Невеста ищет дракона - Анна Сергеевна Одувалова

– Вот. – Я протянула небольшую баночку с мутной жидкостью.

Верн потянулся за ней и будто случайно скользнул пальцами по моей руке.

– Чего сбежала-то?

– Из замка? Или из дома?

– Из дома я понял. А из замка не очень.

– Испугалась, – вздохнула я. – Флорин сказала, что я преступница. Ну и… вообще. Я боялась, что ты подумаешь, что я на отборе только ради денег.

– И поэтому ты бросила все и смылась?

– Ну… строго говоря, я этого не планировала. Это все метла.

Мы дружно посмотрели на растрепанную нахалку в углу. Будто почувствовав, она встрепенулась.

– Оюшки! – проскрипела. – Грязища-то!

И выскочила на улицу через приоткрытую дверь. Вот предательница!

– Плюшку хочешь? – спросила я.

– Хочу.

Так мы сели за столиком хозяина и пили чай с булочками, оставшимися с вечера. Я боялась поднять взгляд на Верна, а он рассматривал все, как любопытный мальчишка. Лавку, плюшки, чашки, меня. Меня особенно. И под этим взглядом я краснела, хотя чай давно остыл.

– Топазик, давай заново. Мы оба друг другу наврали с три короба. Я – про уборщика и дракона, ты – про… ну, прямо ты не врала, но ерунды тоже нагородила. Предлагаю нейтралитет. Я забуду, что ты проникла в мой замок обманом, а ты забудешь, что я кромсал кусты в собственном саду и потом огребал от садовника. Идет?

Я фыркнула, представив немолодого смотрителя сада, отчитывающего Верна за поруганный розовый куст.

– Идет, – с огромным облегчением выдохнула я. – А меня не накажут за обмен… обман…

– Мы нашли Азалию, девчонку, с которой ты поменялась. Ее родители больше не имеют претензий, она взяла вину на себя. Сказала, что уговорила тебя поменяться. Азалия замужем и ждет ребенка, так что родителям пришлось смириться.

– А девочки уехали?

– Нет, я разрешил им провести каникулы в замке, отдохнуть. И еще должен Алексис дом. Угораздило же меня с ведьмами связаться!

– А Анджеюшка как?

– Скучает. Зовет тебя.

Я потупила взгляд и шмыгнула носом, не сдержалась.

– Только не реви! – предупредил Верн. – Но давай возвращайся. Мы планируем пикник у водопадов, поездку на страусиную ферму, потом приедет делегация из королевства, будем ее окучивать.

– А отбор?

– Хватит уже. – Верн дернул глазом. – Наотбирался. До сих пор насморк мучает и страус с груди не отмывается. Давай ты вернешься в замок, ну… скажем, в рамках культурного обмена. И я тебя приглашу на свидание. С которого не будет выбывших…

– Давай!

Внутри, как крошечный едва раскрывшийся цветок, зародилось тепло.

– Тогда приглашаю тебя… э-э-э… вечером выгуливать страуса. Хотя нет, приглашаю погулять утром, прямо сейчас. Кое-что покажу.

– Я не могу оставить лавку… ой! Верн! Я не могу жить в замке, я же обещала господину Тердоно, что буду ему помогать! Он очень старый, ему уже тяжело.

На секунду я умолкла и задумалась, потому что одновременно не хотела бросать лавку и учебу, но и была готова сломя голову нестись обратно в замок.

– Может, я буду ходить сюда на работу? Да, точно! Как тебе идея?

– Так себе, – честно признался Верн. – Но я уже усвоил, что с ведьмами спорить себе дороже.

– Да не ведьма я!

– Тогда почему такая вредная? Идем гулять. Очень надо, правда.

Но я стояла на своем, за что еще раз была вероломно обозвана ведьмой. Пока придумывала ответную обзывалку, вернулся хозяин и терпеливо выслушал мою сбивчивую попытку объясниться. Вместе с Верном мы кое-как пришли к консенсусу. Так, три дня в неделю я буду помогать в лавке, еще два – учиться и два дня отдыхать. А еще мне удалось выпросить у дракона парочку крепких ребят, чтобы раз и навсегда разобраться с тяжеленными коробками в кладовке.

Выходя, Верн усиленно делал недовольный вид и ворчал, что я из его хвоста веревки вью. А я чувствовала себя очень и очень счастливой. Грозовые тучи над головой рассеялись, и я подставляла лицо ласковому солнышку. Во всех смыслах.

– Куда мы идем? – спросила я.

– Здесь недалеко, – туманно отозвался дракон.

Мы шли по уютным улочкам, Верн изредка здоровался с попадавшимися по пути драконами, а я во все глаза рассматривала огромные окна и здания. Я чувствовала себя куклой в городе великанов. Наконец мы остановились перед красивым угловым домом. Он был наливной вишенкой на улочке из многочисленных лавочек, салонов, ателье и ресторанчиков.

– Что это? – спросила я.

Многие вывески в сердце Драконьего Города не содержали перевода и были написаны на древнем драконьем языке.

– Ювелирный дом «Сокровища Драконов». Это мое семейное дело.

– А я думала, ты мэр.

– Ну, я же не сразу мэром родился. Сначала я был нормальным. Вот, ювелирный дом от родителей достался. Заходи уже!

Верн настойчиво подпихнул меня в самое что ни на есть мягкое место. Я юркнула внутрь, в прохладу и роскошь магазина драгоценностей, и восхищенно ахнула. Здесь все блестело! Светлые мраморные полы, кремовые стены, покрытые изящными узорами. Много стеклянных витрин, внутри которых скрывались бархатные подушечки всевозможных размеров. А еще люстра! Огромная, красивая, сверкающая люстра висела под высоким потолком и бросала солнечные зайчики на все поверхности.

– Господин мэр, – улыбнулась симпатичная продавщица.

Верн жестом попросил ее выйти и подвел меня к одной из витрин.

– Три дня убил. Не спал, не ел, со страусом не гулял.

– А что…

Я осеклась, узнав драгоценности. Не веря собственным глазам, смотрела на изящные кольца, серьги и браслеты с топазами. Целая топазовая коллекция! Очень нежная, девичья и… моя. Похожие эскизы я рисовала, сидя в коридоре, расстроенная кражей топаза. А Нагос… то есть Верн, все это видел. Конечно, он многое изменил, добавил деталей, чтобы не очень умелые рисунки превратились в настоящие ювелирные шедевры.

Но я испытывала странное чувство, глядя на украшения, к которым приложила руку.

– Ты сам их делал?

– Да. Это пробная коллекция, но она уже пользуется успехом.

Мой взгляд упал на небольшую золотистую табличку, где витиеватыми буквами было выведено название коллекции.

– Ты назвал ее «Тиффани»?! – ахнула я.

– Вдруг ты решишь засудить меня за нарушение авторских прав? Недавно стража накрыла целую сеть подпольных торговцев книгами. Видела бы ты их задержание! Одного авторы даже покусали. В страшное время живем.

Я не знала, что сказать, но, пожалуй, могла поклясться, что ничего приятнее со мной еще не случалось. Значит, три дня он не забывал обо мне, а готовил украшения по эскизам. И теперь выставил их в своем магазине… как приятно-то-о-о.

– Ну что? Я заслужил прогулку с огнедышащей курицей