Самая приличная ведьма - Анна Викторовна Батлук

— Позовите хозяйку, — потребовала госпожа Кафлиц, задирая длинный нос. Я сложила руки на груди и улыбнулась со всей имеющейся внутри моей души желчью.

— Конечно, а по какому вопросу вы хотите ее видеть?

— Не твоего ума дело, девчонка, — процедила женщина. — Но можешь ей передать, что у меня деловое предложение.

А это уже было очень интересно. Я мигом прикрыла рот, скрыв намерение снова съехидничать, и кивнула, приглашая госпожу Кафлиц следовать за собой. Очень мне было интересно, что может предложить засушенная матушка мэра, вполне возможно, что бесплатную рекламу, и срывать договоренности, начиная с двери, не хотелось.

Тиль как раз убирала в кабинете после процедур и, когда мы вошли, мягко улыбнулась, приветствуя очередного клиента. Я шла первой и сделала большие и страшные глаза, намекая, что следует помолчать. Как и следовало ожидать, Тиль ничего не поняла.

— Что с вами? — удивилась швея. Я посторонилась, пропуская госпожу Кафлиц, и громко объявила:

— С вами, госпожа Беллингслаузе, желают поговорить.

— Со мной? — икнула Тиль и перевела недоуменный взгляд на мать мэра. Глупой она не была, но, по-видимому, все же не могла сообразить, что я от нее хочу. — Допустим. Вы же…

— Госпожа Кафлиц, верно. Мы можем поговорить наедине?

Я чуть не взвыла — настолько мне хотелось послушать. За спиной Кафлиц я показала Тиль кулак. Девушка шумно сглотнула и пожала плечами.

— У меня нет секретов от служанки, — медленно сказала она и явно обрадовалась, когда я закивала. — Тиль, принеси, пожалуйста, гостье кофе.

Я чуть зубами не заскрежетала, с чего это швея вообще решила проявить гостеприимство.

— Может быть, лучше воды?

— Нет-нет, я обойдусь и без того и без другого, — госпожа Кафлиц брезгливо огляделась, по ее виду можно было уверенно сказать, что мать мэра новый ремонт не впечатлил и наши потенциальные угощения она может лишь вылить на пол. — Госпожа Беллингслаузе, я представляла вас немного иначе.

Судя по всему, воображение у госпожи Кафлиц слишком бурное, иначе чем объяснить тот факт, что она не провела никаких параллелей между обитателями дома и своими представлениями.

— Я тоже, — пробубнила Тиль. — Но имеем, что есть. Это что-то меняет?

— Пока нет, — загадочно проронила госпожа Кафлиц, и мы с Тиль переглянулись. — Госпожа Беллингслаузе, вы же, как известно, ведьма?

Тиль кивнула.

— И врачуете посетителей только зельями собственного производства?

— Да, зелья натуральные, проверенные годами. Скрывают все, что вы хотите скрыть, и открывают лишь лучшее, что у вас имеется, — заученно сказала Тиль. Не зря вчера давала объявление — все запомнила.

— Вы слишком молоды, чтобы быть в этом уверенной, но это неважно. Я не на процедуры к вам пришла. У меня есть знакомая, и она очень похожа на вас… В некоторых моментах.

Пришлось зажать рот, чтобы не подать голос, настолько мне хотелось спросить, что она имеет в виду. У Тиль такого интереса не было, а потому она только вежливо приподняла брови. Не дождавшись вопросов, госпожа Кафлиц недовольно поджала губы, но продолжила:

— Поясню: она ведьма. И у нее есть желание подзаработать. И в исполнении этого желания вы вполне можете ей помочь.

Тут уже я не вытерпела — не успела открыть кабинет, так уже явились желающие наложить на него руку.

— А должна?

Госпожа Кафлиц обернулась ко мне, всем своим видом выражая мысль: с вошью не разговариваю, и я поправилась.

— В смысле, почему госпожа Беллингслаузе должна помогать какой-то незнакомой ведьме?

Матушка мэра насмешливо отвернулась и пояснила Тиль.

— Эта ведьма намного старше вас, и вот уж ее зелья точно испытаны временем. Вы не пожалеете, если воспользуетесь опытом. Зелья на все случаи жизни и всего за небольшую цену.

Я заморгала, подавая знак Тиль, и, как ни странно, она сразу поняла, что от нее требуется.

— На все случаи жизни? Здесь кабинет красоты, госпожа Кафлиц…

Женщина усмехнулась и, покачивая бедрами, подошла к Тиль почти вплотную. Бедная швея вскинула испуганный взгляд и точно попятилась бы, если в спину ей не уперлась бы кушетка. Я тоже шагнула вперед, потому что мне на мгновение показалось, что госпожа Кафлиц или удушит Тиль, или ударит. Но нет, женщина всего лишь заговорила тише.

— Я уважаю ваше желание быть милой и полезной людям, но не стоит забывать, что к ведьмам обращаются по многим вопросам. Женщинам вокруг нужны и приворотные и отворотные зелья, и проклятия для соперниц, и просто возможность устроить мелкую гадость, когда нет настроения. Мне самой, стыдно признаться, но требуется всякое, и я обращаюсь к подруге, — интересно, о каком-таком «всяком» идет речь. — Наладив сотрудничество, вы могли бы совместно увеличить доход и сделать так, что уважаемым дамам Велтона не придется ездить в другой город за необходимой малостью.

Про уважаемых дам — это она про себя? Тиль выглянула из-за плеча госпожи Кафлиц, и женщина это заметила.

— Вам требуется совет служанки?

— Нет, смотрю, не ушла ли она, — я чуть не застонала от подобной глупости, но деваться было некуда. Едва заметно я покачала головой, давая знак, что мне предложение неинтересно. — Я отказываюсь. Если мне захочется продавать новые зелья, я сама смогу их изготовить.

Госпоже Кафлиц ответ не понравился, но ругаться она не стала: воспитание не чета моему. Женщина оглянулась на меня и поджала губы — я бесила ее одним своим существованием, не только присутствием.

— Ну что ж, я вас услышала и все передам подруге. Не ожидала, что вы окажетесь настолько слепы. Неужели считаете, что за деньги с некрасивых жительниц Велтона вы сможете достойно жить? Хотя, согласна, что таковых дурочек у нас много.

— Прошу не оскорблять наших посетительниц, — не вытерпела я. — Решение госпожи Беллингслаузе вы услышали, так что будьте добры покинуть кабинет.

— С удовольствием, — насмешливо фыркнула госпожа Кафлиц, но глаза у нее были недовольными. Вредная мэрша явно ожидала другого ответа на свое предложение.

— И что это было? — спросила Тиль, когда госпожа Кафлиц нас покинула. Я задумчиво покачала головой.

— А это, Паула, доказательство того, что в округе есть еще одна ведьма, и, что самое главное, мы знаем, кто к ней может привести.

— Это же хорошо? — с сомнением спросила Тиль. Я и сама не знала, что сказать, а потому передернула плечами.

— Я бы не надеялась на это. Есть подозрение, что мы можем быть единственными свидетелями.

Как назло, противный