Не красавица - Алайна Салах

Риммой Радиковной я откровенно восхищаюсь. У неё двое детей-погодок, но это не помешало ей сделать блестящую карьеру. Она много работает, но при этом выглядит великолепно: всегда безупречная укладка, модные костюмы, умопомрачительные оправы и сумки, которые даже мне, при всём равнодушии к вещам, хочется потрогать. Если бы к сорока годам мне удалось добиться всего, что имеет она, — я бы могла с уверенностью заявить, что жизнь удалась.

— Мероприятие неформальное, так что веди себя раскованно, — наставляет Римма Радиковна, пока мы идём по вестибюлю. — Ты девушка свободная, привлекательная. Общайся, заводи новые знакомства. 

На слове «привлекательная» вспыхиваю от удовольствия. Сколько раз мне нужно его услышать, чтобы окончательно поверить? Сейчас, когда начальница это сказала, кажется, что так и есть — уж Римма Радиковна точно не стала бы льстить. Правда потом что-то происходит, и эта уверенность бесследно исчезает. Бесит, как говорит Василина, честное слово. 

Мы приходим на полчаса позже назначенного времени, поэтому застаём веселье в полном разгаре. Под звон бокалов  ведущий со сцены с энтузиазмом приветствует гостей, в глазах немного рябит от улыбок. Кажется, список приглашённых, присланный на почту, оказался неполным, потому что народу здесь куда больше, чем я представляла. Возможно, многие пришли не одни, а с парой. Я машинально поправляю свое неброское чёрное миди и нервно откашливаюсь. Когда перед выходом оглядывала себя в зеркале, то была полностью удовлетворена, однако сейчас, в окружении изысканных дизайнерских нарядов, платье кажется слишком простым. 

— Ты как, сама освоишься? — уточняет Римма Радиковна, поднимая руку вверх, чтобы поприветствовать первых знакомых. 

Я с фальшивой уверенностью говорю, что да, освоюсь, хотя оставаться одной совсем не хочется. Обилие гостей, которым нет до меня дела, и общая атмосфера неожиданно подавляют. 

Поблагодарив подошедшего официанта за шампанское, делаю спешный глоток и оглядываюсь. Можно сколько угодно убеждать себя в том, что высматриваю Дивеева или Глеба Алексеевича, но на деле ищу я Дана. Рядом с ним ни в одном, самом помпезном обществе не бывает неловко и одиноко.

Спустя секунд тридцать нахожу его стоящим по центру зала. С его ростом и причёской, выделяющейся своей небрежностью, у Дана нет шанса остаться незамеченным. Сердце по обыкновению реагирует , начиная качать кровь быстрее, но потом, будто споткнувшись, сбивается.

Потому что Дан стоит в компании девушки. Очень красивой. Из тех, чьи фото можно повстречать в модных пабликах и потом слабовольно убеждать себя, что настолько идеальной человеческой внешности не существует и,скорее всего, на снимках используются фотошоп и фильтры. Вот только эта девушка не нуждается в фильтрах, потому что и без них выглядит безукоризненно. 

Дан о чём-то рассказывает, а она кивает в знак согласия, не предпринимая даже секундной попытки скрыть идеальную белизну зубов. Третьего участника беседы я замечаю не сразу. Приземистый мужчина в смокинге стоит немного поодаль, пьёт шампанское и участия в разговоре не принимает. Не будь я так раздавлена увиденным, наверняка бы ему посочувствовала. При всей моей непредвзятости к внешности, до Дана он не дотягивает и,кажется, чувствует себя лишним. 

Хочется вернуться домой. Ещё на входе, в фойе, посетило ощущение, что на этом вечере я чужая, и сейчас это ощущение лишь усугубилось. Не знаю, куда делась лёгкость, сопровождавшая меня в прошлые выходы в свет. Может быть, я переволновалась, а возможно, встала не с той ноги…. Не знаю. 

Не доношу бокал до губ, потому что в этот момент Дан вдруг отрывает взгляд от собеседницы и смотрит прямо на меня. Рука с шампанским дёргается, и несколько капель проливаются на грудь. Зажмурившись от досады, я отворачиваюсь. Ну что за вечер такой? Всё происходит не так. Теперь ещё и невежливо отвернулась. Получилось не специально, исключительно от растерянности и нервозности. 

Я делаю большой глоток, отчаянно желая, чтобы алкоголь возымел своё волшебное действие и за секунду стало плевать на всё. На собственные скованность и неловкость и на то, что Дан, которого я так сильно хотела увидеть, стоит в компании девушки, которой я в подмётки не гожусь. 

Однако сегодня удача мне отказала, потому что шампанское не производит нужного эффекта. Голова становится легче, зрение чётче, но поселившаяся в груди тяжесть не желает уходить. Я думала, что всё будет по-другому. Думала, Дан будет стоять один и мы сможем поговорить. Может, правда лучше уехать домой, пока не поздно? 

— Напомни, в обычаях каких стран отвернуться — означает вежливое приветствие? — вдруг раздаётся прямо за мной его ироничный голос. — А то я в голове весь список африканских государств перебрал, и пока ни одно не подошло. 

************

По нервам волной прокатывается неконтролируемая радость, стирая даже картинку красавицы, стоявшей рядом с ним. В данный момент моему сердцу всё равно: оно просто счастливо от того, что Дан подошёл.

— В Буркина-Фасо, — шучу я, сильнее сжав бокал. — Так принято в их столице Уагадугу и крупнейшем городе Бобо-Диуласо.

Оборачиваюсь. Даже по выдуманной африканской традиции стоять спиной к тому, кто пытается завести с тобой диалог, невежливо. Вспыхиваю. Дан так близко, что ничего не стоит разглядеть в его золотистых глазах две крошечные кляксы-крапинки — особенность, которую я давно заприметила и успела полюбить. 

— Такой ответ могла дать только ты, — медленно произносит он, раздвигая губы в иронично-тёплой улыбке.

Вот ещё одно определение в копилку моего образа. Непостоянная. Я, оказывается, такая непостоянная. Несколько дней назад гадала, как пережить тот факт, что у Дана были другие женщины, а сейчас просто стою и млею от его близости. Я так хорошо знаю его лицо: цвет кожи, две горизонтальные линии, пересекающие лоб, остро заточенные скулы, густые брови — они у него гораздо темнее волос и одна пересечена шрамом. Губы… Выглядят жёсткими, но я прекрасно помню, что при поцелуе они горячие и мягкие. Есть хотя бы один шанс, что спустя пару лет все эти детали навсегда исчезнут из моей памяти вместе с чувствами?

— Я просто шампанское на себя пролила, — говорю я и машинально кошусь на то место, где Дан недавно разговаривал с той красивой девушкой. — Растерялась и потому отвернулась.

Дан кивает, давая понять, что принимает моё объяснение. 

— Так как твоё настроение сегодня? 

Я неловко пожимаю плечами. Ещё минуту назад его можно было назвать разбитым и подавленным, но сейчас так уже не кажется. Близость Дана изменила всё. 

Невольно встречаюсь глазами с красавицей, стоящей на том же месте, где Дан её оставил, и быстро отвожу взгляд. Какие между ними отношения? Они просто знакомые или же пришли сюда вместе? Может, Дан предупредил её, что отойдёт поздороваться?

— Хорошее. Приятно быть в числе приглашённых. Немногие из коллег удостоились такой чести, поэтому возможность стоять здесь для меня вдвойне ценна. 

— Кажется, будто в конце вечера тебя пригласят на сцену и специально к этому моменту ты заготовила речь, — усмехается Дан. — Я ведь спросил, как ты.