Истинная вера - Анна Казинникова

Несмотря на грубость и недовольство на лице Марийки, Зак послал девушке благодарную улыбку. Амелина же нахмурилась. Мысль отпустить Зака туда, где, скорее всего, компанию ждала опасность, вызвала в ней протест.

— Не можем… — внезапно возразил Джерард, немного опередив Амелину, не успевшую придумать причину, почему ей нужно ехать с друзьями. — Я так и не понял, что за «зов» используют «братья», когда сманивают женщин. И когда мы вернемся, тоже не ясно.

— На меня это не должно подействовать… — неуверенно проговорила Амелина, машинально хватаясь за кулон на груди.

— Я тебе больше скажу, — нахмурился Джерард. — Вы с Марией единственные, на кого это точно не подействует. Вот чую, что некромантия, но я таких ритуалов не знаю. Зак, возможно, тоже не попадется. Все же другая раса. А вот в наших с Нейтом амулетах я не слишком уверен… Но все же с нами будет безопаснее.

Натаниэль неуверенно кивнул.

— Хорошо, десять минут на сборы, потом выдвигаемся, — кивнул он, выходя на улицу.

Амелина достала из сумки чистый холщовый мешочек и принялась наполнять его травами, тщательно отбирая нужные. А после, протянув его Марийке, сказала:

— Вот, это для Руби. На всякий случай. Нужно пить три-четыре раза в день, отвар ускорит заживление и…

Марийка взяла мешок и демонстративно его обнюхала.

— Отравы вроде нет. Ладно, не суетись. Все будет в порядке. Ты там главное за господами пригляни. Неладное чую… — Марийка поежилась. — А они у тебя, хоть и маги, да малохольные какие-то.

— Не кликай, кликуша, — неожиданно резко огрызнулся Джерард. — Мы вернемся через пару часов. Пошли…

С этими словами Джерард взял из рук Амелины ее поклажу и вышел вон.

Прощались недолго. Зак, как и обещал, снабдил старосту королевской печатью и несколькими важными бумагами. Берта, разрывающегося между обязанностью проводить гостей и желанием побыть с семьей, оставили дома, заверив, что прекрасно доберутся сами. Джерард еще не очень уверенно стоял на ногах, но питье действительно помогло прийти в себя.

— До Фельдорфа около получаса пути, — дал последние наставления Берт. — Вы подъедете с противоположной стороны деревни, чуть западнее торговой тропы…

— Разберемся, — кивнул Натаниэль.

— До скорого! — помахал рукой Зак. — Надеюсь, что до скорого, — добавил он едва слышно.

* * *

Тедерик и Кевин уже с полчаса молча буравили друг друга недовольными взглядами, когда дверь зала заседаний Совета распахнулась, и Эдвард стремительно вошел внутрь.

— Найдите мне, наконец, нормального секретаря! — прорычал принц, занимая свое место. — Чтоб не пускал кого ни попадя. А то скоро и в нужник очередь из просителей выстроится. И охрану смените. От этих никакой пользы.

Друзья переглянулись. Эдвард не впервые просил поискать секретаря, но чтоб так эмоционально… Тедерик повернул голову в сторону дверного проема, из которого выглядывала сконфуженная стража, и махнул рукой. Солдаты, спохватившись, тихо прикрыли дверь, оставляя советников наедине со взбешенным принцем.

— Кто на этот раз? — осторожно спросил Кевин.

— Да все, кому не лень! — Эдвард с размаху стукнул кулаком по столу, так что стоявшая у края чернильница подпрыгнула и едва не упала на ковер. Тедерик проворно подхватил ее у самого пола.

— И все же? — спросил он, возвращая чернильницу на место.

— Сначала Клэр Шнивайт со своими глупостями…

— Хм… — Тедерик задумчиво подпер щеку кулаком. — Я думал она свои «глупости» бережет исключительно для Натаниэля.

— Как же, — хмыкнул Кевин. — Ее «глупости» по всем гвардейским казармам погулять успели.

— И к тебе заглядывала? — Тедерик приподнял бровь.

— Я слишком разборчив, — скривился Кевин. — Предпочитаю честных шлюх. Берущих деньгами, а не плетущих интриги за спиной. Чего она хотела?

— Залезть ко мне в постель, — Эдвард брезгливо поморщился. — То есть сначала она ревела и заламывала руки: «Ах, какой ветреный Натаниэль! Ах, на балу он волочился за всеми подряд…» Амелину грязью облила, дрянь такая! Потом начала строить глазки, шумно дышать и вываливать из корсажа свои «глупости». Намекая, что если я прикажу Нейту жениться, она в долгу не останется.

— Торговать любовью — это так низко, — печально вздохнул Тедерик. — Пламенный ее покарает.

— Да неужели? — оскалился Кевин. — Как на счет твоих девиц? Ты им не платишь разве?

Тедерик сощурился, бросив на Кевина снисходительный взгляд.

— Я им плачу совсем за другое, друг мой. А страсть — это приятное дополнение. Снятие стресса. Обретение душевного равновесия. Обряды Пламенного. Называй, как хочешь. И, кстати, приходи к нам в рощу. Познакомлю тебя с хорошими девушками. Они не интриганки и не шлюхи. И к браку не стремятся.

— Спасибо за предложение, — лицо Кевина стало непроницаемым. — Обойдусь.

Тедерик пожал плечами: на нет и суда нет.

— Ну, по крайней мере, как она прорвалась мимо охраны более-менее понятно, — подытожил он. — Кто еще посмел потревожить твой покой?

— Приор «Истинной веры», — тяжело вздохнул Эдвард. — Только я выпроводил эту нутте* и решил спокойно выпить кофе в библиотеке. И… почитать, — он виновато посмотрел на Тедерика. — Как туда влетел господин Шлонце.

— И его пустили? — недоверчиво уточнил Кевин. — Пустили не только в замок, но и к принцу? Так запросто?!

— А ты думаешь я просто так прошу сменить охрану?! — снова сорвался Эдвард. — Эти, похоже, слишком набожные.

— Что он говорил? — непривычно резко спросил Тедерик, поднимаясь. — Что-то про покушение на госпожу Демут?

— Нет. Он выступал, как друг барона Гисбаха, и нес какую-то чушь.

— Какую? — оказавшись рядом с Эдвардом, Тедерик провел ладонью над головой принца и нахмурился.

— Что Амелину надо срочно вернуть родителям. Что поездка бессмысленна и ничего не принесет, а репутация девушки безвозвратно пострадает. Про опасности какие-то талдычил. Чуть ли не конец света. Говорю же — чушь.

— А это точно был приор? — засомневался Кевин. — Какая потеря репутации в сопровождении уважаемой дамы? Да и даже без. Они же из «Истинной веры». Репутацию там можно потерять, разве что демонов на центральной площади столицы призывая. И с чего это Гисбах вообще язык распустил?

Тем временем Тедерик, закончив свои манипуляции, положил руку на грудь Эдварда и, нащупав