Виридитерра: начало пути - Тери Ли

«Что ты оставила за спиной, Осо? Чем ты пожертвовала ради того, чтобы увидеть голубую листву деревьев проводников, от которых ты в таком восторге?»

Ноа, пробежав до конца коридора, резко остановился. Он только сейчас понял, что совершенно не знает, где живет девушка. Потому что ни разу не бывал в комнате Осо. И даже примерно не знал, где она находится. Ноа стоял как истукан и не мог понять, что делать дальше. Что-то внутри него подначивало бежать, носиться по коридорам и этажам, сбивая с ног всех, искать Осо. И, может, ему повезет также, как в общежитии для эльфов с дверью Эли.

Но другая часть, которая всегда удерживала парня от глупых поступков, упорно твердила, что нужно перевести дух и как-то узнать, где живет Осо.

На боковой лестнице, которая вела к запасному выходу из общежития, послышался стук оцинкованных ведер, и кто-то тихо выругался. Ноа прислушался, стараясь узнать, чей это голос. Но все без толку.

Однако вскоре дверь со скрипом открылась, и через нее неуклюже прошел Леон. В руках мужчина нес два ведра, наполненные водой, деревянную швабру и какую-то ветошь. Его клонило из стороны в сторону, швабра то и дело норовила выскочить из рук, а за мужчиной тянулся мокрый след от воды, расплескавшейся по полу.

– Чер-р-рт бы побр-р-рал эту убор-р-рку, – еще раз выругался Леон и поставил ведра на пол. Швабру мужчина приставил к стене, но она тут же сползла и с громким звуком, который эхом пронесся по широкому коридору, упала на пол. – Почему в этом магическом мир-р-ре никто не додумался пр-р-ридумать швабр-р-ру-самоубир-р-ралку?

Мужчина тяжело вздохнул, но поднимать швабру не стал. Он развернулся и только сейчас заметил взбудораженного парня.

– О, Ноа, – воскликнул он и тепло улыбнулся, – почему ты не на занятиях?

– Я… эм…– парень пытался придумать какое-нибудь оправдание. Но оно не потребовалось, ведь в следующую секунду Леон рассмеялся – громче, чем нужно было – и продолжил:

– Да ладно, мне вообще-то все р-р-равно. Но смотр-р-ри не попадись кому-нибудь из пр-р-реподавателей.

У Ноа будто камень с души упал – за сегодняшний день он уже выдал слишком много вранья и ему точно не хотелось бы добавлять в эту чашу еще и вранье Леону.

– Слушай, Леон, в какой комнате живет Осо? – невинно спросил Ноа.

Мужчина же хитро улыбнулся. Кто знает, о чем он в этот момент думал? Да Ноа это было и неважно, главное узнать. Парень был уверен, что Леон обязательно ему в этом поможет. Ведь именно Ноа и Осо были теми немногочисленными студентами, которые могли поговорить с мужчиной на равных.

– Ты стоишь пр-р-рямо напр-р-ротив ее комнаты.

После этих слов Ноа почувствовал себя дураком. Он хотел с громким хлопком ударить ладонью по лбу, но сдержался и неловко признес:

– Эм, ну-у спасибо, – протянул парень, пытаясь скрыть свое смущение и повернулся к двери за его спиной.

Но Леон не отступал:

– Ты ее там не найдешь, – продолжал мужчина. – Я видел, как она заходила в комнату к Махаону.

Ноа вновь повернулся лицом к Леону:

– Хорошо, тогда где живет Махаон? – спросил Ноа.

Мужчина поднял указательный палец вверх и посмотрел в потолок.

– На этаже стар-р-рост, естественно. Ты не заблудишься, ведь там не так много комнат.

Мужчина еще что-то говорил, но Ноа уже его не слышал. Он снова мчался, надеясь найти, наконец, Осо, и израсходовать свою потребность в поддержке ближнего своего.

Махаон, как староста и отличник, занимал комнату на два этажа выше. Привилегией Махаона было то, что он жил один, без соседей. Он объяснял это тем, что многих талантливых студентов – при их, конечно, желании – благородные семьи могут забирать посреди обучения для дальнейшего развития военной карьеры. Махаону это было не нужно, как он любил повторять – тут Ноа не сомневался, что в этом он не солгал и гордился своим решением – и он хочет учиться.

В комнате Махаона был небольшой камин, а на стенах висели гобелены с изображениями животных. Широкая кровать с балдахином все равно оставляла много пространства, а все остальное занимали письменный стол с креслом и большое количество стеллажей с книгами. Ноа едва-едва удалось не присвистнуть, когда он увидел, насколько отличается его комната от этих апартаментов.

Осо тихо сидела на уголке кровати.

– Эй, ты как? – спросил Ноа сразу же, подходя к ней и трогая за плечо.

Осо измученно улыбнулась и похлопала ладонью по его руке. Махаон, сидящий в кресле напротив, молчал, и Ноа присел рядом с Осо на кровать.

– Я… пришел, чтобы сказать, что все уладил с сиром Роджерсом, – начал Ноа.

Ребята тут же уставились на него, Махаон с недоумением, а Осо со страхом.

Парень же продолжил:

– После первого урока я пришел к директору и взял всю вину на себя. Они не будут проводить расследование.

В комнате повисла тишина и это, по правде говоря, совсем не то, на что надеялся Ноа. Он думал, что Осо станет легче, ведь ее тайна так и останется нераскрытой. Но девушка все также молчала, и смотрела стеклянным взглядом куда-то в пол.

Но заговорил Махаон:

– Ты просто пришел и сказал директору, что сам разгромил библиотеку? О Боги, он, наверное, в ярости. Что с тобой теперь сделают? – лепетал Махаон.

– Если честно, он вообще не разозлился. Только отстранил меня от соревнований и отправил помощником в лазарет на это время.

Недоуменный взгляд Махаона был для Ноа лучшей наградой. Парень впервые видел этого зазнайку таким растерянным. Казалось, Махаон впервые в жизни что-то не понял. Однако это маленькое чувство торжества принесло совсем немного радости, ведь больше всего его волновало то, что скажет Осо.

Но Махаон быстро – быстрее, чем того бы хотелось Ноа – собрался с мыслями и заговориил:

– Осо тоже не может участвовать в соревнованиях, – мрачно проговорил Махаон. – И мы все прекрасно знаем почему.

– Потому что она была медведицей и разгромила библиотеку, да-да. Хватит уже напоминать об этом, – сказал Ноа.

– Ты не сказала ему? – удивленно спросил Махаон, взглянув на Осо, которая сжалась под его взглядом и виновато улыбнулась. И будь Ноа проклят, если в этот момент в голосе Махаона не прозвучало ответное торжество, словно бы он говорил