Свадьба на Рождество - Валери Кинг

Мэри лихорадочно соображала. Разумеется, все это вздор. Беатриса слишком мала, Амабел больна. Уж не Джудит ли и Констанция были в союзе с Лоренсом?

Кит вдруг широко улыбнулся:

— Ты о чем задумалась, Мэри? У тебя лицо сморщилось, как винная ягода!

— Я пытаюсь кое в чем разобраться, но мне это плохо удается.

— Быть может, я могу помочь? Почему, собственно, ты решила, что Хью за мной гнался? В доме был кто-то посторонний?

— Нет, не посторонний. Я была убеждена до настоящего момента, что видела тебя.

Продолжая смотреть на Кита, она припоминала облик молодого человека, который заглянул в гостиную прошлой ночью. Быть может, Джудит или Констанция переоделись в одежду Кита? Кто из них больше на него похож? Нет, ни одна. Из всех четырех сестер на Кита больше всех похожа Амабел. Разительно похожа. Они и по возрасту близки — между ними чуть больше года разницы…

Амабел?!

Голова у Мэри закружилась, настолько странная пришла ей мысль. «Я боюсь», — вспомнила она слова Амабел, сказанные сегодня утром. Тогда Мэри показалось, что девушка боится какой-то болезни. Амабел даже плакала… А если не болезни, то чего еще она могла бояться?

— Что тебе за причуда пришла в голову? — нахмурился Кит. — Я по лицу вижу, что мысли у тебя так и скачут. В чем дело, Мэри? Должен сказать, вид у тебя очень странный.

Мэри отвернулась.

— Спокойной ночи, Кит. Я, наверное, ошиблась, вообразила себе что-то… У меня и правда странное настроение, но это скорее всего от усталости. Завтра утром все пройдет.

Если Кит и заподозрил что-то, то виду не подал. Впрочем, Мэри это уже не интересовало. Она должна была докопаться до истины, а одна мысль об этой истине вызывала у нее дурноту.

Амабел…

Это предположение, абсолютно невероятное и нелепое, полностью завладело ею.

Выйдя из библиотеки, Мэри поднялась на третий этаж, где помещались спальни членов семьи. Во рту у нее пересохло, на сердце лежала тяжесть. Без всяких колебаний она направилась к комнате Амабел, не постучав, решительно толкнула дверь и вошла.

Первое, что она услышала, был храп няни. В комнате пахло амброй, и единственная свеча догорала в подсвечнике на столике у постели. Когда глаза Мэри привыкли к полумраку, сквозь неплотно задернутый полог она увидела под одеялом на постели очертания тела Амабел.

«Слава богу, я ошиблась, — подумала Мэри. — Если Амабел спит, значит, я ошиблась».

Она повернулась и направилась к двери, но внезапно словно молния пронзила ее. Мэри вспомнила, как была в этой комнате в последний раз и, подходя к постели, споткнулась о сапог.

Сапог Амабел. На нем была грязь. Его надевали на улицу.

Но Амабел не выходила! Она прикована к инвалидному креслу!

Приглядываясь к фигуре на кровати, Мэри ожидала увидеть какое-нибудь движение: ведь должно же колыхаться одеяло при дыхании спящей. Но она не заметила никакого движения. Стремительно приблизившись к кровати, Мэри раздвинула полог и коснулась сбившихся волос на подушке. Они соскользнули под ее рукой и упали на одеяло.

Парик!

Сердце Мэри колотилось так, что, казалось, вот-вот выскочит из груди. Амабел на постели не было. А это значит…

— Няня! — позвала Мэри громко.

Храп оборвался, и няня вскочила.

— Что случилось, Амабел? Ты уже вернулась? О, боже! Мисс Фэрфилд!

— Откуда вернулась?

— Я не знаю! — Женщина в испуге ломала руки. — Я ничего не знаю.

— Где Амабел?

Няня разрыдалась и упала в кресло, прижимая платок к лицу.

— Я знала, что этим кончится! Я говорила ей, что не надо этого делать!

— Значит, она может ходить?

Няня кивнула.

— Да, уже год… почти два. Только никому не говорите, а то мисс Амабел рассердится!

— Это меня мало беспокоит, — отрезала Мэри. — Сейчас речь идет о ее жизни.

— Что… что вы хотите сказать?

— Один из людей сэра Руперта выследил ее в лесу. В нее стреляли. Она может быть ранена или того хуже! А теперь скажите, когда она должна была вернуться. Сейчас половина второго.

Няня перестала плакать и утерла лицо.

— Господи, да она давно уже должна быть дома! Если ее убьют, я никогда себе не прощу…

— Если ей так долго удавалось прикидываться больной, хитрости у нее хватает. Скорее всего она поняла, что за ней следят, и решила спрятаться, чтобы выждать время. Думаю, утром она благополучно вернется домой.

— Дай бог, чтобы вы оказались правы, мисс, — всхлипнула няня.

Мэри присела на край постели, пытаясь сопоставить все известные ей факты, чтобы решить, как лучше действовать.

— Есть только одна трудность. Я слышала, как сэр Руперт приказал обыскать окрестности. Мы должны найти Амабел раньше, чем это сделают другие. Ее могут повесить, если она связана с Белым Принцем. Нам нужно во что бы то ни стало помешать сэру Руперту. Амабел ведь помогает Белому Принцу?

Няня кивнула. Губы у нее дрожали, она снова заплакала, прикрываясь передником. Но Мэри не испытывала особого сочувствия к этой женщине, которая своим участием, хотя и подневольным, подвергала опасности жизнь Амабел.

— Оставайтесь здесь и дайте мне знать, если Амабел вернется. Я должна немедленно поговорить с лордом Рейнвортом.

Услышав эти слова, няня вскочила.

— О нет! — взмолилась она. — Прошу вас, не надо! Его милость никогда не сможет понять ее преданность Белому Принцу.

— Она права, Мэри.

Обернувшись, Мэри увидела в дверях Кита. Он вошел в комнату и закрыл за собой дверь.

— Хью бы ее не понял. Он слишком долго был под башмаком у Гонории, чтобы сочувствовать тем, кто страдает. Он бы никогда не понял, почему Амабел сделала то, что она сделала. Но я понимаю! Видит бог, я понимаю!

Он подошел к постели, и, когда пламя свечи осветило его лицо, Мэри увидела в его глазах блеск, напомнивший ей прежнего Кита.

— Ты знал о том, что она делает?

— Нет. Но теперь я вижу, что у нее больше мужества, чем у нас всех, вместе взятых. Представь себе только, уже больше года она притворяется неподвижной! Это невероятно! Никто бы не заподозрил хрупкую девушку в инвалидном кресле в том, что она оказывает Белому Принцу такую поддержку. А я… — он запнулся, — я зашел слишком далеко не по той дороге, по какой мне следовало идти. Но это не имеет значения! Мы должны ее найти, и я уверен, что знаю, где она. Я поеду сейчас за ней. Если Амабел нужно было спрятаться, она наверняка вспомнила о пещерах на северо-востоке. Она знает эти места, и там ее не найдут. К тому же похоже, что снова пойдет снег, и тогда все ее следы заметет.