Знатный повеса - Эдит Лэйтон

Эйвен улыбнулся:

— Вам будет недоставать вашего мужа. Сочувствую, но, будем надеяться, ваш восхитительный прохладный дом сгладит неудобства.

— Ну все! — сердито прошептала она. — С меня хватит! Никаких игр!

Он засмеялся:

— Ну что ж, дорогая, заодно и никаких сплетен. Подумайте сами, как бы мы с вами выглядели, если б ушли вместе прямо сейчас? Лучше я выйду первым, а вы немного погодя.

— Прекрасная мысль. До встречи, милорд, — сказала она с торжествующей улыбкой и удалилась.

Как истинная леди, Клер Кенсингтон двигалась необыкновенно женственно. Зная, что Эйвен следит за ней, она грациозно покачивала бедрами.

Но не только виконт следил за ней.

— Ну как? — спросил Эйвена пожилой лысый джентльмен, когда спустя несколько минут они забрали у лакея свои шляпы и трости.

Эйвен не спешил отвечать. Однако это ничуть не трогало его спутника. Они покинули дом и молча прошли пешком несколько кварталов. Потом свернули за угол, где их дожидался экипаж пожилого джентльмена. Тогда они остановились и заговорили тихими голосами.

— Да, барон сейчас на пути в Италию, как мы и думали, — подытожил Эйвен, когда они обсудили все вопросы. — Вероятно, там его ждут сэр Бергер и мсье Рикар. Оттуда он поедет на Эльбу. Таким образом, вернется не раньше чем через месяц. Так передал Рейф.

— Хорошо, хорошо, — задумчиво повторял пожилой мужчина, кивая в такт словам Эйвена. — На этот раз все получилось очень легко. Верно? Во всяком случае, для тебя. У нас на это ушло бы несколько дней, а тебе раз плюнуть. И никаких расходов на подкупы. Я уже не говорю о том, что расспрашивать самого барона было бы рискованно. Однако я не предполагал, что он настолько глуп, чтобы все ей рассказать. Хотя… кто его знает. Вообще-то она неглупая и обычно более осмотрительна. Правда, только до тех пор, пока голова не закружится. Небось сразу все выложила? Да, твоя репутация идеально подходит для нашего ремесла. Видишь, как у тебя запросто все получилось. Просто играючи. Не понимаю, почему ты так ополчился против меня?

— Потому что предпочел бы занятие получше.

— Лучше не придумаешь. Посмотри, тебя ждет еще одно вознаграждение за твой труд. Проведешь ночь в объятиях чаровницы. Леди Клер считают одной из самых прелестных женщин в Лондоне!

— Меня не интересует, кто и что считает, — холодно сказал Эйвен.

— Опомнись, она же красива.

— Красива — значит, доступна.

— Ответ наивного молодого человека. Я не узнаю тебя, Эйвен.

На лице Эйвена мелькнула улыбка.

— Дело в том, что я предпочитаю задачки посложнее. С репутацией, о которой вы говорите, не все так просто.

— Что ты так болезненно реагируешь, парень? Ты всегда считал, что распутник — это как раз про тебя. Я хорошо помню те времена, когда ты находил это слово прекрасным.

— Вы забыли, о чем я вас просил? Похоже, забыли, хотя ваш ум гораздо более организованный, чем мой. Распутник и отступник — не одно и то же.

Пожилой мужчина перевел взгляд на свою трость. В голосе Эйвена была слышна легкая обида. Поразительно! Вот уж никогда бы не подумал, что элегантный виконт может принимать близко к сердцу слова другого мужчины, тем более касающиеся женщины. Но оказывается, Эйвен Синклер, которого он знал не первый год, был чувствительным человеком и на сей. раз действительно обиделся.

— Извини, Эйвен, не обижайся. Я ведь помню тебя еще мальчиком, да и отца твоего, когда он был в твоем возрасте. Конечно, я ничего не забыл. Просто подумал, что ты шутишь.

— Да нет, вы ни в чем не виноваты. Вы знаете мое прошлое и по нему судите о будущем, так что все естественно. Распутник — это тот, кто не пропускает ни одной юбки. Но если все его помыслы устремлены к чему-то другому, неповторимому, если он раскрывает для себя только ему одному понятные глубины, тогда я не знаю, как его назвать. Наверное, тогда я распутник.

— Нет. В таком случае уже не распутник, а мудрый человек. Поэтому прими мои извинения. Значит, леди Клер сегодня спит одна? — Пожилой мужчина тщательно подыскивал слова, стараясь поскорее закончить разговор. — Нехорошо! Это все равно что вытащить белугу на берег, а потом бросить обратно в море. Будь мне лет эдак на десять меньше… гм… нет, принимая во внимание прыть нашей леди, пожалуй, лучше на пятнадцать, я бы… Впрочем, у тебя все еще впереди. К тому же ты вправе распоряжаться собой, как хочешь.

— Значит, я могу отправляться?

— Отправляться? Конечно. Уже поздно, и ты рассказал мне все, что я хотел услышать. Спокойной ночи, мой мальчик.

— Я имел в виду уехать домой, — настаивал Эйвен.

— Домой? Совсем голову потерял! Должно быть, леди Клер здорово тебя истощила.

— Сэр, я вижу, вы собираетесь потешаться надо мной до конца жизни!

— Прости, дружище. В моем возрасте приходится рассчитывать на худший вариант. Это вносит больше разнообразия в жизнь. Но если серьезно ты не должен уезжать из Лондона. Боюсь, что пока это невозможно. Рейф еще не вернулся, и опасность не миновала, поэтому наберись терпения. Думаю, что ждать придется недолго. Считай, что это просто увеселительная прогулка, а я подумаю о компенсации. Вознаграждение — лучшее средство от неугомонности.

— Лучшее средство от неугомонности — дорога.

— Скоро, мальчик, скоро.

Обычно гонец от Эйвена приезжал в полдень, с такой же регулярностью и точностью, как в Брук-Хаусе подавался ленч. Сейчас, несмотря на половину четвертого, депеши все не было.

— Может, у его посланника конь сломал ногу? — участливо сказала Бетси. — Я видела один раз. Потом они его застрелили.

— Несчастный посланник, — пробормотала Бриджет, продолжая ходить по гостиной, непрестанно заглядывая во внутренний двор.

— Да нет же, — захихикала Бетси, — застрелили не его, а коня, потому что он очень громко ржал. Это было что-то страшное! — рассказывала девочка с выражением неподдельного ужаса на лице. — Целая лужа крови! И по голове текли ручьи. А ноги…

— Я поняла, — остановила ее Бриджет. — Я пошутила насчет посланника.

— А вдруг он сам упал с лошади? — снова предположила Бетси. — Это я тоже видела один раз.

«Бетси слишком много видела», — с грустью подумала Бриджет и, не желая вдаваться в подробности, сказала:

— Я уверена, он просто задерживается.

— Значит, сегодня мы никуда не уезжаем?

— Не знаю, — ответила Бриджет, бросая взгляд на каминную полку с часами. — Уже поздно. Если через час гонец не появится, мы уже не сможем выехать. Тогда придется отложить до утра.

На самом деле Бриджет не планировала грузить вещи в карету и официально объявлять об отъезде, не получив ответа от Эйвена. Однако сейчас она жалела об этом. В таком возбужденном состоянии, в каком она теперь пребывала, она была готова идти пешком в Лондон или… Уэльс. Поэтому, когда вошел дворецкий, Бриджет резко обернулась и посмотрела на его руки, ожидая увидеть серебряный поднос с посланием от Эйвена.