Гламурная жизнь - Анна Грайфендер

— Я безумно рада, извини, что так получилось. Я была законченной эгоисткой! — Слова вылетали из меня со скоростью пуль.

— В ссоре всегда участвуют двое, согласна? И чего я заупрямился? Нужно было попытаться поставить себя на твое место. Наверное, я сошел с ума, мне требовалось время, чтобы собраться с мыслями.

Мне стало легко, я бросилась ему на шею.

Все вернулось на свои места.

— Ты появился как раз вовремя. Мне надо так много тебе рассказать. Где ты вообще был? — Я не могла сдержать любопытство.

— У нас есть дом на море, я плавал на яхте. Но через пару дней мне надоело, тем более что одной тебе все равно не справиться. — Он подмигнул.

Этот комментарий я пропустила мимо ушей. Заставила его поклясться держать язык за зубами и посвятила в тайну Леони.

Он пришел в не меньший ужас, чем мы.

— Ну это уже предел. Более того, это криминал. Бергландт совсем без тормозов. Бедная девочка!

Я кивнула:

— Мы должны отплатить Леандеру и защитить Леони, но только чтобы у нее не появилось проблем.

Публиковать эту историю ни в коем случае нельзя, но у меня появилась идея.

— Кто бы сомневался, у тебя всегда есть идеи. И что же ты придумала?

— Что сейчас требуется Леандеру в первую очередь?

— Хорошая взбучка?

— Деньги и безупречный имидж. Но по крайней мере на один из этих компонентов мы можем оказать существенное влияние.

— А каким конкретно образом мы собираемся оказывать это «существенное влияние»? — Он обалдел.

— Очень просто, — сказала я и изложила ему свой план. — Мы дадим ему понять, что, если он хочет получить биографию без главы под названием Леони Виндлер, придется заплатить. Пусть отдает процент с продаж и присовокупит к этому небольшой чек из своих личных запасов. Это болевая точка, потому что карьера и, главное, деньги — это самые уязвимые его области. Вспомни, как он относится к символам высокого статуса и как он взбесился, когда не смог получить выгодный рекламный заказ. Я твердо убеждена, что он до сих пор не женился просто потому, что у него финансовая паранойя. А ведь кое-что можно исправить с помощью его денег. Во всяком случае я знаю более целесообразные способы их потратить, чем покупка нового колье на очаровательную шейку Витты.

— Неплохо, фрау Монхаупт! Вытащила из загашника легкий шантаж! Снимаю шляпу! Но так как на Леандере клейма ставить негде, то он вполне может сорваться с крючка. У тебя свидетели есть? Если нет, то его слово будет против слова Леони. А ты и сама себе представляешь, сколько дур уверяют, что успели переспать с Леандером.

— Кто знает? Может быть, не такие они и дуры. Я уже ничему не удивлюсь! Но ты прав, я тоже на эту тему думала. Поэтому собираюсь подключить Герберта.

Макс не понял:

— Герберта? А он-то тут при чем? Мы что, собираемся подмешать его таблетки в вино Леандеру?

— Нет. В том, что касается работы, Герберт замечательный профессионал, он прекрасно разбирается в стратегиях ведения переговоров, в финансах, соглашениях и так далее. Он добивается поразительных успехов.

— Ага, а мы тут при чем?

И об этом я уже тоже думала.

— Моя следующая встреча с Леандером будет через две недели. Попрошу Герберта принять участие в нашей беседе, вот Леандер удивится.

Максу понравилась моя идея, хотя предпочтение он все-таки отдавал чисто силовым методам. Как я рада, что Макс снова со мной! Но кто же та таинственная богиня, в которую он безответно влюблен? Может быть, какая-нибудь модель, ведь он так часто делает их снимки.

День пролетел очень быстро. Я позвонила Леони, которая до сих пор не осмелилась поговорить со своим приятелем. Ей нужно время, чтобы привыкнуть к этой мысли. Я сообщила о своих планах и попросила ее согласия.

Она колебалась.

— Леони, вам нечего бояться! Он ни за что на свете никому ничего не скажет. Неужели он бросит тень на себя, любимого? Вам пора побороть свой страх и расстаться с прошлым.

Она обещала подумать.

Оставалось только посвятить в суть дела Герберта. Его сотовый был выключен, так что я набрала номер фон Штейнбеков. Трубку взяла Катарина:

— Пия, мне сейчас некогда. У нас семейный разговор. Перезвоню позже.

Что еще произошло? Катарина ничего не рассказывала. Может быть, фон Штейнбеки решили заняться групповой терапией, чтобы сэкономить на гонорарах фрау Корнелиус?

В дверях показалась голова Макса.

— Поедем обедать?

Желудок радостно заурчал, и я кинулась собирать вещички.

— А в какой ресторан?

Макс усмехнулся:

— Не в ресторан, а на свежий воздух.

В магазине деликатесов Макс купил паштет, батон и вино, цель путешествия по-прежнему держал в секрете.

Мы выехали за город и поднялись на гору. Наверху оказалась просека, откуда открывался потрясающий вид. Не было ни стоянки, ни даже пешеходной тропинки. Только мы.

— Ты удивлена? Разве здесь не здорово? Не волнуйся, я не таскаю сюда никаких дам. Приезжаю, когда устаю от города и хочу подышать свежим воздухом.

Он вытащил из машины несколько пледов. Один растянул на траве и заставил едой.

Стоял чудесный октябрьский день. Но по вечерам уже было достаточно прохладно. Макс протянул мне плед, чтобы я могла укутаться, и мы наслаждались видом на золотой лес и на город.

Когда начало смеркаться и поднялся легкий туман, Макс прошептал:

— Так, а теперь мы должны вести себя тихо. Сейчас ты кое-кого увидишь.

И точно, вскоре промелькнули две лисицы, не обратившие на нас никакого внимания. Уже в темноте пробежали косули. Одна даже остановилась и начала объедать траву прямо рядом с нами. Что за прекрасный уголок, и совсем рядом с городом!

К сожалению, стало слишком холодно, пришлось встать.

Мы начали собирать вещи. Впереди сияли городские огни, и хоть изо рта шел пар, Макс все равно подарил мне чудесный вечер.

— Хочется танцевать, — сказала я.

Макс задумался:

— Сейчас посмотрю, что можно выбрать. Как насчет «Скутера»?

— Очень смешно!

Он рылся в кассетах.

— Кажется, нашел. Настоящая классика, — крикнул он из машины. — «You to me are everything» из «Four Seasons». Эту песню я не слышала уже целую вечность. Мы орали во все горло и танцевали сначала по отдельности, а потом Макс взял меня за руки и начал кружить. Какое я получила удовольствие! Бог с ней, с охраной природы!

Запыхавшись, мы погрузились в машину. Посмотрели друг на друга, и тут вдруг в животе что-то сжалось, заставив меня смутиться. Неужели я снова напилась, сама того не заметив? Но ведь и выпила-то всего два стакана.