Личная помощница врага - Ольга Дмитриева

Ару отпрянул от меня и выразительно посмотрел на друга. Тот запер за собой дверь и сказал:

— Ну, прости. Но я же и так все знаю, правда? Что я целующихся и обнимающихся парочек не видел. Хотя на вас я бы посмотрел.

Он хихикнул, а учитель возмутился:

— Ру, прекрати!

— Ладно, ладно, — замахал руками Руперт.

И, вглядевшись в мое неумолимо краснеющее лицо, поспешил добавить:

— Я вам такую новость принес, вы даже не представляете!

Я отвернулась и подошла к окну, чтобы скрыть свое смятение. И только после этого начал прислушиваться к разговору.

Глава 20. В замке наместника

Начало разговора я пропустила. Так что не сразу поняла, о чем спрашивал учитель:

— …на экзамене?

— Вероятно, — подтвердил Руперт. — Сомневаюсь, что он прибыл ради того, чтобы щупать красоток на балу у наместника. Это не в его характере.

— Думаешь, спелся с Шенданом?

— С Шенданом, с Хейгами… да с кем угодно, Ариенай только и успевает наживать врагов.

Я повернулась и обнаружила, что оба мужчины смотрят на меня. Руперт — с интересом. А во взгляде Ару плескалась ярость. И обращена она была не ко мне. А к тем, кто в очередной раз решил посягнуть на то, что он считает своим. И этим “своим” была я. От этого осознания сердце пело, и я ничего не могла с этим поделать. Оставалось надеяться, что я в этот момент выгляжу не очень глупо, и Руперт не будет смеяться снова.

Но, кажется, блондина больше интересовало лицо друга.

— Ты должен быть осторожен, — предупредил он. — Кроме того, я не думаю, что получить четверть круга на экзамене для Ариенай будет тяжело.

— Мне нужно другое, — покачал головой Ару, но ничего не стал объяснять. — Спасибо за предупреждение, Ру.

Тот бросил короткий взгляд на меня и хитро улыбнулся:

— Ну тогда я пошел, не буду мешать вашим… занятиям.

С этими словами он подмигнул мне и поспешно ретировался. Я проводила его беспомощным взглядом, а затем повернулась к учителю. Ару неспешно приблизился ко мне и предельно осторожно провел пальцами по розовым волосам.

— О ком вы говорили? — спросила я.

— Не важно, — резко ответил учитель. — Это не твоя забота, во всяком случае пока.

— Мне будут мешать на экзамене? — продолжала расспрашивать я.

— Сдать три четверти круга тебе никто не сможет помешать. Они у тебя уже есть.

С этими словами он коснулся пальцем медальона на моей шее. А затем продолжил:

— Но, судя по всему, Шендан и Хейги пытаются сделать так, чтобы ты его не сдала. Твоя сила им не нужна, верно?

Я медленно кивнула. Продолжая смотреть мне в глаза, учитель спросил:

— А зачем эта сила тебе?

Я не должна была ничего говорить, но врать и отговариваться было уже невозможно. Поэтому я шагнула вперед и встала на цыпочки, чтобы прошептать ему на ухо:

— Чтобы управлять тем, что разработал отец.

В следующий миг Ару стиснул меня в объятиях. Словно для того, чтобы я со своими откровениями не вздумала убежать. А затем также тихо спросил:

— И что же это?

Поколебавшись, я ответила едва слышно:

— Новая система защиты границ для юга.

Пальцы учителя скользнули вдоль моей спины, осторожно погладили кончики волос. Вот зачем он это делает? Я и так уже не могу скрыть ничего, о чем стоило бы промолчать. Ради моей семьи… Отец ненавидит всех Ару. Но что делать, если сейчас мне помогает один из врагов? Я вздохнула и с горечью прошептала:

— Но до бессмертия мне еще далеко… А Шендан рядом. И сделает не одну попытку меня убить.

— И заполучить твое тело.

Голос Ару звучал странно, а пальцы, скользящие по моей спине, вызывали бурю ощущений, поэтому я отпрянула. А затем, не поднимая головы, подхватила книгу и снова опустилась в кресло. Мне показалось, что учитель усмехнулся, и только после этого ушел в комнату.

Мерпус проводил его удивленными взглядами. На обеих его мордах было написано: ”Что вы творите, двуногие?” Я опустила руку и почесала горячие огненные уши.

— Мера-меррр, — утешительно проурчала левая голова.

— Пусу-пусу, — вторила ей правая.

Держаться друг от друга подальше становится все сложнее… Интересно, кто и откуда прибыл на мою голову? Расспросить Руперта или смириться с тем, что узнаю на приеме у наместника? На днях должны доставить платье…

Мои мысли снова переметнулись к предстоящему балу, и вернуть их к учебнику оказалось невероятно сложно.

Неделя, оставшаяся до приема, пролетела, как один день. В городе наступило странное затишье, будто сами адские твари готовились встречать весну вместе с нами. Кажется, такие спокойные смены у нас были только в Мейшире. Количество демонов и Адских врат упало, патрульные смогли выдохнуть, а старики ворчали, что все это не к добру.

Но я наслаждалась спокойными прогулками в компании учителя, а вечера проводила в его в комнате, вместе с Мерпусом и учебником.

Наконец, настал день праздника. После обеда ко мне нагрянула Глория. Не знаю, что ей рассказал о нас Руперт, а чего не рассказал. А, может быть, ее попросил учитель? Но она была чрезвычайно любезна и помогла мне собраться.

Я удивилась тому, что она не едет с нами. Но девушка легко пояснила, помогая мне справиться с платьем:

— Мой род слишком слаб, чтобы присутствовать на подобных мероприятиях. Сейчас только я обладаю магией.

— Ты так спокойно говоришь об этом, — пробормотала я.

— Нужно знать своё место, — пожала плечами Глория.

В этот момент я достала из шкафа заветную шкатулку. Как только я подняла крышку, Глория не смогла сдержать удивленный вздох. Голубые алмазы на лепестках лотосов сияли. Девушка помогла мне застегнуть украшение и прошептала:

— Отец его все-таки убьёт. А завтра тебя будет обсуждать весь город. Но, кажется, сегодня ты будешь блистать. Советую взять от этого праздника всё и ни в чем себе не отказывать.

Пожелание показалось мне странным, но я поблагодарила. А затем подошла к зеркалу и критически оглядела себя.

Платье получилось воистину прекрасным. Жесткий синий лиф, расшитый серебристыми нитями, тяжелая парчовая юбка. Поверх парчи шла драпировка из синего шелка на тон темнее. На шее сверкало колье с лотосами, а плечи и спину укрывали ярко-розовые волосы.

— Жаль, что волосы не подобрать, — вздохнула Глория. — Прическу бы тебе…

Но мне совершенно не было жаль. Кажется, так хорошо я не выглядела даже в той благополучной жизни, когда моя семья была на свободе.

Наконец, настало время спускаться. На