не хочу его видеть, и уж точно не хочу попасть в ловушку, которой является Вин Де Беллис.

Дэш, похоже, обдумывает вопрос.

— Он... в порядке. Хотя у меня такое чувство, что очень скоро он станет намного счастливее. — Он подмигивает, а затем поворачивается, чтобы протиснуться в дверь.

Он в порядке. Что ж, я рада, что с ним все в порядке. Не то чтобы я надеялась, что он будет страдать. В конце концов, это он положил конец нашей... дружбе, отношениям, что бы это ни было. Он положил конец всему, а не я. Так почему бы ему не быть в порядке?

Лучше бы я не спрашивала Дэша. Если бы только я могла повернуть время вспять, я бы сделала вид, что мне все равно, как там Вин Де Беллис. Но я не могу. И чем больше я напоминаю себе, что мне все равно, тем больше вероятность, что я смогу в это поверить. Займемся самовнушением. Если что-то достаточно часто повторять, то это произойдет, верно?



Я паркую мамину машину на подъездной дорожке, а затем достаю из багажника пакеты с продуктами. И почему я езжу на маминой машине? Потому что я вернула навороченный G-Wagon, который купил мне Вин. Примерно через месяц после Франции. Я отправила его из своего дома к его. Даже оставила письмо в бардачке, надеясь, что он прочтет его и позвонит мне.

Когда я вхожу в дверь, то застаю маму на диване.

— Привет, я готовлю ужин, — говорю я ей.

— Ты готовишь ужин? — Спрашивает мама. — Кто ты и что ты сделала с моей дочерью? — Она идет за мной на кухню.

— Ха-ха, смешно. Я готовлю, — говорю я ей, раскладывая свежие овощи на столе.

— Что готовишь? — Мама заглядывает в пакеты с продуктами.

— Жаркое из курицы. Это рецепт тети Стейси, — говорю я.

— Вообще-то, это мой рецепт. Тетя Стейси украла его у меня и утверждает, что он ее, — поправляет меня мама.

— Я прожила с тобой всю свою жизнь. И ни разу не видела, чтобы ты это готовила. — Я достаю из шкафа разделочную доску.

— Это потому, что твоему папе оно не нравилось. — На лице мамы мелькает грусть. Она не готовила что-то только потому, что это не нравилось моему папе?

Я помню, как Вин водил меня поесть суши, потому что знал, что я их люблю. Он никогда ничего не заказывал, но был счастлив просто сидеть рядом и позволять мне наслаждаться одним из моих любимых блюд.

— Ты опять это делаешь. — Указывает на меня мама.

— Что делаю? — Я открываю кран и начинаю мыть овощи.

— Ты думаешь о нем. Кем бы ни был этот мальчик. У тебя такое отстраненное выражение лица. Когда ты планируешь рассказать мне о нем? — Спрашивает она.

— Я уже рассказывала тебе о нем. Мы были вместе, а потом расстались. Конец истории. — Больше сказать нечего.

— Это не вся информация, Камилла. Как его зовут? Он явно оказал на тебя влияние, если до сих пор занимает место в твоей голове, — настаивает мама.

Если бы она только знала, сколько места в моей голове