Кружевной веер - Кэрол Мортимер

— Вы куда-то уезжаете?

Диана замерла на месте. Она и ее горничная стояли в холле, Соумз готовился открыть для них дверь. Она через силу посмотрела на Гейбриела, стоящего на пороге своего кабинета. Ее шляпка и винно-красная накидка поверх винно-красного же с кремовой отделки муслинового платья служили вескими доказательствами того, что она в самом деле собиралась куда-то пойти.

Ей с трудом удалось ответить ему хладнокровно.

— Милорд, я собиралась пойти по магазинам… и вас заботит состояние вашей матушки, могу успокоить. Она рада обществу моей тетки и Элис.

Гейбриел прекрасно знал, что его мать сейчас ни чем не нуждается. Помимо возвращения компаньонки, она радовалась и поводу возобновить знакомство с подругой юности Доротеей Хамфриз. Вчера он, наконец, лично познакомился с теткой Дианы; после того как Гейбриел привез в Лондон ее подругу, пожилая дама стала относиться к нему куда терпимее.

Но, даже если бы он не знал о счастье матери, сейчас его заботила вовсе не Фелисити, а пропасть, которая стремительно расширялась между ним и Дианой после вчерашнего разрыва.

— Может быть, до ухода вы согласитесь несколько минут поговорить со мной наедине? — тихо попросил он.

Сейчас ей меньше всего хотелось говорить с ним наедине, особенно потому, что он выглядел красивее обычного. Прекрасно сшитый модный шоколадно-коричневый сюртук и золотисто-кремовый жилет подчеркивали широкие плечи и плоский живот, кремовые панталоны и коричневые высокие сапоги облегали длинные, стройные ноги.

Она глубоко вздохнула и ответила:

— Милорд, не может ли наш разговор подождать, я вернусь?

Он слегка нахмурился:

— Нет, нам лучше поговорить сейчас.

— Что ж, хорошо. — Она обернулась к горничной и попросила подождать ее в холле.

Едва они вошли в комнату Гейбриела, как он закрыл дверь и подошел к бюро красного дерева.

— Надеюсь, вы собирались поговорить со мной о важных вещах — только они способны отвлечь даму от мыслей о покупках! — даже ей самой шутка показалась совсем не смешной; судя же по тому, как Гейбриел плотно сжал губы, он и вовсе отнесся к ее попытке развеселить его неодобрительно.

А ведь ей в самом деле трудно было вернуть обычную хладнокровную собранность после того, как она всю ночь проплакала в подушку! Вчера вечером она отказалась от ужина под тем предлогом, что устала с дороги. Завтрак она попросила подать себе в комнату по той же причине. Понимая, что ей не удастся бесконечно избегать его общества, Диана наконец решила выйти из дому на несколько часов, но ее попытка была пресечена Гейбриелом.

— Может быть, у вас появились новые сведения об Элизабет? — Она посмотрела на него с надеждой.

— К сожалению, нет, — нахмурился Гейбриел. — Однако, поскольку вы принимали такое живое участие в предшествующих событиях, я решил, что вам интересно узнать, каких успехов я добился в розыске Прескоттов…

Лоб ее разгладился.

— Вам удалось выяснить их местонахождение?

— Пока нет. — Он стиснул зубы. — Но, располагая помощью и… ресурсами Вона, мне удалось навести справки о долгах моего дядюшки! — Внезапно ему стало неприятно оттого, что приходится раскрывать ей одну из тайн Доминика.

Диана ободряюще улыбнулась:

— Не огорчайтесь, милорд, — утром я поговорила с Каролиной и уже знаю, что лорд Вон — владелец одного из самых модных лондонских игорных заведений!

Каролина поднялась к сестре после завтрака и призналась, чем она зарабатывала себе на жизнь, приехав в Лондон. Несмотря на то что Диана не одобрила избранный Каро род деятельности, она вздохнула с облегчением, поняв, как крупно повезло Каролине. Она попала в надежные руки. Гейбриел вздернул темную бровь:

— В самом деле?

— Да. — Диана смущенно улыбнулась, вспомнив о шокирующем рассказе Каролины. — Я очень благодарна лорду Вону за то, что он так хорошо заботился о моей сестре.

— Я тоже ему благодарен, — мрачно ответил он.

Диана тут же бросилась на защиту сестры:

— Каролина очень молода!

— Она ненамного моложе вас, — возразил Гейбриел.

— Годами — возможно, — ответила Диана. — Надеюсь, вы позвали меня не для того, чтобы упрекнуть в недостаточно хорошем присмотре за сестрой?

— Нет, что вы! — воскликнул Гейбриел. — Думаю, уследить за этой молодой леди не удалось бы никому.

— Даже лорду Вону? — поддразнила Диана.

Он смягчился и даже снизошел до неподдельной улыбки:

— Кажется, Вону такое занятие очень нравится.

Диана невольно вспыхнула, представив себе действенные методы, которыми, наверное, пользуется лорд Вон, чтобы обуздать пылкую, несдержанную Каролину.

— Кажется, вы собирались рассказать что-то о Прескоттах?

Он кивнул:

— Поскольку Вон — свой человек в мире азарта, мне удалось узнать точную сумму долга моего дяди.

— Большие у него долги?

— Громадные, — ответил Гейбриел.

Диана покачала головой:

— Никакие долги не оправдывают их ужасного обращения с вашей матушкой!

— Да, определенно не оправдывают! — Поскольку Гейбриелу не на кого и не на что было выместить свою досаду, ведь он не мог злиться на Диану за то, что она разорвала их помолвку, стремясь обрести личное счастье, он сосредоточил все силы на поисках дяди и его жены.

— Это все, что вы хотели сказать мне, милорд?

Это все, что он мог ей сказать! Продумав о ней почти всю ночь, Гейбриел понял, что не в силах смириться с разрывом их отношений, как и с тем, что она любит другого. Потому что он мечтал сам завоевать любовь Дианы. Ему очень хотелось снова овладеть ею, но он мечтал не только о физической близости с ней. Ему нужна ее нежность. Ее теплота. Ее храбрость и ее достоинство.

Ни на миг не поверил он, что Касл заслуживает любви такой единственной в своем роде и красивой женщины, как Диана!

Правда, Гейбриелу казалось, что и сам он недостоин ее.

— Разве этого недостаточно? — с трудом ответил он.

— Разумеется, — холодно ответила она. Разбились в прах ее последние надежды! Ах, как она надеялась, что он передумал разрывать их помолвку! — Если вам нечего больше мне сказать, я пойду.

Гейбриел несколько секунд безмолвно смотрел на нее, а потом отвернулся.

— Да, это все… Вот только…

— Да? — Диана подняла золотистые брови. Гейбриел стиснул зубы — так хотелось ему произнести слова, которые нельзя было произносить, умолять ее передумать!

— Что мне сказать Каслу, если он сегодня снова приедет с визитом?

— Правду, конечно.