Дикая охота - Лена Бутусова

Две женщины, юная черноволосая оборОтница, напуганная до полусмерти, и полная немолодая чародейка с властным взглядом вошли в парадную залу пансиона Илларх.

Зала выглядела так, будто бог Смерти самолично решил устроить в ней торжественный прием. Пол был залит кровью — человеческой и волчьей, гремели редкие выстрелы зачарованных ружей и после каждого из них слышался визг, полный смертной болью. Однако патронов у солдат Милхарда было мало, выстрелы звучали все реже и реже, и люди сцепились с оборотнями врукопашную, проигрывая им в силе и ловкости, однако имея в руках железное оружие. Лорд Рам, сообразив, что оборотни боятся огня, колдовал, пытаясь удерживать вокруг себя и Даяны огненный круг, но силы его таяли, и охранное заклинание явно доживало последние минуты. На ногах кое-как еще держалось всего лишь пять-шесть человек солдат и десяток оборотней, все израненные и окровавленные.

Клочья волчьей шерсти, куски доспехов, отрубленные и вырванные с корнем конечности, все это, густо политое кровью, лежало на полу чудовищными кучами. А посреди всей этой жестокой фантасмагории возвышался Дар Ветер, еще частично сохраняющий человекоподобный вид. С головы до ног он был перепачкан кровью, своей и чужой, лицо его было перекошено от ярости, в глазах ярко-желтым огнем пылало лишь одно желание — убивать.

Таю затрясло от этого зрелища. Еще мгновение, и ноги отказались бы повиноваться хозяйке, но на сей раз уже Нирина поддержала воспитанницу и не дала упасть в кровавую лужу на полу.

— Остановитесь во имя Великой Матери! — и откуда только в истощенном болезнью теле настоятельницы взялись силы для столь властного окрика?

Сражающиеся на миг замерли. Полтора десятка голов повернулись в сторону Таи и Нирины. А настоятельница продолжала увещевать зарвавшихся мужчин, испробовавших вкус убийства и чужой крови:

— Во что вы посмели превратить девичью обитель Илларх? Богохульники!

Страшное слово, произнесенное Нириной последним, заставило солдат Милхарда побледнеть даже под слоем крови, покрывавшей их лица.

— Не просто так Великая Мать, основавшая обитель, строго-настрого запретила пускать сюда мужчин. Вы оскверняете все, к чему прикасаетесь, красоту, любовь, невинность… Вы, — Нирина в сердцах ткнула пальцем в сторону Рама, и тот словно съежился под ее суровым взглядом, — притащили в пансион солдат, устроили тут свой гарнизон, творите бесчинства, пугаете сестер!

— А ты! — Нирина резко повернулась в сторону Дар Ветра и покачнулась от слабости. — Как ты вообще посмел вернуться сюда?!! Забирай свою стаю и убирайся в Пустоши! Оставь нас, наконец, в покое. Всех нас! — и настоятельница красноречиво облокотилась на Таины плечи.

Дар Ветер постепенно приходил в себя, лихорадка битвы отпускала его. Он морщился, словно от зубной боли, оглядывая то, что натворил. Посмотрел на Таю, и в его глазах девушка увидела стыд, но вместе с ним усмешку обреченности: «Ну, я же говорил тебе». Оборотень покачал головой:

— Разумеется, матушка, стая уйдет из этих мест. Навсегда. Но при одном условии.

— Ты еще собираешься ставить мне условия, оборОтник? — не ясно, чего было больше в голосе настоятельницы, удивления или угрозы.

— Да, — Дар Ветер ответил очень спокойно, глядя ей прямо в глаза, и Нирина отвернулась. — Я прошу, чтобы вы и впредь заботились о Тае. Денег на ее содержание я вам оставляю достаточно.

— Но Дар!.. — Тая рванулась к любимому, но Нирина придержала ее за руку:

— Так будет лучше для тебя же, девочка, — настоятельница проговорила негромко.

Тая не могла вымолвить ни слова, лишь во все глаза глядя на Дар Ветра. Тот не выдержал ее взгляда и отвернулся.

— И для вас у меня тоже есть условие, — оборотень посуровел и повернулся к дрожащему в углу лорду Раму. — Вы оставите пансион в покое, разрешите Нирине впредь делать ее работу и предпримете все от вас зависящее и даже сверх того, чтобы этот кровавый инцидент не получил огласки.

Глазенки лорда Рама хитро блеснули из-под кустистых бровей. Магик явно почуял выгоду:

— И что вы дадите взамен?

— Мое молчание, — неожиданно на этот вопрос ответила Нирина. — Относительно того, кто на самом деле виноват в случившемся в пансионе пожаре. И выпускные грамоты для Лилы и Сьерры.

Настоятельница красноречиво посмотрела на Даяну, и та лишь едва заметно кивнула.

От такого поворота события лорд Рам несколько опешил, но быстро взял себя в руки и поднялся с пола, вытянувшись во весь рост. Рядом с Дар Ветром он казался тощим и маленьким, но подбородок вскинул очень высоко:

— Но как я объясню гибель лорда Милхарда?

— Также как и гибель всех этих бедолаг, — Дар Ветер кивнул на мертвые тела солдат, — стычкой с оборотнями. И это будет истинной правдой.

Оборотни, которых прервали на самом интересном месте кровавого пиршества, хищно облизывали перепачканные кровью морды, вопросительно косясь на вожака, не разрешит ли он им закончить начатое.

— От меня потребуют доказательств! — Рам взвизгнул. — Чтобы пансион продолжил работу, мы должны быть уверены, что стая Белого волка больше не бродит по округе.

— Я даю слово, что стая уйдет… — оборотень проговорил тяжелым голосом. — Скажите своим господам в столице, что лорд Милхард героически пал в схватке с Белым волком и убил его. А доказательства…

Чуть помешкав, Дар Ветер сунул в рот два пальца и резко крутанул ими. Послышался отвратительный хруст, и с губы оборотня закапала кровь. Охотник швырнул в сторону Рама перепачканный красной кровью белый зуб:

— Сильные маги почувствуют в нем отпечаток моей магии. Скажете, что вырвали у трупа.

— Забирайте ваших девочек, леди Даяну и уезжайте отсюда завтра же утром, лорд Рам. И помните, сколько стоит мое молчание и их выпускные грамоты, — Нирина вновь тяжко облокотилась на Таю. — А ты забирай своих тварей и тоже проваливай, — настоятельница ничуть не более дружелюбно покосилась на оборотня. — Тебе же с Кетти и Марой придется все это убрать к утру, чтобы ученицы не увидели. Хвала Великой Матери, что у этих богохульников хватило ума и совести запереть послушниц по их комнатам, — эти слова настоятельницы уже относились к Тае. — Оставшиеся в живых солдаты вам помогут с тяжелой работой, но отмывать все это придется самим.

— Мы тоже поможем, — прозвучал тихий женский голос. Оборотни один за другим принимали человеческий облик и среди первых — Никайя.

ОборОтница прошли мимо Дар Ветра и, легонько погладив его по плечам, приблизилась к Тае:

— Иди, девочка, попрощайся с ним.

От этих слов, от того тона, которым они были произнесены, у Таи перехватило горло. Она с мольбой посмотрела на Дар Ветра, сделала шаг в его сторону, и Никайя перехватила у нее немощную