Полевой цветок - Джилл Мэри Лэндис

– Итак… – Голос старика привлек внимание Дэни, и она повернулась к нему. Его живые глаза смотрели на нее поверх очков проницательным взглядом. Несмотря на согбенное и слабое тело, Соломон Вестбург обладал острым умом. Дэни сразу поняла это.

– Что я могу сделать для вас или для моего старого друга Джейка Фишера? – Положив руки на стол, он наклонился вперед.

– Мистер Вестбург, – Трой кивком указал на девушку, – это Дэни. Дэника Уиттикер.

Он представил старику Грейди и представился сам, а потом коротко рассказал, как они встретили Дэни в Скалистых горах.

Торговец начал всматриваться в Дэни, и Трой, протянув руку, снял с нее шляпу, затенявшую ее лицо, чтобы тот мог лучше разглядеть ее. Она окинула Троя убийственным взглядом и снова повернулась к старику.

– Девочка Джейка… – произнес тот шепотом в наступившей тишине. В глазах его вспыхнул интерес. – А как поживает мой старый друг?

– Он…

Трой перебил Дэни, собравшуюся было выпалить правду.

– Видите ли, мистер Вестбург, я боюсь, мы принесли вам печальную новость.

Трой протянул письмо, но старик не взял его, и он положил письмо на скатерть.

– Джейк? – Глаза Соломона затуманились.

– Он скончался, мистер Вестбург, – сказал Грейди. Голос его смягчился, когда он увидел, что глаза старика наполнились слезами. – Дэни сказала, что он умер спокойно, во сне.

Дэни показалось, что партнер Джейка сейчас не выдержит и разрыдается, как ребенок, но вместо этого он вытащил из заднего кармана смятый льняной платок, медленно, словно это причиняло ему мучение, снял очки, вытер глаза, очки, высморкался, снова надел их и покачал головой.

– Кто мог подумать, что Джейк уйдет раньше меня?!

– Вы долго были с ним знакомы? – спросил Трой.

Глаза Вестбурга загорелись, и он заговорил, словно увидел прошлое. Глядя на него, Дэни не могла поверить, что Джейк – грубовато-простодушный дюжий Джейк – дружил с этим тщедушным человечком.

Я познакомился с Джейком Фишером около восемнадцати лет назад, – начал он, – точнее – в 1812 году. Мы вместе плыли на плоскодонке вниз по реке Огайо. Он только что похоронил жену, а чуть раньше умер его сын. Они обрабатывали землю на холмах Кентукки. – Он пожал плечами. – Из всех мужчин, что находились в лодке, только я и он были одинокими. Остальные перебирались на Запад вместе с семьями. У нас с ним никого не было. Это была моя мечта – открыть свой собственный магазин. Прежде я всегда работал на других. – Вестбург наклонился вперед, желая подчеркнуть свою мысль. – Я копил и копил деньги, пока не собрал их достаточно, чтобы открыть свое дело. Но Джейк… Его потянуло на Запад. Он хотел увидеть незаселенные девственные места. Он сказал, что в Кентукки стало слишком людно, но по выражению его глаз я понял, что он не может больше жить там, где все напоминает ему о жене и сыне.

Дэни слушала рассказ старика, затаив дыхание. Джейк никогда не говорил ей о жене и о сыне.

– Джейк непременно хотел стать траппером, – продолжал Соломон. – Кто-то сказал ему, что звери на Западе чуть ли не сами ложатся на землю и просят, чтобы с них сняли шкуру. Но он не хотел работать на Хадсон Бэй или на какую-то другую пушную компанию: он хотел оставлять себе деньги, которые заработает, хотя сам еще не был уверен, что на продаже шкур можно заработать. – Вестбург наклонился к ним над столом и прошептал, словно раскрывал им тайну. – Оказалось, что можно. И немало!

– И вы с ним заключили сделку? – спросил Трой, которому не терпелось узнать что-нибудь о прошлом Дэни.

– Да. Он охотился, а я стал его посредником – продавал шкуры, которые мне доставляли сюда, в Сент-Луис. Первые три года Джейк сам приезжал сюда весной и привозил свою добычу. Но потом, по мере того, как он все дальше уходил на запад, где было больше бобров, он начал посылать мне свои шкуры с людьми, которым доверял. Я продавал их по выгодной для него цене и клал в банк его долю – семьдесят пять процентов от вырученной суммы. Джейк больше не приезжал в Сент-Луис, но регулярно, раз в год, писал мне письма, из которых я и узнал о Дэни. Так мы держали с ним связь. Я посылал ему деньги, когда он просил. Впрочем, это были ничтожные суммы. – Сол встал, подошел к письменному столу, порылся в ящичке для бумаг и достал аккуратно перевязанную пачку. – Я сохранил все его письма, которые получил за эти годы. Теперь все они твои, Дэни.

Он прошаркал обратно и хотел отдать письма Дэни, но она только посмотрела на них, не отрывая рук от колен.

– Я не умею читать…

Трой наклонился и взял письма за нее.

– Пусть они пока побудут у меня. Спасибо, мистер Вестбург. Я уверен, Дэни благодарна вам за то, что вы отдали ей письма Джейка. Просто она немного растерялась.

Дэни повернулась к Трою, чтобы сказать, чем она никогда в жизни не терялась – или почти никогда – но сдержалась, когда он строго взглянул на нее.

Грейди спросил:

Джейк говорил вам хоть что-нибудь о прошлом Дэни, мистер Вестбург?

Старик нахмурил лоб и, медленно опустившись на стул, посмотрел на Дэни.

– Выходит, Джейк никогда не рассказывал тебе об этом?

Дэни покачала головой. Она боялась того, что мог рассказать этот человек, и в то же время ей очень хотелось узнать, какими людьми были ее родители.

– Боюсь, это еще одна печальная история. В этих письмах все написано, но я думаю, что смогу рассказать вам о ней в нескольких словах.

Трой очень сомневался, что рассказ будет столь коротким, но ему хотелось услышать его не меньше, чем Дэни и Грейди. Он искоса посмотрел на Дэни, пытаясь определить, что она чувствует, прекрасно сознавая, что она не покажет своих истинных чувств. Он хотел дотронуться до нее, чтобы успокоить и напомнить ей, что она не одна, но не решался это сделать. Как отнесется Вестбург к такой фамильярности? И что подумает Грейди, которому он обещал, что не будет искушать девушку? В этот момент старик заговорил, и Трой, забыв обо всем, начал слушать.

– Дэни, Джейк встретил твоего отца, когда тот жил с индейцами племени мандан в верховьях реки Миссури. Джейк хотел выменять у индейцев шкуры животных, и в разговоре с ним вождь племени упомянул о двух белых, мужчине и женщине, которые жили среди них. Они пришли, чтобы рассказывать индейцам о Боге белых людей. Но, увы, они оба заболели лихорадкой, и незадолго до приезда Джейка женщина умерла. Мужчина, как оказалось, тоже был уже при смерти.

– Вы помните, в каком году это было? – спросил Грейди.

– В восемьсот семнадцатом. Когда Джейк вошел в индейскую хижину, больной подумал, что видит его во сне. Потом, когда он понял, что Джейк – не видение, он заявил, что Бог внял его молитвам. Его звали Генри Уиттикер, и он знал, что умирает. Он сказал Джейку, что его близкие, проживающие в Нью-Йорке, щедро отблагодарят его, если Джейк отвезет к ним его маленькую дочку. Ей тогда было только четыре года, и она тоже была больна. Одна индианка забрала ее к себе и ухаживала за ней. Уиттикер дал Джейку свою семейную библию и умолял его, чтобы он забрал девочку. – Вестбург устало вздохнул. – Как вам уже известно, Джейк выполнил его просьбу и забрал девочку у индейцев. Она стала жить с ним. В своих письмах ко мне он с любовью писал о Дэни, как он ее называл, и о том, что она принесла ему радость.