Изара, книги 1-6. Кассардим, книги 1-3 - Юлия Диппель

– Правда. Я тоже это слышала, – вставила я. И сразу оказалась в центре внимания. Охотники уставились на меня, как будто не верили своим ушам. Я буквально видела, как они оценивают мое состояние и достоверность моих слов. Рука Лиззи коснулась моего плеча.

– Вы понимаете, что это значит… – прошептала она.

Ее брат взволнованно кивнул, а Аарон тихо присвистнул. Только что произошло что-то, имеющее огромные последствия. Я это чувствовала. Не понимала, что именно, но это должно было всё изменить.

– В игре больше действующих лиц, чем мы предполагали, – произнес Гидеон. Гнев проступал в каждой черточке его лица. – Предатель среди высших кругов Лиги.

– Да, кто-то из Верховного Совета сотрудничает с «Омегой» и инсценировал смерть Танатоса, – подытожил Люциан. Его глаза искрились зловещим обещанием. Я поежилась. Ни за что на свете мне бы не хотелось оказаться на месте этого предателя, когда брахион его отыщет. Гидеон и охотники тоже ощутили на себе эту пугающую ауру. Даже Лиззи больше ничего не добавила, а лишь обменялась понимающими взглядами с другими охотниками. Похоже, они все прекрасно друг друга понимали. Только я страдала от недостатка сведений.

– И это значит?.. – полюбопытствовала я.

– «Омега» что-то замышляет. Что-то грандиозное. У них есть поддержка в Совете, а мы просто носимся по кругу, как слепые котята, – угрюмо ответил Аарон. Он засунул «ледяную жилу», как ее назвал Райан, в пластиковый пакет и туго его завязал.

– Но у нас есть кое-что, что им нужно, – Люциан кивнул в мою сторону. – Ари – ключ ко всему. Мы обязаны выяснить, почему все в той или иной степени ее преследуют.

«Ага, было бы неплохо для начала».

Гидеон явно придерживался того же мнения, потому что решительно повернулся к Люциану:

– Охотники помогут тебе найти Танатоса, а ты взамен поможешь нам отправить на тот свет предателя, который покрывает «Омегу».

– Согласен, – сказал Люциан, и они ударили по рукам. Фырканье Райана осталось без внимания.

– Тогда, – на губах Гидеона заиграла недобрая улыбка, – давайте-ка поболтаем с Джироном.

Глава 16. Когда сбываются мечты…

Я сжалась в углу маленькой хижины. Сквозь грубо сколоченные стены свистел ветер. Семеро мужчин в светлых плащах смотрели на что-то в центре круга. На их обветренных лицах танцевали тени в бледном свете масляных ламп. В комнате звучал несмолкающий шепот. Их дыхание превращалось в воздухе в ледяные облачка.

Один из мужчин вышел из круга. Он нес глиняную чашу с чем-то, по виду напоминающим кровь. Через появившуюся брешь у меня получилось заглянуть в центр странного ритуала. Я замерла. Там лежал труп. Труп Люциана. Его волосы были длиннее, и кто-то заплел ему на голове несколько тонких косичек. Но я все равно его узнала. Пение нарастало. Мужчины завершили кровавый узор, который нанесли ему на верхнюю часть туловища и лицо. Воздух потрескивал от напряжения, и внезапно Люциан очнулся с одним глубоким вздохом. В тот же момент кто-то вонзил ациам ему в грудь. Люциан закричал. С нечеловеческой силой мужчины держали его, пока другие из них вырезали ему сердце. Они поместили свой жуткий трофей в урну из черного камня и запечатали ее. Мне стало плохо. Ноги подкосились. Я осела на пол и неожиданно поняла, что сижу… на скамейке. Вокруг меня шумела улица. Солнце жарило асфальт. Рядом со мной сидел Люциан. Он меня не видел. Его взгляд был прикован к другой стороне улицы. Там стояло здание, которое было мне до боли знакомо. Главный офис корпорации «Омега». Люциан вскочил со скамейки и направился прямо к главному входу, сопровождаемый какофонией из злобных окриков, автомобильных сигналов и гудков. Он проигнорировал их и исчез за вращающейся дверью. Я попыталась успеть за ним, но дверь поворачивалась страшно медленно, и, когда я вышла с другой стороны, очутилась…

…в саду замка. Между высокими изгородями прогуливался Люциан рядом с незнакомым лысым мужчиной с аккуратно подстриженной бородой.

– Уверяю тебя, твой друг мертв.

– Этого не может быть! – яростно прорычал Люциан. Незнакомца нелегко было вывести из себя.

– Пленник или предатель, это не играет роли. Совет должен действовать, – сказал он.

– И ты просто позволил им сжечь его сердце?

– У меня не было другого выбора. Танатос слишком много знал.

Люциан боролся с собой, чтобы не придушить этого человека:

– Ты при этом присутствовал?

– Нет. Электра и Дариус исполнили приговор.

– Электра и Дариус – одержимые властью беспринципные шестерки, – заорал Люциан.

– И тем не менее ты доверил им свою жизнь, когда вопреки моему желанию решил стать брахионом, – прохладно возразил мужчина. – Лучше бы тебе не ставить под сомнение их действия и волю Совета. В противном случае твое сердце сгорит следующим, независимо от того, являешься ты моим сыном или нет.

Двое мужчин скрылись за аркой из роз. Я хотела их догнать, но, шагнув под арку, очутилась…

…в церкви. По крайней мере, выглядело это как церковь. Или нечто среднее между готическим собором и амфитеатром. Давящие каменные стены, высокие окна и изогнутые ряды сидений, спускающиеся к центру зала. Там внизу стоял Люциан. Перед ним на возвышении сидели девять человек. Света, проникающего сквозь витражные окна, едва хватало, но мне показалось, что посередине я узнала мужчину из сада.

– …ты подчинишься нам и прекратишь свои поиски!

«Поиски… поиски… поиски…» – подхватило эхо.

– Нет, – ответ Люциана был тихим, но ясным.

– Ты противишься Совету, брахион? – заговорила кудрявая блондинка. – Ты начинаешь мятеж?

– Я еще в своем уме, Электра. И я был и остаюсь верен Лиге, но не брошу своего друга в плену у врага. Убейте меня, если считаете, что я не прав, – с этими словами Люциан развернулся и покинул зал. Возмущенные возгласы приказывали Люциану вернуться, но тщетно. Затем всё погрузилось…

…в темноту.

– Она спит, – сказал кто-то. Это был мой приемный отец.

– Опять «Русалочка?» – раздался другой голос. Харрис, смеясь, подтвердил.

– Принимайся за работу. Я должен отвезти ее домой. Ее мать, наверно, уже волнуется.

Потом стало светло. Очень яркий свет. Ослепительный. Уколола боль. Я хотела к маме.

Хлопнула дверь.

Я задержала дыхание. Боль рано или поздно прекратится, если я достаточно долго буду лежать, не дыша.

Еще один удар двери. На этот раз сильнее. Я распахнула глаза, стоя…

…в библиотеке. Точнее говоря, в холле библиотеки. Передо мной на белом мраморном полу возвышалась стойка. Мрамор был гладко отполирован и отражал теплый свет, источник которого мне не удавалось угадать. Я осмотрела себя. Белые туфли на шпильках, белая юбка-карандаш и очки? Я тут что, библиотекарь? Судя по всему, так и было. Комната была восьмиугольной. От каждой стены вел коридор, от пола до потолка уставленный книжными стеллажами, и заканчивался каждый из них другими помещениями,