Отважное сердце - Патриция Хэган

Она внимательно вглядывалась в его лицо, пытаясь отыскать какое-нибудь свидетельство того, что он понял. Это было так просто – полюбить Адама, броситься в его объятия. Но его брак был не единственной помехой. Джули не могла ему этого объяснить. Была еще какая-то другая причина, и когда-нибудь ей станет понятно, почему она не посмела полюбить Адама Тэтчера.

– Теперь уходите, – прошептала она и повернулась к нему спиной. – Пожалуйста. Пожалуйста, оставьте меня!

С быстротой гремучей змеи он бросился к ней, развернул, прижал к себе и впился в ее губы. Потом отпустил и воскликнул:

– Я никогда не дам вам уехать, Джули, никогда! Клянусь Богом и всеми святыми, вы будете моей. Может быть, не сейчас, не сегодня, но вы будете принадлежать мне. Запомните это.

И вышел, прежде чем она смогла что-нибудь ответить. Когда дверь со стуком захлопнулась, девушка на кровати пошевелилась и застонала. Джули повернулась к ней. Индианка пришла в себя. Она взглянула на Джули, и на ее лице появилось изумленное выражение, словно она не могла поверить в то, что видит. На долю секунды Джули испугалась. Но быстро взяла себя в руки и ласково спросила:

– Как ты себя чувствуешь? – Господи, да понимает ли она хоть немного английский?

Ответом ей были едва слышные слова, которые заставили замереть ее сердце.

– Джули. Это ты!

Джули широко раскрыла глаза. Может, она ослышалась?

– Ты меня знаешь? Откуда? – Она задрожала.

– Ты не помнишь Сюджин? – Девушка подняла голову, но тут же снова уронила ее на подушку. – Ребенок. Он мертв?

– Мне очень жаль… – Джули села на краешек кровати и убрала волосы со лба девушки. – У тебя был мальчик. Он родился мертвым. Врач ничего не смог поделать. Мне очень жаль. Поверь мне, пожалуйста, мы пытались…

– Я боялась, что мой ребенок умер во мне, – печально прошептала Сюджин. – Я уже несколько дней не чувствовала, как он двигается. Но это неудивительно. Чирикауа были очень жестоки. Даже юты не были так грубы, когда взяли меня из моего племени. – Ее голос сорвался. Внезапно она взглянула на Джули и воскликнула: – Твой мужчина. Они не убили его! Он жив, Джули, он жив!

– Мой… мужчина? – Джули не могла понять, отчего такая дрожь пронзила ее тело. – Я тебя не понимаю. Откуда ты меня знаешь? Кто ты?

Тут Сюджин уяснила, что Джули и правда ничего не помнит.

– Дерек Арнхардт. – Все ее внимание было приковано к лицу Джули. Она попыталась сесть. – Ты не помнишь? Капитан Арнхардт. Караван. Эрлоу Вэнс. Он приходил к чирикауа, когда я была там. Он помог им отыскать ружья и уничтожить караван. Джули, ты помнишь?

Джули была готова разрыдаться, но не могла понять почему. Она схватила индианку за плечи.

– Пожалуйста, – взмолилась она. – Скажи мне, что я должна вспомнить. Клянусь, я совершенно ничего не помню из своей прошлой жизни.

Сюджин огляделась. Увидев свой мешок, она ткнула в него пальцем. Джули стремительно подняла его и передала индианке.

… – Может, это поможет тебе, – пробормотала Сюджин, роясь в мешке. – Здесь есть кое-что, что я сохранила. Я была так тронута предсмертными словами той девушки, что взяла немного того, что она оставила тебе. Прости, если я сделала плохо, но я хотела, чтобы ее дух жил.

Она осторожно вытащила маленький пакетик и протянула его Джули. Та взглянула на него с любопытством. Затем высыпала содержимое себе на ладонь, и как только семена коснулись ее кожи, чей-то голос тихо прошептал:

«Посади эти семена… И когда цветы вырастут, вспоминай обо мне… и я никогда не умру…»

– О Боже!.. Сюджин! – Джули бросилась к своей подруге и обняла ее, из ее глаз брызнули горячие слезы, а тело затряслось: воспоминания лавиной обрушились на нее.

Все вернулось. Перед ее мысленным взором стремительно проносились сменяющие друг друга образы. Смерть Терезы вскоре после родов… Бегство убитого горем Майлза… И вдруг среди нахлынувшего потока воспоминаний, похороненный под пластами прошлого, как вспышка молнии, возник милый лик… Дерек.

– Он жив. – Она должна была услышать, как эти слова произносят ее собственные губы. – Дерек жив.

Сюджин кивнула.

– С ним все в порядке. Вождь апачей захотел сохранить ему жизнь. Дерек – великий воин. Он был ранен, а его разум до сих пор поврежден. Он не знает, кто он… как и ты не знала, пока не взяла в руки семена.

И губы Джули сами произнесли:

– Я люблю его.

Сюджин кивнула.

– Он околдован чарами пейота. Даже если бы я смогла пробраться к нему, я ничем не смогла бы ему помочь. Но, может быть, ты…

– Я доберусь до него, Сюджин, – решительно сказала Джули, и на это ей некому было возразить.

Сюджин закрыла глаза и снова опустилась на подушку. Она сделала свое дело. Она потеряла ребенка, но вернула Джули ее жизнь.