Опасный подарок - Полина Лоранс

И вот сейчас настал тот самый момент, когда она должна сказать правду. Признаться Игнату во всём.

– Игнат…

– Что, милая?

Нет, она не сможет… Она и так настрадалась за последние месяцы, а сейчас, если увидит, как любовь в глазах мужчины превращается сначала в недоумение, а потом в ненависть – это просто её убьёт.

– Мне надо домой, – прошептала Юля, едва шевеля губами. – Завтра на работу, а ещё форму привести в порядок.

– Малышка… А давай ты попросишь отгул? И сейчас останешься у меня.

– Нет… Я недавно устроилась в «Сапфир» и не могу отпрашиваться. Надо зарабатывать репутацию. Поэтому я лучше поеду домой.

– Жаль, – искренне расстроился Игнат.

– И потом… Всё, что я сказала тебе тогда… перед отъездом… – Юля прикусила губу, чтобы не всхлипнуть. Ей казалось, она сама себе воткнула нож в грудь. – Всё это остаётся в силе. Нам не нужно встречаться.

– Вот как… Надо же… – ошарашенно пробормотал Игнат. – Милая, что ты такое говоришь!

– Ничего не изменилось.

– Ты по-прежнему хочешь меня забыть? И то, что между нами было? И то, что мы делали сейчас?

– Нет, не тебя! А то, как я поступила! Что продала себя, превратилась в проститутку!

– Юля, я никогда…

– Прости, Игнат, но мы не сможем быть вместе! – отчаянно воскликнула девушка, и у неё по щекам покатились слёзы. – Прости…

Юля увидела, как окаменело лицо мужчины. Глаза сузились, в них появился стальной блеск, челюсти упрямо сжались, на скулах заиграли желваки…

И она поняла, что поступила правильно. Ей нельзя признаваться, Игнат её возненавидит. И тогда ей будет в сто раз больнее, чем сейчас…

Глава 23

Прошло уже три дня после встречи с Игнатом, и Юля провела их в слезах. Не скатиться в истерику помогало лишь то, что у неё шли смены одна за другой, и нельзя было заявиться в отель в заплаканными глазами. Поэтому она держалась, останавливала себя, не позволяла окончательно расклеиться…

Игнат в городе, он не так уж и далеко. Его премиальный жилой комплекс находится в той же стороне, что и клиника. Можно выйти на нужной остановке, возвращаясь от брата, подождать у красивой ограды, пока кто-то выйдет, дойти до подъезда и нажать заветную кнопку…

А дальше что?

Она бы кинулась Игнату на шею, а он бы сразу подхватил её на руки… Они бы целовались – долго, страстно, задыхаясь от осознания того, насколько же им хорошо вдвоём…

Это было бы прекрасно!

Но совершенно невозможно…

Почему всё так трудно?! Игнат её любит, это сразу видно, это чувствуется в его прикосновениях, взглядах. Во время секса он сначала был так нежен, а потом разогнался не на шутку, превратился в дикого необузданного зверя – брал своё, то, что уже полноправно ему принадлежит…

Но нет. Между ними возвышается бетонная стена – Юлино предательство. За три дня, проведённые в чёрной тоске, она поняла, что никогда не сможет признаться Игнату. Никогда не расскажет ему о том, что совершила.

Загадочным образом получилось так, что вина лежит только на Манежине. Возможно, Вадим очень ловко замаскировал следы, и на Юлю не упала тень подозрения.

Ну, хоть в этом он её не обманул…

Но ничего не меняется. Даже если правда никогда не вскроется, Юля просто не выдержит такого груза на сердце. Не сможет смотреть в любимые глаза и каждую секунду помнить, что она подло обманула этого мужчину.

Почему жизнь так жестока?! Разве мало она настрадалась из-за Андрея, когда не знала, выживет ли он, встанет ли когда-нибудь на ноги… А сколько мучений ей доставил договор с Манежиным! Она добровольно превратила себя в шлюху – лишь бы спасти брата.

А теперь должна отказаться от мужчины, в которого влюбилась – безумно, страстно! К нему рвётся её сердце, его имя она шепчет день и ночь. Она хотела бы вечно греться в его объятьях, быть его маленькой птичкой, которую он случайно поймал и больше никогда не отпустит…

Но между ними эта страшная ложь… И ничего нельзя исправить. Что может быть хуже предательства?

Мужчины такого не прощают…

Юля представляла, как вспыхнут презрением глаза Игната, если он узнает правду. Как же это будет больно – понять, что она ему отвратительна, что теперь ему даже смотреть на неё противно, не то что прикасаться или целовать…

Нет, лучше молчать.

*****

– Юля, что-то мне не нравится твоё состояние. Что происходит?

Лицо старшего администратора – Алисы – было таким кислым, будто она прожевала дольку лимона.

– Что-то не так? – напряглась Юля.

Да, все три дня после возвращения Игната она плавала в липком сером тумане, на глаза то и дело наворачивались слёзы.

– Гость из двести девятого номера просил заказать лимузин с шампанским для вечеринки. Ты заказала такси бизнес-класса. Дама из сто тридцать восьмого номера хотела, чтобы к её возвращению её ждала горячая ванна с лепестками жасмина. Ты отправила горничных на полчаса раньше, вода остыла, кроме того, перепутала жасмин и розу. Пара из семьдесят второго заказывала романтический завтрак в номер. И – та-дам! – они вообще ничего не дождались. Юля, так дело не пойдёт! Я уже предупреждала тебя, что нельзя брать столько смен. Ты сказала, что справишься. Но я вижу, что ты не справляешься! Ты очень сильно косячишь.

– Алисочка, прости! – взмолилась Юля.

Они со старшим администратором уже были на ты и нашли общий язык. Юля радовалась, что её хорошо приняли в коллективе, даже несмотря на слухи, что она получила место по знакомству. Но сейчас её репутация ответственного и внимательного сотрудника горела синим пламенем… Юле действительно было очень трудно сосредоточиться, голову как будто набили ватой…

– Это больше не повторится! – поклялась она. – Я буду всё проверять! Обещаю!

– Лучше проверь, по графику ли у тебя месячные, – усмехнулась Алиса.

– Что? – Юля изумлённо заморгала.

– То. Проверь, нет ли у тебя задержки. Ты на беременную похожа, ей-богу! Я точно так же себя вела, когда залетела. Плавала в тумане, двадцать на пять в уме не могла умножить, постоянно хотела спать.

– Алиса… Нет! Это невозможно!

– Ладно-ладно! – подняла вверх ладони начальница. – Я всего лишь предположила. Считай, что это шутка. Но постарайся сконцентрироваться и больше не допускать таких досадных ошибок!

*****

Конечно, после такого заявления ни о какой концентрации не шло и речи! Слова старшего администратора ввели Юлю в состояние транса. До короткого перерыва, положенного девушкам по скользящему графику, оставалось два часа, и Юля выдержала их с огромным трудом.

А работы, как