Креольская принцесса - Бет Уайт

Однако он хотел быстрее увидеть Лиз, чтобы рассказать ей о Скарлет, которая была в безопасности в Новом Орлеане под опекой его матери. И что она ждала ребенка. Честно говоря, он не знал, хорошая это новость или нет.

Он замер и посмотрел на качели, которые висели в углу веранды. Рафаэль улыбнулся. Он целовал ее там и пообещал найти Скарлет. Это было безрассудное обещание, конечно, но, несмотря на это, ему удалось его выполнить. Будет ли она рада видеть его?

Он споткнулся. А вдруг она так рассержена на него за то, что он уехал не попрощавшись, что не захочет его видеть? Или хуже того, а что, если она уже пообещала рыжему выйти за него? А вдруг они уже поженились?

Рафаэлю стало страшно. Он всегда находил силы оправиться после любых жизненных передряг, будучи уверенный, что его любят родители и родственники и Господь Всемогущий. А что может быть важнее? Но эта юная леди, эта креольская принцесса вошла в его жизнь и заполнила собой все его мысли и молитвы.

Отбросив беспокойство, которое, как говорила мать, ни к чему доброму не приведет, он открыл тяжелую входную дверь таверны. Он не должен зря тревожиться.

В зале, где он завтракал с Лиз тем солнечным утром, когда они познакомились, было на удивление пусто. Несмотря на тепло раннего лета, которое заставило его снять камзол, аккуратно расставленные столы и стулья выглядели холодными. Окна были распахнуты, но людей на улицах было мало, да и ветер не колебал занавески.

– Сеньор Гиллори? Мадам? Есть здесь кто-нибудь?

Ожидая, что сейчас из кухни выйдет Зандер, Рафаэль пересек зал и заглянул за стол администратора. Там никого не было.

Удивившись, он повернулся и откинулся назад, опершись локтями о стол. Он устал, проголодался и хотел пить. Где все? Возможно, стоит пойти к Лафлеру. Или сходить в «Эмпориум»…

– Месье Рафаэль? Что вы здесь один делаете? Почему вы не позвонили?

Рафаэль обернулся и увидел Джуни, стоявшую в дверях кухни. Она вытирала муку с рук чистой тряпкой. На голове у нее был повязан красный платок, похожий на тюрбан, а серое платье прикрывал передник такого же цвета.

Когда он не ответил, она нахмурилась.

– Вы перегрелись на солнце поутру? Плохо слышите?

Рафаэль рассмеялся и поцеловал ей руку.

– Я прекрасно слышу. Просто плохо соображаю. Я надеялся, что какая-то волшебница испечет для меня горку вкусных бенье и сварит кофе с цикорием.

– Тут волшебниц нет, негодник вы эдакий, только я, Зандер и… – Она глубоко вздохнула. – Но я могу найти вам бенье, дайте мне минутку, сейчас посмотрю. Вот. – Она подошла к ближайшему столу, отодвинула стул и протерла его от невидимой пыли. – Садитесь, сэр. Я скоро вернусь.

Она ушла до того, как Рафаэль успел ответить. Он сел на стул и оперся затылком о стену, закрыв глаза. Его обнаружили, и теперь он поест бенье.

Прошло несколько минут. Внезапно Рафаэль резко дернулся, почувствовав, как кто-то прикоснулся к нему. Поморгав, он увидел Лиз.

– Лиз! – Вскочив на ноги, он поцеловал ее в щеку, почти попав в губы. Но его остановило выражение ее глаз. Он взял ее за руки и улыбнулся. – Я так рад видеть вас! Джуни не говорила мне, что вы здесь.

Она бросила взгляд через плечо.

– Она печет вам бенье и не позволяет мне помогать. Говорит, что я не умею. – Она рассмеялась. – Она же меня и научила, и вообще, у меня хорошо получается.

Что-то в этом разговоре было не так… что-то странное, но что, Рафаэль никак не мог понять.

– В чем дело, mi corazón^[37]?

Она отступила на шаг и убрала руки.

– Не называйте меня так.

– Но вы мое сердце. Именно поэтому… Эх, мне сложно говорить именно тогда, когда больше всего надо. Не все хорошо, но у меня для вас отличные новости, и я чуть не забыл о них рассказать!

Выражение лица Лиз не изменилось.

– О чем вы?

– Я не понимаю, почему вы мне не доверяете. – Рафаэль обвел зал скорее удивленным, чем встревоженным взглядом. Их никто не слушает? – Пойдемте со мной.

Он взял ее за руку и направился к двери.

– Но бенье…

– Позже.

Он вывел ее на веранду и почти силой усадил на качели.

– Я нашел вашу кузину, – выпалил он, сев рядом. – Теперь скажите, какой еще подвиг я должен совершить, чтобы завоевать руку и сердце моей дамы.

– Скарлет? Вы нашли ее? – Лиз была вне себя от радости. – Где? Она в порядке? Вы же ее не оставили, правда? – Она схватила его за руку и встряхнула. – Рафаэль, где?

– Какой напор. – Он старался не улыбаться. – Я оставил ее с матерью. Она в полном порядке. Мама наверняка раскормит ее к тому времени, как появится ребенок…

– Ребенок? Какой ребенок?

Рафаэль поморщился. Его любимая сразу обратила внимание на это обстоятельство.

– Пожалуйста, вы помнете мне рубашку. – Когда она отпустила его, он оправил жилет и разгладил рукава. – Да, у нее будет ребенок, где-то летом, если верить моей маме.

– Ребенок… – Лиз быстро заморгала и одарила его такой красивой улыбкой, что Рафаэль с трудом подавил желание тут же ее поцеловать. – Это хорошо, я считаю. Но расскажите, как вы нашли ее.

Рафаэль ждал этого вопроса. Он хотел утаить от нее самые ужасные подробности. В то же время Лиз, при всей ее мягкосердечности, не была таким тепличным растением, как его сестра София.

– Ее захватили при налете американцы, – осторожно начал он, – когда они атаковали британскую плантацию возле Натчеза. Я купил ее на аукционе в Новом Орлеане. Она была уставшей и грустной, но в целом в порядке.

– Значит, она все еще… – Лиз развела руки в стороны, не в силах произнести слово «рабыня».

– Да, увы, дать рабу вольную не так-то просто. Не говоря уже о том, что это дорого. – Когда она посмотрела на него немигающим взглядом, он поспешил пояснить: – Но она в безопасности! Пока она с моей матерью, никто не обидит ее. Когда у меня будет время, я займусь бумагами по ее освобождению.

Лиз отвернулась.

– Вы, должно быть, считаете, что я неблагодарна. Это не так, просто я так волновалась о ней. Теперь еще дедушка попал в тюрьму вместе с этим противным Джеймсом Уиллингом…

– Что? Я так и знал, что что-то случилось! Поясните, пожалуйста.

– Это такая глупость! Мой отец вечно попадает в какую-нибудь историю. Этот человек, этот Патриот, как он себя называет, читал и раздавал копии Декларации независимости у нас в таверне. Случилось это где-то две недели назад. Когда люди начали волноваться, отец не придумал ничего лучшего, как присоединиться к ним! У майора Редмонда не осталось выбора, и он упек их за решетку. На следующий день мой дед пытался убедить майора отпустить этих людей, и, когда майор отказался, дед настоял на том, чтобы его тоже арестовали!