Фиктивная семья для босса - Николь Келлер

Легонько провожу ладонью по его груди, по стальным мышцам, чувствуя, как он напрягается под моими пальцами.

– Черт, дурею от тебя, Саби, – выдыхает Роб, снова набрасываясь на мои губы в собственническом поцелуе.

Я и в этот раз не могу устоять и отвечаю на поцелуй также страстно, чувствуя, как желание зарождается где-то там, глубоко внутри, грозясь смести все на своем пути.

Но…

Я пока не готова. Мне страшно довериться вновь. Прости, Роберт.

Мой муж теряет бдительность, и я ловко ускользаю из его объятий, быстро спрыгнув с кровати.

– Сабина, немедленно вернись! – грозно рычит Роберт, заставляя меня еще резче припустить к ванной. Останавливаюсь в дверях, оборачиваюсь, одаривая его самой широкой и милой улыбкой, отрицательно качая головой:

– Извини, милый, не сегодня. С добрым утром, кстати!

И скрываюсь в ванной, сразу же забегая в душевую кабинку под прохладные струи воды.

С некоторой опаской выхожу из ванной через некоторое время. Кто знает, как ведет себя неудовлетворенный Роберт? Может, зря я дергаю тигра за усы?..

Но на удивление, спальня оказывается пуста, а Роберт, уже полностью одетый в костюм и белоснежную рубашку, находится в детской. Он аккуратно целует дочку в пухлую щечку и что-то шепчет ей на ушко. От подсмотренной сцены у меня слезы наворачиваются на глаза, которые я тут же пытаюсь спрятать, потому что Роберт уверенным шагом направляется ко мне.

Он обжигает меня горящим взглядом, заставляя мое сердечко стучать чаще. Прижимает к стене и шепчет на ухо:

– Вечером точно не отвертишься, Куколка.

Я спешу перевести тему в более безопасное русло, потому что разыгравшееся воображение тут же подкидывает «горячих» картинок продолжения…

– Завтракать будешь?

– Нет, солнце, побегу, важная встреча. До вечера. Не скучайте, мои девочки, – Роберт оставляет на моей щеке целомудренный поцелуй, а я еще некоторое время стою и смотрю в опустевший коридор, не отрывая пальцев от щеки…

Потрясающее утро…

Роберт

Впервые в жизни работа не спасает от разного рода мыслей. А все они касаются одной упрямой, но очень соблазнительной девушки.

Впервые в жизни я влип. Окончательно и бесповоротно. Так сильно, что не спастись. Вот только вся соль в том, что я не хочу спасаться, а добровольно тону в Саби.

Признаюсь, что Куколка меня зацепила. Прочно так, не оторваться. И давно. В ту самую роковую ночь, когда у нас получилась Лия, и когда я впоследствии совершил самую глупую ошибку в своей жизни.

Тогда это для меня была просто одноразовая, ничего не значащая связь, но уже на следующую ночь понял, что такой, как Саби, больше не будет в моей жизни. Она открытая, искренняя в своих желаниях и чувствах, настоящая. Ей все равно было, кто я и сколько у меня денег в кармане. Ей было со мной хорошо просто потому, что я…это я. За все четыре года больше мне не встретилась ни одна девушка, хоть отдаленно на нее похожая.

И вот судьба дает мне второй шанс. Считаю, что она столкнула нас в стенах офиса не случайно. Не только для того, чтобы у Лии была полноценная семья. А для того, чтобы я все осознал и исправил ошибки прошлого.

Вот я и исправляю. Возможно, я тороплю события, но…у меня нет сил терпеть. Рядом с этой шикарной Куколкой я теряю рассудок, становлюсь одержим. Да, возможно, я тороплюсь, но я чувствую, что скоро Сабина «падет», надо просто немного проявить напора, заботы и ласки. То, чего она заслуживает больше всего. И, да, мне нравится дразнить мою малышку и видеть, как она мило смущается. Это меня заводит еще сильнее.

– Привет! Не отвлекаю? – в кабинет просовывается голова моей сестренки Эммы.

Неожиданно.

Потому что знаю, что сейчас у нее довольно плотный график работы, да и с личной жизнью вроде как все наладилось…

– Проходи. На самом деле работы полно, но отвлечься не помешает. Чай, кофе будешь?

– Нет, спасибо, – Эмма осторожно опускается на краешек стула, сильнее сжимая в руках ручку сумочки. Волнуется. С чего бы вдруг?

– Какими судьбами в офисе? Отец говорил, у тебя много работы.

– Так и есть. Я просто мимо проезжала, соскучилась, решила заглянуть…– ее щеки заливает румянец, а сестренка опускает взгляд на свои руки. Врет. Она никогда не умела этого делать. Я хмыкаю, вздернув бровь, и Эмма тут же сдается. – Ладно-ладно, я специально заехала. Хотела поговорить с тобой.

Это мне нравится еще меньше. Но отказать сестренке в такой малости просто не могу – она не стала бы беспокоить меня по пустякам. Стоит отметить, что Эмма – самый близкий мне человек после родителей. Так уж вышло, что с младшей сестренкой, с которой у нас довольно приличная разница в возрасте, отношения у меня лучше, чем с братом.

– Внимательно слушаю.

– Роб…– Эмма мнется, вздыхает, видно, что тема для нее не простая. Но все же собирает себя в кучу и выдает: – Что происходит между вами с Вадимом?

Повисает тишина. Сцепляю зубы и мысленно считаю до десяти, чтобы не наговорить милой Эмме грубостей. Уж кто-кто, а она их не заслужила.

– Ничего.

– Я знаю, что это не так.

– Ты же знаешь, какие отношения между нами, и знаешь причину…

– Да. Но после твоей свадьбы Вадим как с цепи сорвался: злой, на всех огрызается, а когда в разговоре упоминается твое имя, вообще взрывается. Он не выносит тебя, я знаю, но и до такой степени его злость не доходила…Мама очень волнуется, папа тоже переживает. А ты же знаешь, у него сердце.

Тяжело вздыхаю. Когда – нибудь этот засранец в своей ненависти ко мне доведет родителей до реанимации. Или того хуже…

– Мне нечего тебе на это сказать, – развожу руками, в голове делая пометку, чтобы всыпать братцу за то, что доводит родителей до ручки. Не стоит впутывать их в нашу войну. – Просто у Вадима характер – говно, вот и все.

– Нет, не все, – Эмма грустно качает головой, и ее взгляд становится встревоженным. – Не так давно настроение Вадика резко поменялось. Он стал довольным, как кот. А на днях я подслушала его разговор по телефону. О чем говорил, точно сказать не могу, но общий смысл был такой, что скоро все изменится, что он потопит твою компанию и…возьмет свое.

Не сдерживаюсь и от души матерюсь, резко вставая с кресла и подходя к окну. Практически уверен, что все проблемы в моей фирме – с подачи братца. Каков м…ак, а! Все неймется человеку, все