Ты – мой воздух - Настасья Карпинская

− Ни один родитель не оправдает насилие в отношении своего ребенка. Ты зря себя накручиваешь.

− Наверное, ты прав, – я вздохнула поглубже, унимая волнение.

− Ну, ты чего? − Игорь взял меня за руку и поцеловал в раскрытую ладонь. – Все будет хорошо.

Я только успела войти во двор родительского дома, как мне на встречу уже вышла мама.

− Привет, мам!

− Привет, моя дорога! – мама обняла меня. – Я так соскучилась, ты не представляешь!

− Я тоже.

− Пошли в дом, папа заждался. А где Дима? Опять на работе?

− Пойдем, я все расскажу, – выдавила из себя улыбку, хотя все внутренности потряхивало от волнения.

Мы вошли в дом. Едва успела поздороваться с отцом, как он задал первый вопрос, подводящий к серьезному разговору. С места в карьер – в этом весь мой папа.

− Ник, а кто тебя привез? За рулем же не Дима был?

− Нет, пап, не Дима.

− Леш, какая разница, кто привез? Что ты, как цербер, набросился, – отозвалась мама, разливая по кружкам чай.

− Мам, присядь, пожалуйста, мне надо вам кое-что сказать. Это важно, – родители сели за стол, и я еще больше занервничала под их взволнованными взглядами. Вдох-выдох….

− Мы разводимся с Димой, – уф… сказала… и затаила дыхание, чувствуя на себе пристальный взгляд отца. Мама, вздохнув, молча вернула свое внимание к чаю, поджав губы. Видимо, давала сначала слово отцу.

− Это как-то связанно с тем, что у тебя разбита губа? Ведь это не простуда? – хмуря брови, спросил отец. Хорошо, что хоть синяки сошли за эти дни, а остатки я замазала тональным кремом.

− Да, пап. Но дело не только в этом…

− Ник, он руки распустил? Почему ты молчала? Такое и раньше было, да? Вы ведь поэтому не приезжали к нам? – мама все-таки не удержалась и почти со слезами в голосе начала задавать вопросы. Папа, крепко выругавшись, поднялся и подошел к окну, сжимая кулаки.

− Мам, пап… все не так, точнее не совсем так… − блин, как же сложно, − выслушайте, пожалуйста, от начала и до конца. В разводе виновата я. Я встретила мужчину. Это он меня привез сейчас. У нас с Димой давно не все хорошо в браке. Он поглощен своей работой полностью, а я вроде как не у дел в его жизни… Встретив Игоря, я влюбилась. Я хотела все сама рассказать Диме, но не успела. Он узнал от чужого человека, ну и не сдержался… Да, пап, губа разбита. Это не простуда… Я ушла и подала на развод. Сейчас я живу у Игоря… Все… Теперь можете меня ругать и отчитывать, – выговорила все путано и сбивчиво. Перевела дыхание.

− Доча, ну о чем ты говоришь? О каком «ругайте» может идти речь? – мама села напротив, взяв меня за руку. Папа замер облокотившись на стол руками, и серьезно взирал на меня. Такого взгляда у своего отца я никогда не видела, точнее, он никогда не смотрел так на меня. Дернувшись в мою сторону, отогнул ворот водолазки, взирая на отметины от пальцев Фролова на моей шее.

− Это всё? Или мне заставить тебя раздеться, чтобы увидеть всю картину?

− Всё, пап, больше ничего нет.

− Вероника! Надеюсь, ты не защищаешь его сейчас?

− Пап, губа и шея. Всё, больше ничего. Я его не защищаю. Честно, – я взяла отца за руку.

− Где он сейчас?

− Без понятия, пап. Я его со вторника не видела. И надеюсь, не увижу.

− Найду, значит, – отец уже дернулся, чтобы выйти из кухни, но я сжала его руку.

− Пап, не надо. Игорь уже разобрался с ним. Он получил свое. Не вмешивайся еще ты в это, пожалуйста.

− Надеюсь, этот твой Игорь хорошо «разобрался», иначе мне придется добавить. Г***он штопаный!

− Леш, не выражайся, пожалуйста! – оборвала поток папиной брани мама.

− Извини, эмоции, − встав за ее спиной, папа поцеловал маму в затылок.

− Ник, а Игорь? У него какие планы?

− Лиз, ну ты вообще! Нашла, что сейчас спрашивать! – пожурил отец маму, что вызвало мою улыбку.

− Пап, все хорошо. Мам, он хотел сегодня с вами познакомиться и, можно сказать, сделал предложение на днях.

− Как это «можно сказать»? Сделал или нет? – взорвался от нетерпения отец.

− Пап! Ну, если утверждение, что после развода с Фроловым, мы идем в ЗАГС менять мою фамилию, можно считать предложением, то, получается, сделал, – мама рассмеялась, а отец сдержанно улыбнулся.

− Так, звони ему. Пусть приезжает. Хочу понять, что он из себя представляет, этот твой Игорь.

− Леша, ну куда ты торопишься всегда?

− Я тороплюсь? Это ты начала ее про нового мужика расспрашивать. А я что? Мне тоже интересно, стоит ли ему доверять нашу дочь. Фролову доверили, и вот − итог.

− Пап, мам, не наводите суету. Игорь подъедет скоро. Он дал мне время пообщаться с вами, я попросила его об этом. Блин, мне тридцать лет, а я перед вами, как школьница, получившая двойку, – встала и налила себе стакан воды, опустошив его сразу наполовину.

− Дочь, мы волнуемся за тебя. И ты для нас всегда будешь ребенком. Нам всегда будет казаться, что ты нуждаешься в нашей защите, – проговорила мама, заключив меня в свои объятия.

− Ник, развод через суд? – спросил отец, снова о чем-то задумавшись.

− Да, пап. Бизнес, машину и счета я уже переписала на вас и Ксюшу. Юрист попросил подстраховаться.

− Правильно сделала. Когда будет заседание или что там в таких случаях?

− Не знаю еще. А что?

− Хочу посмотреть в глаза этого урода.

− Пап… − я не успела договорить, как раздался звонок моего телефона. Игорь. – Да, − я подняла трубку.

− Ник, я подъехал.

− Ворота открыты, заходи.

− Хорошо.

Через кухонное окно было хорошо видно, как Игорь прошел во двор. Мама пошла его встречать, а нас с папой попросила остаться на месте. Через пару минут в коридоре раздались голоса, и мама с Игорем прошли в кухню. Представив мужчин друг другу, мы сели пить чай. Папа насторожено поглядывал в сторону Игоря, а мама рассказывала про их с отцом поездку в Венецию.

− Игорь, можно тебя на пару слов, – спустя какое-то время попросил отец, и они вышли в гостиную, оставив нас с мамой одних.

− До-очь, а он мне нравится, – протянула мама, улыбнувшись, – у тебя глаза заблестели, когда он вошел. Да и он так на тебя смотрит…

− Мам… − я смутилась.

− Что, мам? На Диму ты так никогда не смотрела.