Хозяйка яблоневого сада, или Не подавитесь, милорд! - Ирина Андреева

Глава 26

Утром дети ушли навестить отца, у него как раз был выходной. Я, в компании лишь одного Лапушка, нарезала последние яблоки.

Приготовить вкусности решила для детей, а заказы я пока больше не брала.

Денег накоплено достаточно, чтобы безбедно прожить целое лето. Осенью яблоневый сад даст новый урожай, и я возобновлю кондитерскую деятельность. А пока отдохну немного. Я ведь заслужила.

Мысленно строила планы, как мы с детьми поедем в город, но всё получилось совсем не так.

Люсиль и Эван вдруг прибежали из деревни раньше обычного, с таинственными улыбками и горящими глазками.

– Мари! Пойдём с нами! – потянули меня они за руки. – Там у храма такие цветы расцвели! Никогда таких не видели! Вот бы нам такие! А как они пахнут!

– Мёдом! – повёл носиком Эван.

– Нельзя грустить, Мари, – поддержал восторг детей Лапушок. Он слетел с балки, сел на худенькое плечико Люсиль и продолжил: – Иди, тебе надо прогуляться! Сил больше будет! И грустить перестанешь!

Они так меня уговаривали, что я сдалась.

– Ладно, только переоденусь сначала.

– Точно! – захлопала в ладоши Люсиль. – Мари, надень самое красивое платье: нежно-розовое с алым поясом! А то ведь в храм пойдём. Туда всегда все жители деревни надевают самое лучшее.

– Мари у нас такая красавица, что в том платье будут смотреть все только на неё! – запрыгал вокруг меня радостный Эван.

Я не хотела наряжаться, но чего не сделаешь ради детей, которые так уговаривали меня.

Пока мы шли, мне показалось, что деревня как будто опустела.

Заметив мой удивлённый взгляд, Люсиль охнула:

– Ой! Все уже в храме, а мы опаздываем!

– Куда опаздываем? – удивилась я.

– Так храм же открылся. Новый, красивый! Все пошли полюбоваться им, послушать светлую жрицу. Это же такое событие!

– И одни цветы чего стоят! – кивал Эван. – Таких ещё никто не видывал!

– И пахнут они мёдом, – отозвалась я, вглядываясь в личики моих маленьких спутников. Хоть они и изображали отчаянно беззаботность, но я чувствовала, что они напряжены. Остановилась. – Так, ну-ка скажите, что происходит?

Посмотрела строго на ребят.

Эван растерялся, а Люсиль тихонько ответила:

– Папе доверили такое важное дело. И он справился. Ты бы только видела, как красиво стало там.

– Тогда поспешим, – я обняла их и направилась к храму, острый, золоченый шпиль которого сверкал в безмятежном голубом небе.

Храм и впрямь стал очень красивым.

Пока я любовалась клумбами, среди которых цвели белые розы и ещё диковинные душистые цветы, дети вбежали внутрь.

Пришлось мне оторваться от созерцания красоты и поспешить за ними.

Я поднялась по ступеням, переступила порог… И замерла.

Внутри собрались несколько жителей деревни. Когда я вошла, все взгляды устремились на меня. А мой взгляд замер на Марке, стоящем перед алтарем. Рядом с ним стояла жрица в золотых одеждах и с улыбкой смотрела на меня.

От растерянности я сначала замерла, а потом, опомнившись, развернулась и поспешила к выходу.

Только я вышла из обновлённых храмовых дверей, как передо мной сомкнулась ликующая толпа.

В ней были наши деревенские, из соседних деревень, даже несколько городских жителей… – все с белыми цветами в руках, с улыбками, с криками:

– С замужеством! Счастья вам! Долгих лет счастья!

– Это ошибка! – попыталась я перекричать их, но голос потонул в общем гуле. Пришлось вернуться в храм, где меня по-прежнему ждали. – Это ошибка! – повторила я на весь храм.

Мой голос отразился в высоком куполе звоном, что все устремили взгляды наверх, а потом опять на меня.

– Ошибкой, Мари, будет отказаться от такого жениха, – возмутилась Ромми, промокая кончиком головного платка, мокрые глаза. – Дракон так тебя любит!

– Так сильно, что это всем видно. Только не строптивой невесте, – вздохнула её подруга.

– Не гневи Светлую, Мари! Прими её дар! Или она прогневается! – покачала головой Ларда. Митруш, по случаю одетый в нарядную рубашку с вышивкой и новый жилет, одобрительно кивнул, поддерживая жену.

– Вы, Мари, созданы друг для друга.

– Но я… Не готова! Не могу! – попыталась противиться, но меня начали уговаривать хором.

А потом раздался бархатный, рокочущий голос, привлекая всеобщее внимание на себя:

– Мари! Моя Мариетта! – Марк подошёл ко мне. – Перед лицом всех этих людей, перед жрицей и перед лицом вышних я клянусь любить тебя, защищать и оберегать до последнего своего вздоха. Мои слова искренни и чисты. И я люблю тебя всем своим драконьим сердцем, которое горит только для тебя.

Он опустился на колено и протянул коробочку с кольцом.

Пока я колебалась, Марк бережно надел его на мой палец. И нежно улыбнулся.

– Теперь все считают тебя моей женой, Мари.

– Считаем! – раздались голоса хором и крики ликования.

Я открыла рот, в последней попытке возразить, но тут Лапушок сел мне на плечо и уткнулся мордочкой в шею, а Люсиль и Эван обняли нас с Марком и зашептали:

– Мари! Ну, пожалуйста! Он же так тебя любит!

И в этот момент… что-то во мне дрогнуло.

Марк протянул руку.

Я вздохнула. И положила ладонь в его.

В этот раз наша церемония была наполнена искренней торжественностью, радостью и настоящей, взаимной любовью.

Всё было иначе и ничего не напоминало о том моменте, когда я попала в этот мир.

– Люблю тебя, – шепнул Марк, подводя меня к жрице. – Так сильно, что не думал, что способен на такие чувства.

Его глаза сияли счастьем и восторгом, что я никоим образом не могла усомниться в искренности его слов. Он так смотрел на меня, как никто и никогда. И пусть на мне не было дорогого платья, я была для него самой красивой. И любимой.

Я это знала совершенно точно, потому что мой внутренний огонь не обманет. И кажется, у нас с Марком стало одно сердце на двоих, объединенное пламенем.

В глубине души я верила, что Мариетта тоже счастлива в другом мире, и на неё также любящими глазами смотрит жених.

Эпилог

– Ловлю! – хохоча отозвался наш сын и вновь побежал за Лапушком.

За ним вслед бросилась Нэлла.

Смотреть, как дети со счастливыми визгами гоняются