Нечаянно невеста - Зинаида Соколова

— Что ещё ты делала в клинике?

Ольга вскидывает взгляд, играет непонимание, удивление.

— Ничего. Потом мне было не до ЭКО.

— Конечно, ведь Игорь и не знал, что его жена хотела забеременеть от него с помощью пробирки. — говорю уверенно.

— Знал! — тут Ольга вполне искренне возмутилась. — У него были сложности с… с материалом для естественного зачатия.

Я не знал этого, брат никогда не говорил мне об этом, хотя мы нечасто настолько откровенничали, чтобы сообщать такую личную информацию. Ольга могла и врать сейчас. Пока не до подробностей. Продолжим по крупными вопросам.

— Что ещё за услуги ты получала в клинике⁈ — я устал уже от этой викторины.

Ольга смотрит мне в глаза.

— Больше ничего. — очень уверенно врёт, так как знает, что материалы исследований уничтожены, а может находятся у неё.

Не отвожу взгляда, впиваюсь в зрачки женщины напротив. Усмехаясь своим мыслям об эффективности пыток, начинаю блефовать.

— Ольга, сейчас я уйду. — делаю многозначительную паузу. — И предприму действия, которые лишат тебя возможности, ещё хотя бы раз, увидеть Яковлева. И твое пребывание в Москве, я считаю, слишком затянулось. — взгляд женщины вспыхивает, челюсти напрягаются. — У меня нет оснований поступать иначе. Я предупредил тебя — мне нужна правда.

Разворачиваюсь и быстро выхожу из квартиры. Слышу в спину восклицание Ольги.

— А какие гарантии⁈

Игнорирую, словно и не услышал этот вопль торга. Прекрасно, рыбка крючок заглотила, пусть покорчится и приплывает ко мне, чтобы все рассказать. Очень на это надеюсь.

* * *

Еду на работу, в ближайшие дни это ещё и мой дом. Вот и пригодилась опять квартирка прямо в офисе. Телефон ожил.

— Вань, Крепов узнал про вас с Аней. Элла не смогла отказать себе в удовольствии рассказать всё дядюшке. — Димка сразу по делу.

— И что Крепов?

— Завтра утром приедет к нам домой. Хочет видеть отца, тебя, Аню. У него много вопросов. И он хочет ответов. Так что, давай, домой рули.

На ближайшем съезде разворачиваюсь и еду в обратном направлении. Вот и движуха пошла. Выходит, что не до Германии мне пока, не до Германии.

Чем ближе к дому, тем больше дрожь в груди, мелкая такая вибрация. Ощущение нельзя назвать неприятным, скорее волнующим.

Аня. Опять увижу. Эх, Крепов, никогда не думал, что так буду радоваться твоему приезду.

56. Анна

Ужин я взяла в свою комнату, чтобы меньше общаться. Сейчас мне хотелось побыть одной, подумать обо всем, что произошло за последние месяцы и принять решение.

Умом понимаю, что мне нужно делать, но ощущение горечи и боли не дает сил и парализует. Я бесконечно гоняю одну мысль — как бы было прекрасно, если бы никто не узнал о моём родстве с Берестовыми. И мне от этой мысли нехорошо становится. Очень жжет внутри от необратимости случившегося.

Сначала я плакала, а теперь и слез нет, просто смотрю в одну точку и начинаю что-то делать. Это лучшее средство от боли — деятельность. Сегодня забила день под завязку учёбой. Даже не знаю, что мне теперь делать завтра.

Все больше склоняюсь к тому, чтобы уехать. Зашла на сайт авиабилетов и поняла, что ехать мне некуда. Все закрыла и села ужинать.

Звук подъезжающего автомобиля оторвал меня от котлеты, которую я старательно в себя запихивала. Кто это? Дима приехал уже, а Лев Петрович и не уезжал никуда сегодня.

Обычно я свое любопытство сдерживала, но в последние дни моя нервная система плохо стала мне подчиняться, и, поэтому, просто встала и пошла вниз. Мне было интересно, кто приехал.

В гостиной никого уже не было и я развернулась, чтобы уйти к себе.

— Добрый вечер. — раздалось за моей спиной.

Медленно поворачиваюсь и натыкаюсь на нежный взгляд Вани. Именно нежный. Смотрит и молчит, а мои мысли мечутся, как белки по дереву. Ни одну не могу поймать. Одни вопросы внутри — что, как, почему? Почему он вернулся? Что-то изменилось?

— Почему ты… здесь? — наконец-то выдавливаю я.

Ваня засунул руки в карманы брюк и слегка нахмурился.

— Завтра утром сюда приедет Крепов, поэтому и вернулся. Я должен ответить на вопросы. — Ваня вновь посмотрел на меня. — Он хочет видеть нас всех. Меня, тебя, отца, Диму. Понимаешь?

— Нам завтра нужно объяснить все Сергею Геннадьевичу? — задаю вопрос автоматически, конечно, зная ответ.

Ваня смотрит и просто кивает, а потом делает шаг ко мне. Действую инстинктивно — бегу к себе в комнату. Ваня был прав, когда решил уехать, нам рядом быть нельзя, никак нельзя.

57. Иван

Ночь прошла быстро, я спал крепко и без сновидений, даже удивительно. В доме было тихо, когда я вышел в столовую. Потом прошел на кухню и сам сварил кофе. Крепова я ждал к десяти и у меня была куча времени.

— Здравствуй, сын. — в кухню вошёл отец.

— Здравствуй, па.

— Я рад, что ты дома.

— Это ненадолго. — я расположился за столом. — Уеду после встречи с Креповым.

— Мне горько, что мы расстаёмся. — отец сел рядом.

— Пока поживу в офисе. — смотрю в пустую кружку, где плещется кофе. — Мы с тобой будем видеться. — помолчал и глубоко вздохнул. — Ты же всё понимаешь, па.

Отец усмехнулся.

— Легко стать понимающим, когда смерть тебя руками щупала. Ваня, я столько раз за свою жизнь был неправ, труслив, неискренен, что сейчас самому тошно. Теперь нет времени тратиться на это. — отец сглотнул. — Ты очень мне дорог и я не могу допустить, чтобы мы расстались на годы. У меня нет таких сроков.

— Отец, быть здесь для меня просто невозможно. Это слишком близко… к Ане. — чувствую себя очень странно, говоря с отцом так честно.

— Понимаю. — помолчал. — Но прошу тебя — не исчезай.

Я встал из-за стола и поставил кружку в мойку. Постоял, раздумывая, что ответить. Ведь я и сам точно не знал, что и как будет. Уверен только, что подальше уехать нужно, и на этом всё.

— Ваня, ты не спрашиваешь о матери Ани. — это было утверждение, а не вопрос.

Молчим оба. Отец наклонил голову и смотрит вниз.

— Каяться смысла нет. Это ничего не изменит. — заговорил первым отец. — Матери Ани давно нет в живых. — снова молчание. — Наша связь была недолгой, но от этого я виноват не меньше. Антонина была юной, а я слишком самоуверенный. Жена была с детьми, я работал, переезд в Москву готовил. Поступал подло и по отношению к твоей матери и к Антонине. Оправдания мне нет. Про беременность и