Барабаны осени - Диана Гэблдон

Иокаста совершенно не по-дамски фыркнула.

— Чувства, как же! У этого мужлана чувства только к бутылке.

Джейми разглядывал мистера Кэмпбелла с неким интересом.

— Раз уж вы заговорили о чувствах, тетушка, — осторожно промолвил он, — то могу я поинтересоваться намерениями вашего особого друга?

Мистер Кэмпбелл уставился на Джейми.

— Дома меня ожидает жена, сэр, — сухо сообщил он, — и восемь детишек. Старший, пожалуй, вашего возраста. Я знал Гектора Кэмерона более тридцати лет и стараюсь поддерживать его жену ради той дружбы… и дружбы с ней.

Иокаста коснулась его руки. Да, она не могла выражать мысли взглядами, зато явно осознавала, какое впечатление произведут опущенные ресницы.

— Фаркуард мне очень помогает, Джейми, — сказала она с едва слышным упреком. — Без него я не смогла бы справиться после смерти бедного Гектора.

— Да-да. — В голосе Джейми послышалась ироничная нотка. — Уверен, мне тоже стоит вас за это благодарить, сэр. Однако меня по-прежнему терзает вопрос… что за роль вы отвели в этой истории мне?

Кэмпбелл тихонько кашлянул и продолжил рассказ.

Иокаста отвергла лейтенанта, а потом изобразила обморок от переживаний и горя. Слуги отнесли ее в спальню, где она заперлась и не выходила, пока лейтенант не покончил с делами в Кросс-Крике и не вернулся в Уилмингтон.

— В тот раз за бумаги отвечал Бирнс — и ох! — он там устроил путаницу, — вставила Иокаста.

— А, мистер Бирнс, невидимый надсмотрщик… Где же он был этим утром?

В комнату вошла служанка с полотенцем и тазом теплой ароматной воды. Девушка молча опустилась на колени возле Джейми и принялась бережно стирать с его ладоней сажу. Джейми несколько удивился такому вниманию, но разговор его увлек больше, и он не стал прогонять служанку.

Кэмпбелл криво усмехнулся.

— Надсмотрщик из Бирнса хороший, вот только боюсь, у них на пару с лейтенантом есть одна слабость. Я первым делом послал за ним на лесопилку, но раб вернулся и доложил, что Бирнс без чувств лежит у себя, от него несет спиртным, и его никак не добудишься.

Иокаста снова не по-дамски фыркнула, и Кэмбелл с нежностью на нее посмотрел.

— Ваша тетушка вполне способна управлять делами поместья, а Улисс помогает ей с документацией. Однако, как вы уже убедились, — он сдержанно указал на таз с водой, которая теперь напоминала чернила, — есть и иные стороны.

— Именно это и доказывал мне лейтенант Вульф. — Иокаста сжала губы, вспоминая. — Что я не смогу управлять землями в одиночку, ведь я не просто женщина, а еще и слепая. Я не смогу, говорил он, рассчитывать на Бирнса, ведь я не способна отправиться на лесопилку и проверить, чем он там занимается. Или не занимается. — Иокаста стиснула зубы.

— В его словах есть доля истины, — с сожалением добавил Кэмпбелл. — Как у нас говорят, счастлив тот, у кого есть достаточно взрослый сын, чтобы на него положиться. Когда дело касается денег или рабов, доверять можно лишь близким родственникам.

Я глубоко вздохнула и глянула на кивнувшего Джейми. Наконец мы дошли до главного.

— И тут, — сказала я, — вступает Джейми. Так?

Иокаста уже договорилась, что с лейтенантом будет разбираться Фаркуард Кэмпбелл, причем Бирнса следует отправить подальше, чтобы он опять не напортачил с бумагами. А когда так удачно подвернулись мы, у Иокасты созрел куда лучший план.

— Я отправила весточку Фаркуарду, чтобы он сообщил Вульфу о прибытии моего племянника, который возьмет на себя управление поместьем. Поэтому лейтенант действовал осмотрительнее, — объяснила она. — Он не осмелился бы давить на меня в присутствии заинтересованного родственника.

— Ясно. — Джейми слегка развеселился. — То есть лейтенант решил, что я отбираю у него возможность удобно здесь устроиться. Не удивительно, что он с ходу проникся ко мне антипатией. А я-то думал, он просто ненавидит всех шотландцев.

— Полагаю, так оно и есть… теперь. — Кэмпбелл тщательно промокнул губы платком.

Иокаста потянулась через стол, и Джейми по наитию протянул ей руку.

— Ты меня простишь, Джейми? — Сжав его ладонь, Иокаста как бы заглянула племяннику в лицо. И не скажешь, что слепая — такая мольба застыла в прекрасных синих глазах. — Я ничего о тебе не знала, понимаешь? И не могла рисковать. Вдруг ты отказался бы участвовать в обмане, объясни я заранее? Прошу, скажи, что не держишь на меня зла, Джейми, хотя бы ради памяти о милой Эллен.

Джейми мягко сжал ее пальцы, заверяя, что ничуть не сердится. Что он и в самом деле рад, что пригодился тетушке и та может всегда на него рассчитывать.

Мистер Кэмпбелл, просияв, позвонил колокольчиком. Улисс внес бутыль особого виски и поднос с хрустальными бокалами, а также блюдом с острыми закусками. Мы все выпили за посрамление британского флота.

А я все вглядывалась в красивое лицо, выразительное, несмотря на слепоту, вспоминая, как Джейми однажды кратко описал мне свою семью:

«Фрейзеры — упертые и крепкие, как скалы. А Маккензи очаровательные, как жаворонки в поле… и в то же время хитрые, как лисы».

— Ну и где ты был? — поинтересовался Джейми, окинув Фергуса с головы до ног внимательным взглядом. — Не думал, что у тебя были деньги на то, чем ты, кажется, занимался.

Фергус пригладил растрепавшиеся волосы и сел, преисполненный оскорбленного достоинства.

— Встретил в городе парочку французов, торговцев мехами. Они почти не говорят по-английски, а я-то бегло умею, так что не мог не помочь им в делах. Они любезно пригласили меня разделить с ними ужин на постоялом дворе… — Он приподнял плечо, чисто французским жестом показывая, что обсуждать тут больше нечего, и потянулся за пазуху. — Пришло в Кросс-Крик на ваше имя. — Фергус протянул Джейми конверт. — Почтмейстер попросил захватить с собой.

Конверт был толстым, с раскрошившейся сургучной печатью, и выглядел он, в общем, немногим лучше самого Фергуса. Джейми просиял, но открыл конверт с некой опаской. Выпало три письма. В одном я узнала почерк Дженни. Остальные явно написал кто-то другой.

Джейми осторожно взял сестрино, словно оно вот-вот взорвется, и положил его на стол, возле вазы с фруктами.

— Начну-ка я с письма Иэна, — пояснил он с усмешкой. — Вряд ли я пойму, что мне хочет сказать Дженни, без стакана виски под рукой.

Он сковырнул печать кончиком серебряного ножа для фруктов и просмотрел первый лист.

— Интересно, он… — и Джейми умолк, принявшись за чтение.

Поднявшись, я пристроилась за спинкой кресла и с любопытством заглянула через плечо Джейми. Почерк у Иэна Мюррея был крупный, отчетливый и легко читался даже с расстояния.

Дорогой брат!

У нас все в порядке, и