Как я прогуляла урок некромантии - Виктория Миш

Машинально я свернула к лоткам с вяленой говядиной, в животе некрасиво заурчало.

Нет. Дразнить себя едой нехорошо. Потерплю до ужина.

Пора выходить с ярмарки и просто прогуляться по улочкам.

Я переложила метелку в другую руку и вышла к серому унылому домику. Он стоял сразу за мясным рядом и занавешенные окна в такой солнечный погожий день навивали мысли, что хозяев дома нет.

«Загляну-ка я в сад. Может, там еще осталась парочка зимних яблок» - подумалось мне.

Иногда я позволяла себе такую вольность: подлететь на метле к самой макушке, туда, где невозможно достать яблоко обычным способом, и сорвать никому не нужный фрукт.

И хотя лед уже пару раз сковывал ночью придорожные лужи, осень стояла в этом году теплая.

Вдруг мне повезет? И я полакомлюсь позабытым затвердевшим яблочком?

Оглядевшись, я не заметила препятствий. Даже калитка была не заперта, а скорее, прикрыта на щеколду.

Раз, два, и вот – я в саду. Проныриваю поглубже, чтобы меня не было видно со стороны улицы. Захожу за сарай – поверх него как раз раскинула свои крепкие ветви крупная яблоня.

Еще в две секунды – сажусь на метлу и поднимаюсь в воздух. Облетаю дерево, переношусь к другому.

Груша! Мне повезло.

Две твердые, но с красными бочками грушки перекочевывают ко мне в руки.

Надо бы съесть. На весу - неудобно.

Я спускаюсь вниз, прислоняю метелку к крепкому стволу, а сама вытираю груши о юбку.

Вкусные! Сладость еще не растеряли, хотя и провисели достаточно долго.

- Глянь! Там никого? – вдруг послышался со стороны дома мужской голос.

Я чуть не подавилась последним кусочком!

Нырнула за ствол и опустилась на корточки, чтобы не быть увиденной.

Нырнула за ствол и опустилась на корточки, чтобы не быть увиденной.

- Нет. Выходим? – спросил другой голос.

Тоже мужской, но тоном повыше.

Мне показалось, что я уже слышала его.

- Подожди! Ты все понял? – переспросил грубый мужской.

- Да, магистр! – согласился тот, что помоложе.

- Я же просил тебя не называть имен! – прошипели ему.

- А я и не называл, магистр…

- Тш-ш! Если там никого нет, то выходи. Я проследую за тобой через пять минут.

- Хорошо! – согласился юный голос, и раздался скрип, будто кто-тоосторожно открывает деревянную дверь, - До свидания, магистр!

- Иди! – раздраженно бросили ему в ответ.

Выглянув из-за дерева, я с изумлением узнала в прошмыгнувшем пареньке нашего старосту, Филигара. Всегдашний ботаник и заучка так нервно оглядывался по сторонам, будто замышлял что-то серьезное и …плохое.

Подергивая шеей при каждом шаге он с тревогой осматривался и как будто боялся самого себя.

У калитки он выглянул на улицу и только потом отодвинул щеколду. Та негромко лязгнула, и парень растворился на серой улице Лимэса.

Я притаилась. Меньше всего хотелось, чтобы неведомый магистр застал меня врасплох. Кто бы он ни был, он хотел сохранить инкогнито.

Все мои чувства и инстинкты обострились. Я была готова дать отпор чем угодно, лишь бы выбраться отсюда живой. Магическая энергия собиралась в моих венах, накапливалась и чуть ли не взрывалась от нетерпения.

Дверь хлопнула. Быстрые шаги пронеслись по плиточной дорожке. Потом послышался чей-то вздох. Щеколда крякнула, кто-то топнул, и двор опустел…

Повезло! Второй раз повезло за последний час.

Я осторожно выглянула из-за своего укрытия. Подхватила метелку и выпрыгнула на улицу. Удивительно, что ни с кем не столкнулась! Будто на дом был накинут отвод глаз, чтобы обычные горожане даже не думали сюда соваться.

На всех порах я побежала к академии. Я ждала какой-нибудь знак от судьбы, и он мне был послан.

Сегодня – мой день, удача благоволит мне. А, значит, я придумаю какой-нибудь способ помочь фамильяру, и уж получше, чем предлагают Рэдгоун, Урсула и Генри.

Генри!

Сердце заколотилось с такой радостью, что я даже притормозила у главных ворот.

«Нельзя столько внимания уделять чувствам! Нужно все силы сосредоточить на спасении Чеша! Соберись, Гелла! Честь всего рода Грацифизус зависит от тебя!» - внушала себе я, чинно ступая по двору академии.

На меня снова таращились. Шептались. Вслед летели подколки, уничижительные слова, явные обзывательства… Мне было всё равно, я не обращала на это внимания.

Только когда дорогу преградили Алехандро с Гордеем, напряглась.

Орден мстящих во плоти. Первый курс. Мои одногруппники. А за их спинами – центральный вход в здание. Вот же принесла их нелегкая!

- Что надо? – нейтрально спросила я, не делая попытку обойти.

Я не трушу. И даже вдарю заклинанием не раздумывая, если кто-нибудь из них поднимет руки.

- Сменила некроманта на Лайна? – красавчик Алехандро выглядел оскорбленным, - Потаскушка!.. Из-за тебя я два дня по подвалам лазил!..

- Что-то быстро тебя оттуда выпустили! Разве за попытку убийства не строже карают?

- Что-о-о?! – надвинулся на меня Гордей, - Придержи язык, ведьма!

- А то что? – сощурилась я.

Спиной чуя, как вокруг нас собирается толпа любопытных, я понимала – прилюдно они ничего мне не сделают. А уж наедине я всегда настороже буду.

- Отрежу! - злобно пообещал Алехандро.

- Ну-ну, - я выставила вперед метелку и краешком прутьев царапнула по лицу Алехандро, - Уйди с дороги, мясник. А то орден обеднеет на две головы.

Парни были приперты к стенке. Придираться ко мне им хотелось и дальше, но вот раздавшийся позади меня звонкий голос Кандидея сбил с них всю спесь:

- Что стоим? Почему не проходим?.. Эй, Гелла! Ты что там застыла? Проходи…

Меня пропустили, пообещав взглядом еще прибавить неприятностей.

Я шла к башне Скорби и удивлялась: зачем я им сдалась? Вот что, делать больше нечего, как другим пакости строить? Жизнь ведь такая интересная и удивительная, столько в ней непознанного и неясного… А они – тратят ее на недостойные вещи.

Магистр открыл мне сразу, будто все это время сидел в спальне и ждал меня. Почти что так и было – Чеш лежал в пентаграмме и приходилось подпитывать некоторые значения, чтобы его не перенесло в неясные дали.

Это только мне по неведению показалось, что достаточно только лежать и спать. Оказалось, что статично находиться внутри рисунка нельзя. Обязательно затянет куда-то.

- Ну? И что ты решила? – настороженно спросил магистр, позволив мне войти в комнату и сесть на стул, -