Невеста волка - Дария Антипова

Голодная, уже ничем не сдерживаемая страсть, водоворот сладостных ощущений и гулкий неровный стук его сердца, отдающий пульсацией у меня в висках. Я и сама ласкала его, покрывала поцелуями живот, бёдра, грудь, плечи, лицо, слышала его рваные выдохи, дрожь обнажённого тела под моими губами и напрягшиеся мышцы под ладонями.

Всё это сводило с ума и растворяла остатки контроля.

В какой-то момент мы оказались на широком кожаном диване в глубине комнаты. Бран развёл мне ноги и, больше не медля, резко вошёл, полностью наполняя меня.

Удлинившимися когтями впилась в накрывающие меня сверху плечи, а откуда-то издалека услышала собственный стон и его глухое гортанное рычание.

Бран двигался сильно и резко, погружался в меня полностью, одновременно с этим горячими ладонями гладя, сжимая мою грудь.

Рваные выдохи становились громче, черты лица искажались ещё сильнее, но, двигаясь в едином ритме ему навстречу, я почти не отрывала взгляда от чёрных расширившихся зрачков. Зажмурилась только когда тугой узел стягивающий мышцы внизу живота сжался и наслаждение густой волной разнеслось по телу.

Бран продолжал вбиваться в меня, затем, придя к кульминации, замер.

Я распахнула веки и тут же встретилась с ним взглядом. Всё ещё тёмные от расширившихся зрачков глаза, вздутые вены на покрытом каплями пота лице, тяжёлое глубокое дыхание… несколько долгих секунд мы всматривались друг в друга. Но ещё до того, как осознание случившегося пришло ко мне, почувствовала, что он снова возбуждается и эти ощущения мгновенно передаются мне.

Бран вышел из меня, перевернул, заставив упереться локтями в сиденье дивана, снова вошёл.

Всё началось сначала.

Бран впивался пальцами в мои бёдра и боль вперемешку с наслаждением разносилась по венам. Я разлеталась на осколки и снова собиралась в его руках, становилась не просто целой, единой с ним, а потом снова выгибалась ему навстречу и, кажется, кричала.

Это длилось долго, но всё же не бесконечно и вместе с удовлетворением страсти медленно и неотвратимо возвращалось понимание того, что произошло. Я глубже вдыхала его запах, словно пыталась опять вернуться в то беспамятство, но убегать от реальности вечно оказалось невозможно. Мы не переместились в другой мир, а продолжали находить в той самой комнате, куда меня несколько часов назад привели его волки. Прижимались друг к другу на том же диване и я вдруг обнаружила, что лежу на его груди, наши руки переплетены и Бран, прислонив их к губам, осторожно по очереди целует каждый из моих пальцев. Медленно высвободила свою руку.

— Я думала, ты только поговорить хочешь, — приподнялась, вглядываясь в его лицо.

В моих словах не было укора или обиды. Наверное, мне просто хотелось что-то сказать, а ещё больше, его голос услышать.

— Если бы ты остановила меня, так бы и было, — глаза Брана сверкнули доброй улыбкой и он очень нежно провёл рукой по моей щеке, едва касаясь очертил пальцами линию от виска до подбородка.

— Я не хотела тебя останавливать, — а вот моя улыбка получилась грустной, но врать и притворяться всё же не стала. Он не заставлял меня и я не просто позволила случиться тому, что только что произошло, не меньше его желала этого, — но… ты ведь должен был улететь три часа назад. Если бы я хотя бы предполагала, чем всё закончится и, что в это время ты будешь в аэропорте… никогда не пришла бы сюда.

И это тоже было правдой. Я и сама всё-ещё до конца не понимала, как могла оказаться здесь, как случилось так, что, забыв обо всём, снова поддалась инстинктам и почему даже сейчас не хотела уходить, по собственной воле прижимаясь к нему всем телом.

— Знаю, — просто ответил Бран, — я ждал тебя. Дана рассказала, о чём вы говорили. Вернее, — он коротко усмехнулся, — мне пришлось заставить её рассказать об этом. Вылет я отменил и просто ждал тебя здесь. Не мог не надеяться, что ты всё же придёшь.

Он медленно провёл горячей ладонью по моей спине. Прикосновение, от которого по коже пробежала волна мурашек, тело снова начал наполнять знакомый жар и по тому, как расширились зрачки Брана, я поняла: он тоже чувствует, что происходит со мной и тоже хочет продолжить.

Глубоко вздохнула, на несколько секунд закрыла глаза и, всё-таки заставляя себя немного успокоиться, медленно выдохнула.

— Я знаю, о чём ты думаешь, — снова заговорил Бран и, заметив отразившийся в моём взгляде вопрос, продолжил, — ты думаешь, что ничего не изменилось и по-прежнему, единственное, что нас связывает, это только парное влечение.

Я ничего не ответила, только глаза опустила, а потом и сама отвернулась и, теперь уже глядя в потолок, просто легла на его руку.

— И ты права, конечно, — теперь Бран приподнялся и смотрел на меня сверху вниз, одной рукой бережно удерживал мою голову, а второй убрал несколько прядей волос, прилипший к моему лбу, — но это не значит, что я хочу, чтобы так было и в будущем. Мне тоже этого мало. Я тоже хочу, чтобы ты не просто была со мной, чтобы сама хотела этого, чтобы… любила меня. Не в моих силах изменить прошлое, но, если бы ты дала мне шанс…

Он на секунду замолчал, а я подумала, как всё-таки странно слышать из его уст такие слова и как сильно мне бы хотелось, чтобы это не оказалось новым способом манипулировать мной.

— Звучит так, словно ты хочешь что-то предложить, — на моих губах скользнула осторожная улыбка.

— Да, — согласился Бран и его глаза при этом горели таким необычным для него воодушевлением, а ещё, кажется, надеждой, — я помню, как ты говорила про своих родителей, что, прежде чем пожениться, они встречались, постепенно узнавали друг друга и, знаешь… у меня было достаточно времени, чтобы подумать. Наверное, в этом всём всё же есть смысл.

Я слушала, затаив дыхание и всё никак не могла взять в толк, о чём он.

— Конечно, я никогда не ухаживал за девушками… по крайней мере так, как это делают люди. Свидания, цветы, прогулки в парке… не смейся, я специально в интернете смотрел.

Но как только до меня всё-таки дошло, о чём он, как только представила мой личный кошмар под моими окнами с букетом цветов… после этого сдержаться уже просто не смогла.

— Что там ещё люди делают? — как ни в чем ни бывало поинтересовался Бран. Его взгляд тоже сверкал весёлостью, а