Грехи полуночи - Синтия Иден

Последние несколько месяцев были настоящим адом, и Смит совсем не улыбалось выслушивать от МакНила очередную хрень. Кроме того, она догадывалась, о чем пойдет речь. После нападения маньяка, Денни стал смотреть на нее как-то… странно.

Слишком пристально. Не отводя взгляда ни на секунду.

Этот урод, видимо, испытывает чувство вины, после того как ее отшил. Отлично. Так и должно быть. Он…

— Тебе необходимо знать обо мне кое-что… — сказал МакНил и начал крадучись подбираться к ней. Да, слово «крадучись» лучше всего характеризовало его движения.

Смит попыталась посмотреть на него как бы со стороны. Ну действительно, ее подруги не могли понять, что именно она нашла в этом парне. Во-первых, белый. А такие, как Смит, никогда не встречались с белыми. Старше ее. На целых девять лет.

Лысый.

Но, у него все эти минусы: лысина, возраст, даже цвет кожи — они срабатывали.

Был в МакНиле какой-то стержень, сила. Это было видно по четко очерченному подбородку, по глазам. А еще аура властности, которая так и притягивала…

Ублюдочный урод.

— И что же мне нужно знать? — отрезала Смит. — Что ты задница? Я и так в курсе. Тебе жаль, что тот придурок схватил меня? Ага, и это я тоже знаю.

— Да я не об этом. — МакНил явно чувствовал себя не в своей тарелке. — Я хотел сказать…

Ее сердце учащенно забилось.

— Что? Ты с кем-то встречаешься? Великолепно. — На самом деле, она так не думала, и боль, от мысли, что такое возможно, сковавшая ее грудь, была тому подтверждением. — Слушай, у меня нет на это времени. Мне надо закончить отчет по делу Монро, а со всеми этими монстрами, снующими туда-сюда…

— Я один из них, Наталья.

Кровь застыла в ее жилах.

— Один из… Что? — Но она поняла, о чем он. Поняла.

— Я не совсем человек.

У Смит чуть не подкосились ноги.

— Сейчас не лучшее время для таких признаний, Ден.

МакНил шагнул к ней.

Инстинктивно отступив, она наткнулась на стол.

— Боже, детка, успокойся. Ты же знаешь, я никогда не сделаю тебе больно.

«Уже сделал».

— Кто ты?

«Пожалуйста, пусть только не демон или оборотень, пусть…»

На его скулах заиграли желваки.

— Я заклинатель.

— Как? И что, черт возьми, это значит? — Это просто ночной кошмар. Точно. Она спит, и ей снится удивительно реалистичный кошмар…

— Мы…

Они?

-… обладаем способностью к общению с определенными животными.

Глаза Смит стали огромными.

— В твоей квартире… Та гребаная змеюка…

МакНил откашлялся.

— Ну… он… на самом деле, змея принадлежит моей матери.

Все хуже и хуже.

— Твоя мать разговаривает со змеями?

Денни кивнул.

Уму непостижимо. Нет, это должно быть непостижимо.

Но Смит знала, что это правда.

— Ну, а ты с кем?

— С кошками.

— Какими? Милыми котятами, которые…

— С тиграми.

Ну конечно. Пушистые ласковые комочки были бы не в его стиле.

— Я установил связь с Шаманом — тигром из местного зоопарка — когда был еще совсем ребенком.

«Парень разговаривает с тиграми». Кровь так сильно шумела в висках Смит, что женщина боялась потерять сознание, чего ей особенно не хотелось делать в присутствии МакНила. Будто не хватало ей унижений.

— Выметайся.

Он сделал к ней еще один шаг. Встал так, чтобы Смит оказалась в пределах досягаемости, и коснулся ее.

— Детка, мы не все плохие.

Она застыла, почувствовав нежное прикосновение, ей так хотелось прижаться к МакНилу.

— Я не могу заниматься этим… — «Тобой» — … сейчас.

В его взгляде промелькнула боль.

— Проклятье, мне так жаль, что с тобой произошла та беда. Я хотел, чтобы никто и никогда тебя не обидел…

— Ага, и меня ты не хотел, верно? — Слова, которые она так долго пыталась удержать, наконец, были произнесены, и Смит была этому рада. Ей надоело притворяться, что все в порядке. Что она настолько бесчеловечна, что ей не больно от их разрыва.

Потому что она человек, пусть даже только она, по крайней мере, в их паре.

Самая грустная из виденных Смит улыбка тронула губы МакНила.

— Нет, детка, все было совсем не так.

«Лжец». Она знала, что эту мысль он мог прочитать в ее глазах.

— Я боялся, что если ты узнаешь правду, то не захочешь и дальше быть со мной, — он хмуро посмотрел на нее.

Смит поняла, что ее чуть не передернуло. Она отклонилась от него как можно дальше, ее ноги дрожали.

— Думаю, я был прав.

МакНил убрал руку. Отступил. Развернулся и пошел прочь.

Прежде чем она снова обрела дар речи, за ним захлопнулась дверь, и Смит осталась наедине с воспоминаниями, горечь которых чувствовалась даже на языке.

— Брукс.

Сердитый окрик Колина остановил Тодда на пути к «Корвету». Брукс в напряжении ждал, когда Гит подойдет, он был совсем не в настроении для очередного соревнования из серии «Кто дальше отольет».

Но Колин замялся, когда встал рядом. Засунул руки в карманы куртки. Окинул взглядом пустую парковку.

— Что еще, Гит?

Может, всплыли новые факты по делу или о Каре, или…

Наконец, Колин посмотрел прямо на него.

— Я не мог тебе сказать.

Без экивоков.

Тодд молча ждал продолжения.

— Когда я служил в Иллинойсе, мой напарник… Он узнал правду обо мне. — Пауза. — И попытался меня убить.

Да уж, дерьмово.

— Я не хотел рисковать. Я боялся, что ты… Мне не хотелось потерять еще одного напарника.

Что ж, после того, как тебя чуть не убили, действительно будешь дуть даже на воду.

— Я не твой прежний напарник. Не собираюсь тянуться к пистолету только потому, что ты… отличаешься. — Слишком слабое слово для оборотня.

— Рад слышать. — Колин пристально посмотрел в глаза Бруксу. — Почему ты ничего не сказал после того, как увидел…

Потому что поначалу у него было такое чувство, что его ударили пыльным мешком. Потом он убеждал сам себя, что ему все это привиделось. Потом его захлестнула ярость. Потом…