Унесенные страстью - Джилл Барнет

Ничто не вечно, и ничто не остается.

То полная луна, то убывает,

Туман и облака дождями опадают,

Потом дождинки дымкою взлетают,

Грядущий день текущим обернется.

Генри Уодсворт Лонгфелло

Туман висел над островом битых две недели.

Все это время Джорджина Бэйард обдумывала, поворачивая так и этак, потом отбрасывая сотни весьма неправдоподобных объяснений, которые должны были оправдать перед Джоном Кэботом ее исчезновение.

Лицо у Эйкена Мак-Лаклена заживало, однако его несносный характер становился еще несноснее. Эми Эмерсон узнала, что люди, когда целуются, и вправду касаются друг друга языками. А Калем Мак-Лаклен разрабатывал новый график: этапы и подробный анализ процесса соблазнения.

Туман в конце концов ушел с побережья Мэна, и это случилось в мгновение ока. Будто кто-то вдруг щелкнул пальцами, и – пу-уф! – он исчез, как богатая наследница Эмерсон.

Чистое синее небо и легкий ветерок с океана принесли на остров Эрент известие, что судно «Новые Гебриды» пришло в Бат с последними в этом году шотландскими иммигрантами на борту. Калем провел все утро, загружая припасы в баркас. Эйкен пропадал на конюшне. Эми занималась уборкой, а Джорджина до полудня пронежилась в ванне.

Девушка вышла из ванны и насухо вытерлась. Она завернулась в пушистое полотенце, раздумывая, что бы ей надеть. Она могла выбирать лишь из двух нарядов, и оба были плохи. Она и сама не знала, в каком из них больше похожа на доярку.

Девушка подняла юбку и блузку мерзкого грязно-бурого цвета. Тогда она взяла платье, отошла немного и посмотрела на себя в зеркало. О Господи!.. Ну кто может носить такой цвет? Нечто среднее между подгнившей соломой и гороховым супом, а когда она поднесла его к лицу, кожа ее приобрела землисто-желтоватый оттенок. Глаза – и те, казалось, изменили свой цвет. Платье превратило их из голубых в тускло-серые.

Методом исключения – что не заняло много времени – Джорджина выбрала блузку и юбку. Она расчесывала волосы, пока они не стали гладкими и блестящими – глянцевыми, черными, словно кабриолет высшей марки, из тех, что с карминной отделкой внутри и серебряными украшениями на дверцах. Прекрасный экипаж. Надо, чтобы Джон купил ей такой, когда они поедут в церковь венчаться.

Джорджина заплела волосы в косу и уложила ее вокруг головы, потом пощипала себе щеки и покусала губы. Она была готова. Девушка вышла из ванной и прошла по коридору.

Проходя мимо одной из спален, она услышала, что Эми плачет. Джорджина уверенно постучала, потом открыла дверь, не дожидаясь приглашения. Эми лежала на кровати, уткнувшись лицом в ладони. Она отчаянно рыдала.

– Эми, ради Бога, у тебя все лицо пойдет пятнами и нос покраснеет!

– Ну и пусть, мне все равно, – всхлипнула Эми в матрас.

– Ну так мне не все равно. Вставай!

Эми повернулась, в отчаянии прикрывая глаза рукой.

– Мне незачем вставать.

– Мне бы твой миллион, а то и больше долларов в банке – я бы тут же вскочила! – Джорджина встала рядом с Эми.

Эми с минуту помолчала, потом чуть отвела руку от глаз. Внимательно оглядев Джорджину, она заметила:

– Ты выглядишь чудесно.

Джорджина потрогала тугой узел волос на затылке.

– Да, пожалуй, насколько возможно чудесно выглядеть в платье цвета прелой соломы. – Она сунула руку в карман своей уродливой юбки и достала оттуда чистый носовой платок. – Вот, вытри глаза. Мы едем домой. Слава Богу! Нет никакой причины плакать.

– А у меня есть.

Господи помилуй! У этой девушки в банке полным-полно денег, а она даже не желает вернуться за ними домой! Джорджина вернулась бы и купалась в деньгах, а то сидела бы целый час и прижимала бы к сердцу синенькую чековую книжку! Она, нахмурившись, посмотрела на Эми. Та ходила мрачная с той минуты, когда утром увидела, что туман рассеялся.

– Ладно, хватит жалеть себя!

– Я не хочу возвращаться.

– Почему?

– Потому что меня там не ждет ничего хорошего.

– Сколько у тебя домов?

Эми вздохнула так, будто тащила тяжелую ношу.

– Семь.

Джорджина широко раскрыла глаза.

– Мне кажется, хоть один из них будет получше, чем этот.

Эми упорно молчала. Джорджина попробовала зайти с другого конца:

– А как же твои опекуны? Сейчас они, наверное, уже всех поставили на ноги, пытаясь тебя отыскать.

– Да, пожалуй. Но вовсе не потому, что так уж обо мне беспокоятся. Они просто попытаются найти и подкупить еще кого-нибудь, чтобы сбыть меня с рук. Пусть бы они хоть и вовсе меня никогда не нашли. – Лицо у Эми было упрямое, Джорджина уже хорошо изучила это выражение. – Я не хочу возвращаться домой. Все мои дома холодные и пустые. Я не хочу, чтобы эти адвокаты опять распоряжались моей жизнью.

– Послушай, Эми, все будет хорошо. У меня есть прекрасная идея. Когда я выйду замуж за Джона Кэбота, я сделаю все, чтобы познакомить тебя с кем-нибудь, кто женится на тебе не из-за денег.

– Я не хочу выходить замуж за богатого.