В последний момент - Микалея Смельтзер

Войдя внутрь я почувствовала райский аромат кофе и пирожных.

— Привет, Гриффин, — обратился Мэддокс к крепко сложенному хозяину заведения, стоявшему у кассы.

Он поднял руку и слегка помахал.

— Вы сегодня играете? — поинтересовался Гриффин.

— Нет, только мы двое, — Мэддокс приобнял меня за плечи.

Гриффин ухмыльнулся.

— Я даже рад, что тут нет твоего брата. В последний раз, когда вы здесь были, мне пришлось разнимать драку.

Мэддокс рядом со мной тяжело вздохнул.

— Прости за это.

Гриффин пожал плечами.

— Это в прошлом. Могу что-нибудь предложить?

Мэддокс посмотрел на меня.

— Кофе со льдом, — я полезла в сумочку за своим кошельком.

— Мне то же самое, — сказал Мэддокс, потянувшись за своим бумажником в задний карман.

Я была полна решимость опередить его. Он всегда платил за меня, теперь моя очередь. Я толкнула его бедром с такой силой, что он споткнулся и выронил бумажник.

— Вот, — я протянула Гриффину десять долларов.

Старик хихикнул.

— А ты мне нравишься.

— Боже, Эмми, — проворчал Мэддокс, отряхивая пыль с кошелька. — Кажется, ты мне еще один синяк поставила.

Я рассмеялась.

— Прости, я была вынуждена это сделать.

Гриффин передал мне сдачу и отправился готовить напитки.

— Я бы оплатил, — ворчал Мэддокс, убирая бумажник в карман.

— Знаю, что заплатил бы, — заверила я. — Но мне хотелось самой.

Он пробормотал себе поднос что-то о том, что иногда я бываю чертовски властной. На моих губах появилась улыбка.

Гриффин передал нам напитки, и я проследовала за Мэддоксом к столику в углу, который частично был скрыт стеною.

В кофейне было многолюдно, но не так, как в день открытого микрофона. Я приходила сюда с Сэди, и тогда народу было так много, что тела буквально прижимались друг к другу.

Я нервно заерзала: сперва начала дергать концы волос, а затем играла с соломинкой. Понимала, что это лишь вопрос времени, когда Мэддокс потащит меня на импровизированную сцену и все услышат нашу песню.

Он выглядел не менее обеспокоенным, постукивая пальцами по столешнице. Впрочем, Мэддокс всегда отстукивал какой-нибудь ритм.

— Может, покончим с этим? — наконец прошипела я.

Он захихикал, в уголках глаз проступили морщинки.

— Мы собираемся спеть песню, а не к дантисту идем. Нельзя просто покончить с этим. Подожди, когда все встанет на круги своя.

— В таком случае, это неправильно. Думаю, нам пора уходить.

Я попыталась встать, но он схватил меня за руку, чтобы не убежала.

— Не так быстро.

Я села обратно.

— А что, если людям не понравится? — спросила, давая ему понять, как сильно тревожит меня эта мысль.

Он наклонился вперед с задумчивым видом.

— Мне кажется, всегда будут те, кто тебя любит, и те, кто ненавидит. Посмотри правде в глаза, людям нравится поносить друг друга, но, если ты в себе уверен, ничто другое не имеет значения.

— Я говорила о песне, а не о себе, — возразила.

Он улыбнулся, подавив смешок.

— Принцип один. Если ты уверена в этой песне, то неважно, что думают о ней другие.

И почему он всегда оказывается прав? Это чертовски раздражает.

Я расправила плечи и выпятила подбородок.

— Я верю в нашу песню.

— А я верю в тебя, — он поднялся и поцеловал меня в щеку, прежде чем указать в сторону сцены.

Ему не нужно ничего говорить. Я знала, что это значит.

Я последовала за ним на сцену. Там не было барабанов, лишь гитара и клавишные. Мэддокс взял гитару и сел на табурет, указав мне на клавишные.

Оказавшись на сцене, я встала за клавишные, и мои нервы успокоились.

Мне нравилась эта песня, и я гордилась ей. Другие тоже заслуживали, чтобы услышать ее.

Мэддокс представил нас людям в кафетерии.

— Мы написали кое-что небольшое, и надеюсь, что вы, ребята, полюбите ее так же, как мы.

Он кивнул мне, и я знала, что это намек на начало.

Сделав глубокий вдох, положила пальцы на клавиши.

А затем я начала играть.

Было заметно, что люди сперва волновались, поскольку все начиналось медленно, но когда мы запели, приблизились к середине, толпа увлеклась.

Ощущение от того, как люди влюбляются в нашу песню, было непередаваемым.

Когда все закончилось, на моем лице появилась глупая улыбка.

Кажется, никогда прежде я не была так счастлива, как сейчас.

Я вышла из-за клавишных, но прежде, чем смогла покинуть сцену, Мэддокс обнял меня, запечатлев на губах поцелуй, от которого перехватило дыхание.

Когда Мэддокс почувствовал, что поцеловал достаточно крепко, отстранился и прижался своим лбом к моему.

Я видела, что он хочет что-то сказать, слова готовы были сорваться с кончика языка, но парень остановил себя.

Он взял меня за руку, и мы направились к нашему столику, чтобы забрать напитки перед уходом.

Я слышала, как кто-то окликнул нас, когда дверь за нами захлопнулась, но Мэддокс не замедлил шаг. Более того, он заторопился.

Мне пришлось почти бежать за ним к его машине, чтобы не отстать. Оказавшись внутри, он посмотрел на меня.

— После такого выброса адреналина я думаю, что нам стоит сделать что-то более безумное. Здесь мы разогрелись.

Я приподняла бровь.

— Например? — я чувствовала, что знаю, о чем он хочет сказать, и это все равно рано или поздно произошло бы.

— Полагаю, пришло время для прыжков с парашютом.

Я пристегнула ремень безопасности и улыбнулась.

— Ты же знаешь, я в деле.

Он усмехнулся, наполняя звуками смеха автомобиль.

— Полагаю, ты единственная девушка, которая больше напугана возможностью спеть собственноручно написанную песню, чем выпрыгнуть из самолета.

Я пожала плечами.

— В прыжках нет ничего предосудительного. Ты просто делаешь это. А спеть песню, которую сам написал… это личное. Словно кто-то прочитал твой дневник.

В его взгляде появился заинтересованный блеск.

— Ты ведешь дневник?

— Нет, — выпалила я.

Прежде чем отъехать от обочины, он вытащил телефон.

— Ты не возражаешь, если я позову ребят? Недавно я упоминал об этом, и они разозлились, что я не пригласил их.

— Вовсе нет, — заверила я.

Иногда я так много времени проводила в одиночестве, что легко могла забыть о том, что у него есть друзья, а у меня — Сэди. Я совсем забыла о ней этим летом. Если бы ситуация была противоположной, и она променяла бы меня на парня, я бы разозлилась. Мы пару раз встречались, но не так, как обычно. Мне необходимо научиться расставлять приоритеты. И не стоит проводить все свое время с Мэддоксом.

— Отлично, — Мэддокс ухмыльнулся, то ли не заметив, что я погрузилась