Ласка скорпиона - Нора Робертс

Ева отвлеклась от цифр. Может, если дать им полежать, они покажутся ей более осмысленными. Зато она начала новый поиск по личному составу отдела Рене. И вот тут, как ей показалось, она нащупала четкую схему, из которой выпадали детектив Лайла Стронг, зеленый салага-рядовой и пара других детективов. Они явно представляли собой исключения.

Рене нужны чистые копы, решила Ева. Заниматься мелочовкой, сдавать нефальсифицированные рапорты, ну и служить козлами отпущения, когда ей это понадобится. Использовать их, а потом терять. Тем или иным способом.

Вспомнив Гейл Девин, Ева оглянулась на Пибоди.

Ее напарница с головой погрузилась в работу и будет работать, Ева это знала, сколько бы ни потребовалось времени, сколько бы защитных слоев при этом ни пришлось снять.

Ева перевела взгляд на доску.

С одной стороны, Рикки Кинер. Неудачник, преступник, подонок, свинья. Но теперь он принадлежит ей.

С другой стороны, детектив Гейл Девин была, судя по всем отчетам, хорошим копом с хорошим чутьем и кодексом чести. Она обратилась со своими подозрениями по поводу босса к другому копу – старше годами и более опытному, – которого она уважала.

Две чаши весов, сказала себе Ева. Но она знала – знала! – что хотя Рене и не втыкала шприц в вену Кинеру, хотя она лично и не ломала шею Девин, именно она убила обоих.

На той же чаше весов должен был быть детектив Гарольд Штрауб, получивший смертельный удар ножом в темном переулке, в то время как его напарник ушел невредимым.

И они не одни, наверняка были и другие. И если только она не свалит Рене, они будут не последними.

Ева открыла записи Эллоу и начала читать.

Ей понравился его стиль – краткий, даже скупой, но дотошный. Она заметила, что он постоянно сомневался в накладных сержанта Ранча. А когда она сравнила записи Эллоу с замечаниями Рене в его личном деле, пока он служил под ее командованием, стало ясно, что она столь же постоянно отмечала его как симулянта и склочника, не способного ужиться с товарищами по отделу.

Ева открыла собственный файл по делам Эллоу за семь месяцев, по характеристикам, по накладным. Ей не хотелось отвлекать Пибоди, и она послала напарнице записку, чтобы та сделала то же самое поДевин и провела, как она сама по Эллоу, вероятностный анализ.

Пока компьютер работал, она начала изучать материалы по делу Джеральди, которые Рене переслала ей под нажимом.

Пришлось прерваться, когда вошел Уэбстер.

– У тебя что-то есть? – спросила Ева.

– Ничего существенного. А что?

– У тебя такой вид, будто у тебя что-то есть. У тебя вид довольный.

– Я счастливый парень. Мне везет.

Ева отмахнулась.

– Ладно, а что у тебя есть несущественного?

– Марселл, напарник Штрауба, того, кто погиб при исполнении. У БВР есть на него досье.

– Из-за Штрауба?

– Нет. Кое-какие дела еще до Штрауба. Его допрашивали и проверяли из-за сомнительной ликвидации пять лет назад. Очевидцы утверждали, что Марселл выстрелил – на полную мощность, дважды – после того, как подозреваемый бросил оружие и сдался.

– И к какому решению пришли?

– Его оправдали. Очевидцами были два других толкача, на их показания посмотрели косо. У подозреваемого действительно было незарегистрированное оружие, и один выстрел он произвел. Марселл упорно держался своей истории: подозреваемый не бросил оружие и готовился разрядить его во второй раз. Провели реконструкцию, и она не смогла опровергнуть его слова. Однако в деле была записка, и мне пришлось ее изъять без уведомления. Большой, жирный вопросительный знак. Дело было заново открыто и пересмотрено, когда оба свидетеля умерли насильственной смертью.

– Как и Штрауб.

– Да. У Марселла было алиби в обоих случаях. Железное.

– По Штраубу – да, – согласилась Ева. – Железно фальшивое. А что он пустил в ход по тем двум свидетелям?

– Он был в засаде вместе с другим офицером. По странному совпадению – с Фрименом. – Уэбстер сел в кресло. – Я знаю, что он гнилой – и Фримен тоже. Ты это знаешь. Судя по почерку, оба сгнили давно, у них на могилах это написано большими золотыми буквами. Но мы до тех могил еще не добрались.

– Мы к ним куда ближе, чем сутки назад, – проворчала Ева.

– С этим не поспоришь. Есть и другие новости. Я открыл свой собственный файл по каждому члену команды Рене, включая ее саму. Там полно тени, Даллас. Если бы я мог показать это моему боссу, мы бы живенько добрались до тех могил и закрыли дело.

– Люди умеют прятаться в тени и ускользать, Уэбстер. Марселл же ускользнул. Я не стану рисковать и грохать крышкой раньше времени ради громкого успеха БВР.

– Плевал я на громкий успех, Даллас.

– Я бы тебя не пригласила, если бы думала, что он тебе важен. Я созвонилась и встретилась с детективом-сержантом Эллоу, он передал мне свои записи за те семь месяцев, что был в ее команде. Неудивительно, что ей хотелось от него избавиться. Он ничего не упускает.

– Ты посвятила его в дело?

– Я сделала обдуманный ход. Он знал, что Ранч снимает сливки, и доложил об этом своему лейтенанту.

– Он это зафиксировал?

– У него подробные записи, он отметил время, даты. Вряд ли мы найдем подтверждение этому в ее файлах. Что он получил в ответ? Первое отстранение за тридцать лет карьеры. Он подозревал Рене. Я записала мой разговор с ним, сделала копию для тебя. Приложила файл по Гейл Девин.

– Второй офицер в ее команде, павший при исполнении.

– Эллоу знал ее. Со своими тревогами и сомнениями по поводу лейтенанта и команды она пришла к нему. Их мнения совпали. Но, мне кажется, вместо того чтобы перевестись в другой отдел, она не только осталась, она надавила. Она поговорила с кем-то еще или начала записывать что-то, и они ее убрали.

– Если ты права… Черт побери, Даллас, мне кажется, ты права! Но тогда получается, что она убила двух копов!

– Держу пари, их было больше. Пибоди, – Ева кивком указала на напарницу, – работает по делу Девин. Она пошлет тебе копию всего, что найдет, со своими выводами. Свяжется с тобой, если ей придется копать под прикрытием.

Уэбстер кивнул.

– Итак, ты сегодня прошла раунд с Гарнетом, и он проиграл. Ты его подставила или он сам подставился?

– Всего понемногу. Он с Биксом проник в квартиру убитого и пытался это забросать каким-то дерьмом, ссылался на связь с неким крупным расследованием, в которое они зарылись по самые уши. Это был дурацкий ход, они сами вручили мне файлы по тому делу. Подарили, можно сказать. Но дело в том, что файлы неполны. Она кое-что подтерла, перетасовала. Что-то там не складывается. Я прочитала уже столько ее отчетов, что усвоила ее стиль. Она там кое-что перекомпоновала. Скрыла то, что не хотела мне показывать.