Чуть-чуть не считается! - Юлия Климова

– Ох, Андрюха, на какие жертвы иду ради тебя, сам лезу прямо в сети…

На Полину за запертую дверь Макс ни капли не сердился – не осталось в душе осадка, но настойчиво продолжал считать ее хитрым врагом, которого нужно срочно и непременно переиграть. И Леночка, безусловно, ключ к победе. Надо ее разговорить, и всплывет пара-тройка тайн, которыми можно будет воспользоваться в дальнейшем. Да и пусть не тайны, а хотя бы немного полезной информации…

Мысли Макса выстраивались плохо – к дому он еле-еле доплелся, положив одну руку на грудь, а другую – на живот (ухало и булькало). Нет у него четкого плана, и сам он не знает, чего ждать, что нужно, что не нужно, но сегодня он увидит Леночку и обязательно скажет ей приятные слова: «Привет, моя… отрада. Во! Моя… кудрявая кнопочка… это я – твой мужественный Винни-Пух».

Макс зашел в квартиру, издал протяжное «а-а-а», доплелся до дивана и, не снимая кроссовок, рухнул на подушку. Свесил руку, со стоном попытался нашарить на журнальном столике телефон, нашел его, поднес к лицу и стал набирать номер. На работу он не пойдет – связей с общественностью сердце уже категорически не выдержит.

* * *

Леночка ела, точно птичка клевала, Максу даже стало неловко за три куска пиццы и тарелку пасты с беконом, которые он слопал за считаные минуты.

– Волнуюсь, – оправдался он и, вспомнив характеристики, которыми Полина наградила его образ, добавил: – И очень стесняюсь.

– Устойчивый аппетит – признак хорошего здоровья. Это прекрасно, – заулыбалась Леночка. – Вы вообще замечательный человек. Хотите мои спагетти?

Макс хотел, но, кажется, в нем действительно проснулась скромность. Потупив взор, будто благовоспитанная барышня, он стащил с тарелки пять креветок и дольку помидорины, а спагетти по-джентльменски не тронул.

– Вкусно? – спросила девушка.

– Ага, – ответил он.

За час, проведенный с Леночкой в итальянском ресторане, Макс не задал ей ни одного вопроса, касающегося Полины, и, только доставив ее обратно к салону, чуть ли не хлопнул себя ладонью по лбу – забыл же разведать!

– А завтра мы встретимся? – спросила Лена, открывая дверцу.

– Да, обязательно, – горячо ответил он.

Леночка смутилась (пухлые щечки порозовели), метнулась к нему, быстро поцеловала куда дотянулась – в подбородок, выпорхнула на улицу и, затягивая на ходу пояс пальто, не оглядываясь, зашагала к стеклянным дверям «Анни».

Дотронувшись до подбородка, Макс погрузился в шок. Ему показалось… нет, он был абсолютно уверен, что несколько секунд назад в его жизни случилось невероятное по важности событие. Если бы его попросили, он бы не смог описать словами чувства, разрывающие душу в данный момент. Тоска, боль, нежность, одиночество, радость, грусть, умиление… – он не знал, он был растерян.

Придя в себя, Макс посмотрел на двери салона со страхом. Ведьмы они там все, что ли… тайное общество… Может, они знают древний рецепт, позволяющий сводить с ума мужчин при помощи одного мимолетного поцелуя в подбородок?.. Не, его Леночка никакая не ведьма, она чудесная! А Полинище… Он потряс в воздухе кулаком и… и тут же пригнулся, увидев выходящую из салона Полину.

Куда она собралась?

* * *

Порыв ветра подхватил мятую рекламку и понес ее к проезжей части. Ветки березы, пока еще не одетые в шуршащую листву, мелко задрожали и замерли. Неподалеку крякнул трамвай, а две самоуверенные вороны, точно две невоспитанные торговки, устроили перебранку из-за горбушки белого хлеба. Но Полина окружающих прелестей в данный момент не замечала – мысленно она прокручивала события вчерашнего вечера и вспоминала то слова и прикосновения Андрея, то укоризненный взгляд Ольги, то короткие, но приятные фразы Вадима, то сдвинутые брови папочки… А не нужно диктовать ей, что и как делать, не нужно навязывать свои принципы. И вообще – она сама разберется, с кем ей танцевать и кому давать номер телефона… Может, в паспорте и стоит штамп, но она – женщина свободная, ни от кого не зависящая… и чтобы доказать это всем (и себе?), она сейчас отправляется на свидание с Вадимом.

До чего же приятно кружить головы мужчинам, до чего же приятно нравиться. О, Полина чуть не забыла, как это бывает! То есть чуть не забыла, как это – нравиться нескольким мужчинам сразу…

Мимолетное угрызение совести скользнуло по душе и исчезло. «У меня фиктивный брак, и в свое время мы с Андреем обо всем договорились». И ему полезно ревновать, разве нет? Кажется, в последние дни она делает на этом акцент слишком часто, будто уговаривает себя. Ерунда.

Поделившись с Вадимом телефоном во время танца, Полина полагала, что он забудет его, но мужчина позвонил в десять и упросил встретиться. Собственно, Полина была и не против, но все же позволила себя поуговаривать. Вечером Вадим улетает в командировку на три дня, и для начала было решено попить кофе на первом этаже ближайшего торгового центра. Для начала? А будет продолжение? Ну… Она улыбнулась, остановившись перед «зеброй», кокетливо убрала за ухо короткие волосы. Облизала губы и пожалела, что не надела утром чего-нибудь менее официальное, и зачем после ссоры с папочкой она купила три брючных костюма? Видимо, сошла с ума и решила походить на Ольгу.

В таких случаях Полина обычно опаздывала – мужчина должен попереживать и даже волноваться: придет – не придет. Но сегодня был именно тот редкий случай, когда она приехала вовремя. Вадим уже сидел за столиком и пил кофе из смешной маленькой чашки – в его руках она казалась игрушечной.

– Привет. – Полина опустилась напротив и наклонила голову набок, принимая восхищенное любование. А, подумаешь деловой костюм – она хороша в любой одежде… и без нее тоже.

– Привет.

Он порекомендовал ей салат и пирожные, но Полина выбрала только зеленый чай и сухофрукты в йогуртовой глазури с орешками.

– А тебя не смущает, что я замужем? – спросила она, когда принесли заказ.

– Нисколько, – пожал плечами Вадим, автоматически глядя на обручальное кольцо. – А муж у тебя, похоже, ревнивый.

Ее муж… ревнивый… Полина сделала глоток чая и кивнула. На вечере она не зря старалась. Андрей, правда, и слова потом не сказал – не дождалась она пылкой перепалки, но злость в его глазах сверкала так, что даже рябило. А с другой стороны, какие могут быть слова после его танца со Светой? И соломку на ее короткую юбчонку он очень «мило» ронял, а потом три часа собирал… Вот пусть своей подружке и указывает… Его ход, ее ход – все остается по-прежнему.

– Я еще при первой встрече увидел на твоем пальце кольцо и немного расстроился. Но, как говорится, надежда умирает последней… – Вадим вытянул через стол руку и коснулся Полининых пальцев, но она игриво отодвинула руку и закусила нижнюю губу, зная, что выглядит озорной и весьма опытной девчонкой. Тогда Вадим по-двинул ногу вперед и дотронулся до кончика ее туфли. Полина засмеялась, смяла бумажную салфетку и игриво метнула в него.

Вот такой она была раньше, и ничего не изменилось, абсолютно ничего! Через три дня Вадим вернется из командировки, и они отправятся в ночной клуб, где, конечно же, будут «соблюдать приличия». Он преподнесет ей кучу маленьких, но очень приятных подарков, начнет присылать по пять эсэмэсок в час и на долгие месяцы обрушит на нее конфетно-букетный период. Она отбросит прочь сомнения, вечный самоанализ, перестанет слишком часто напрягаться по поводу и без повода и даже сократит свой рабочий день ровно наполовину – на фиг салон с вечными проблемами, цифрами, грязями-мазями, клиентами… Есть же у нее чудо-Леночка… да здравствует прежняя жизнь без всяких заморочек!