Обреченность - Виктория Павлова

– Чарли, ты что несешь? – Джош возмущенно выдохнул.

Я тоже не могла понять, что за чушь несет босс. О чем он вообще говорит? Кто мне заплатил? Наверное, на моем лице появилось такое же глупое выражение растерянности, как у Джоша.

Парни все больше хмурились, их разочарование и злость сгущались в воздухе, превращая его в густой и горький сироп подозрений.

– Или тебе обещали, что до убийств не дойдет? – Таннер навис надо мной, подавляя яростью и гневом. – Неужели ты такая наивная?

Чужие эмоции ощущались как цвет, запах и вибрация одновременно. Словно в палитре появился новый оттенок, вызывающий ощущение незнакомого вкуса на языке и дрожи на коже. Сироп подозрений густел, пока вдохнуть стало совсем невозможно. Терпкая горечь осела на языке.

– Чарли! – В интонациях Джоша мелькнул ужас. – Ты думаешь… Скай?!

Теперь и Джош смотрел с подозрением. Все сгрудились вокруг, спрессовывая эмоции в крутой кисель.

– Я хотела… – голос отказал, пришлось прокашляться, – хотела спасти команду. И все!

Думают, я слила план? Продала их жизни? Чудовищность предположения не укладывалась в голове. Недоверие колыхало воздух или от обилия эмоций у меня все прыгало перед глазами: возмущенно-негодующий взгляд Джоша сменился презрением на лице Хикса, а потом обиженным недоумением Ронни. Таннер поливал яростью, такой сильной, что и без прикосновения она сотрясала каждую клеточку тела.

– Как ты попала внутрь? – спросил он в полной тишине. – Почему не застрелила наемников? Их было всего трое. Как давно вы это планировали?

Вопросы сыпались и сыпались. Это уже ни в какие ворота не лезло! Мое негодование разбавило кисель, я смогла вдохнуть.

– Я ни с кем не договаривалась! И ничего не знала о нападении!

– Думаешь, мы тебе поверим? – Таннер вскинул брови, сверля негодующим взглядом.

– Можете не верить! Но это правда. У меня не было плана, я проследила за машиной и прошла через крышу.

Таннер стиснул зубы, наверное, чтобы остановить поток вопросов, потом яростно потер подбородок, бросил взгляд на часы и посмотрел на парней. Они строго и терпеливо ждали вердикта и, судя по лицам и эмоциям, допускали, что я – предательница!

– Скажешь, что он все время был у тебя. – Таннер вытащил из-за пазухи навигатор, подошел вплотную и пихнул его в руки. – И сигнал пропал прямо перед этим зданием, поняла?

Я уставилась на навигатор. Таннер предлагает врать?

– Босс, ты что делаешь? – напряженно проговорил Питерсон. – Планируешь ее прикрыть?

– Нам всем придется, – отрезал Таннер. – Представьте, что произойдет, если генерал решит, что информацию слил кто-то из наших? – Он посмотрел на всех по очереди, избегая моего взгляда. – Он от нас камня на камне не оставит. Хотите лишиться работы и погрязнуть в допросах?

– А с ней что делать? – Мак смотрел озадаченно, словно видел меня в первый раз.

– С ней я сам разберусь. – Таннер посмотрел на меня. – Есть шанс, что она говорит правду, но людям генерала лучше не давать лишних поводов.

Какое великодушие с его стороны. Я сжала навигатор так, что хрустнули пальцы. Еще и говорят, будто меня тут нет. Можно было обойтись и без благодарности за спасение жизни, но уж угроз я точно не ожидала.

– Босс, конечно, она говорит правду, – пробасил Ронни.

Хоть кто-то мне верит. Таннер покосился на Ронни, и на его губах промелькнуло что-то похожее на усталую улыбку, но слишком мимолетно, чтобы сказать наверняка. Остальные смотрели скептически, даже Джош. Он молчал, озадаченно прислушиваясь то ли к разговору, то ли к своим мыслям.

– Придерживайся своей версии, Моррис, – заговорил Таннер. – Если что, скажешь, что не помнишь детали. В таких обстоятельствах никто не удивится. Про белку молчи. Поняла?

Я кивнула, ненавидя босса в этот момент. Он так волнуется за бизнес, что готов бросить меня на съедение волкам и заставить врать еще больше. Я и так без конца вру, и скоро сама запутаюсь, что кому можно говорить, а что нельзя.

– Все поняли про навигатор? – Он посмотрел на команду. – Он все время был у нее.

Парни ухмылялись, поджимали губы и поливали меня злостью. Удивление Джоша и несогласие Ронни потерялось в коллективном презрении. Я с трудом сглотнула горькую слюну. Ничего не кончилось! Кроме чувства, что меня считают предателем, придется пережить еще людей генерала и их вопросы.

– Ты на финише, Моррис, – веско произнес Таннер. – Сейчас лучше остановиться и продумать показания. Бежать не советую. Если не ты слила информацию, тебе нечего бояться, мы своих не бросаем. Поняла?

У меня свело скулы от страха. Таннер говорил что-то еще, но голос звучал словно из колодца и рассеивался в воздухе, не доходя до сознания. Если бы все было так просто. Что за генерал и зачем ему все рассказывать? Будто мне своих забот мало. Нельзя рассказывать про нити и «паутину». А что можно? Я сжала навигатор.

Кросс что-то говорил, показывая на меня и по сторонам. Я вцепилась в Джоша, чтобы вернуть ясность мысли. Его озадаченная растерянность и колючее возмущение сработали как стакан холодной воды в лицо. Тоже думает, что я предала команду. Да на кой черт мне бы это понадобилось?!

– …хотел «снять» Скай, ее спас «живой» щит. Похоже, тот идиот застрелил своего.

Так Новак умер из-за меня? Эти пули предназначались мне? Я снова вспомнила о его смерти в моих руках и посмотрела на тело, сожалея об утраченном враге, пытаясь забыть, каково это – умирать.

– Или просто убирал двойного перебежчика. – Кросс посмотрел на меня и усмехнулся. – Ее.

Таннера аж передернуло.

Все разошлись. Джош осторожно снял мою руку с рукава и ушел к Уилеру. Кросс тоже ушел, остался только Таннер и его тяжелый взгляд. После заявления о том, что меня чуть не застрелили, на его лице появилось слабое сомнение.

– Не паникуй и говори как можно меньше. А после расскажешь, что именно произошло, и лучше бы там не оказалось сюрпризов.

Пришлось вытерпеть испытующий взгляд Таннера, прежде чем