Когда приходит шторм - Карина Шнелль

Идея меня окрылила; когда мы покинули музейную прохладу и снова вышли на солнцепек, я воодушевилась, как и накануне. Стало так легко, словно с плеч свалилась тяжелая ноша. Я снова на шаг приблизилась к своему происхождению и тем самым к себе самой.

На обратном пути мы в основном молчали. Каждый думал о своем. Мысли кружили в водовороте, пытаясь переварить то, что я узнала вчера и сегодня. Передо мной открылся совершенно новый мир, и я ни в коем случае не хотела его потерять.

На моем лице играла улыбка. Ветер врывался в открытое окно, трепал волосы и уносил с собой сомнения.

Я уже не могла дождаться вечера, чтобы рассказать обо всем Джеку. Прошедшие выходные помогли набраться мужества.

30. Джек

Когда воскресным вечером я сел за руль пикапа и отправился к Марли, в желудке нервно покалывало, словно там копошился целый муравейник.

Смыв с себя грязь и пот, скопившиеся за два дня жизни в походных условиях, я надел лучшую рубашку. Мы с Марли не виделись два дня. Едва мог дождаться, когда снова загляну ей в глаза, поцелую и крепко прижму к себе. Однако радостное предвкушение было не единственной причиной волнения.

Сегодня все решится.

Наконец я скажу Марли, что вижу свое будущее только с ней. Наконец решусь открыто заговорить о своих чувствах. Пришло время побороть страх. Марли уже давно завладела моим сердцем; сегодня вечером выяснится, отвечает ли она мне взаимностью. Видит ли со мной свое будущее? Останется ли здесь, если ее попрошу? Я понимал – для нее это означает большие перемены. Придется покинуть Торонто. И я не хотел, чтобы она сделала это лишь ради меня. Однако в Сент-Эндрюсе ей очевидно очень нравится. Здесь перед Марли откроется целая жизнь – стоит только пожелать.

Впрочем, я даже был готов к тому, чтобы поддерживать отношения на расстоянии, пока мы не найдем долговременного решения. Казалось, прежняя жизнь с ничего не значащим флиртом и летними романами осталась где-то далеко. Наконец я встретил женщину, которая воспринимала меня таким, как есть. Этой важной составляющей в моих прежних отношениях всегда недоставало.

Все выходные я размышлял, что скажу Марли. Однако чувствовал себя неуверенно. Так пусть уж все произойдет спонтанно. Пусть слова идут от сердца. Фиона права: я еще никогда не был так счастлив. Марли должна это непременно узнать, прежде чем принимать решение. Конечно, я надеялся, что она не уедет; но и удерживать ее, пожалуй, не стоит.

Я понимал, что рискую. Рискую впервые в жизни. Ни одной женщине я до сих пор не давал шанса разбить свое сердце. Много лет назад поклялся себе, что не повторю судьбу Уилла. Я насмотрелся на страдания друга – такого кошмара злейшему врагу не пожелаешь!

Что касается моих отношений с Марли, то тут уже слишком поздно, и сухим из воды мне теперь не выйти. Увяз по уши. Остается лишь надеяться, что Марли ответит взаимностью.

Я остановился у коттеджа «Кори». Марли торопливо выбежала навстречу. Я сглотнул слюну. Девушка выглядела потрясающе! Пестрое летнее платье и любимые белые кроссовки PUMA. Кожа Марли за последние недели стала на тон темнее, локоны подпрыгивали при ходьбе. В одной руке она держала букет цветов, другой махнула мне уже издалека.

– Привет!

Я улыбнулся, высунул руку в окно и махнул в ответ. Марли не стала обходить вокруг машины, чтобы сесть на пассажирское сиденье. Вместо того остановилась перед водительской дверцей, приподнялась на цыпочки и поцеловала меня. От такого страстного поцелуя у меня перехватило дыхание, а внутри сладко заныло. Я запустил одну руку ей в волосы, другой коснулся щеки.

– Привет! – выдохнула она еще раз, когда мы, задыхаясь, отпустили друг друга.

– Привет, – прошептал я и опять поцеловал ее, на сей раз в кончик носа. – Выглядишь сногсшибательно.

– Спасибо, – с сарказмом поблагодарила Марли и изобразила книксен. Затем обошла вокруг пикапа и забралась в кабину.

По пути к родительскому дому я положил одну руку девушке на бедро. К счастью, ткань платья отделяла мою ладонь от обнаженного тела, и Марли не ощущала, что кожа вспотела. С каждой секундой волнение росло. Как бы ни хотелось прямо здесь и сейчас рассказать о своих чувствах, однако желательно сперва познакомить Марли с семьей. Родители и сестры, наряду с друзьями, – самые главные люди в моей жизни; нужно непременно представить им Марли. Мне казалось, семейный ужин сделает все происходящее более реальным. Словно после знакомства Марли с моими близкими наши отношения перейдут на совершенно новый уровень. Только тогда я смогу наконец поверить, что, вероятно, нашел себе жену.

– Как все прошло вчера? И сегодня днем? Выкладывай!

Марли просияла – даже в кабине пикапа стало светлее.

– Это было… Слов не нахожу! – Она наморщила лоб. Затем впечатления забили из нее фонтаном. – Это было невероятно, Джек! Перед встречей я ужасно нервничала, но меня очень любезно приняли! А сегодня Эд и Дебби показали мне остатки поселения наших предков на Министерс-айленд. И еще Эд пригласил меня на церемонию встречи солнца в следующем году. Они так рады моему интересу! Я все опасалась, что побеспокою их или покажусь назойливой. А миссис Соктомах… Ты ведь ее знаешь? Она абсолютный уникум! Настоящая предводительница. Похвалила мой малисит, диалект пассамакуодди. Четыре года учебы даром не пропали.

Слова извергались из Марли потоком. Я кивал, улыбался и радовался с ней вместе. Однако когда речь зашла о церемонии встречи солнца, насторожился. Ведь в очередной раз она состоится только в будущем году. Следует ли отсюда, что Марли планирует задержаться по крайней мере до этого мероприятия? Судя по энтузиазму, непохоже, чтобы она собиралась уехать через неделю. На сердце стало одновременно тепло и легко. Но тут я заметил, что Марли умолкла и выжидательно на меня смотрит. Вот черт! Она о чем-то спросила? Последнее, что я слышал…

– Да, я знаком с бабушкой Эда, – осторожно ответил я. – В детстве мы с Эдом у нее по струнке ходили. Часто бывал у них дома. В семействе Соктомах, как правило, несколько поколений живут под одной крышей. Еще я обожаю, как Аннабет готовит. Даже сам на обед напрашивался. И теперь бы не прочь!

Марли улыбнулась и сжала мою ладонь у себя на колене. Я с облегчением выдохнул. Все-таки угадал с ответом! Нужно как следует сосредоточиться и больше не поддаваться панике.

Марли продолжила рассказ, сверкая глазами и энергично жестикулируя. Я вслушивался в ее голос, настроившись на низкий тембр, который с самого начала меня околдовал. И сразу немного успокоился. Как раз вовремя, потому что мы уже сворачивали на улицу, где жили родители. Высокие дубы вдоль дороги отбрасывали длинные тени. По тротуару на велосипедах катались детишки – как мы с сестрами когда-то. Через дорогу прошмыгнула белочка. В открытые окна врывался свежий морской воздух.

– Реджи сейчас у твоих родителей? – с надеждой спросила Марли. – Целую вечность его не видела!

– Двадцать четыре часа для тебя вечность? – рассмеялся я.

– Когда дело касается Реджи, само собой.

Я припарковался перед гаражом и заглушил мотор. Затем наклонился к Марли и подарил ей долгий поцелуй. Как замечательно, что мой Реджи настолько запал ей в душу!

– Готова? – спросил я, когда оторвался от Марли. Сам я, надо признать, готовым себя не чувствовал. Черт возьми, не помню, когда в последний раз так нервничал. Ладно, времени еще достаточно. Сперва смогу насладиться вечером, проведенным с Марли и семьей, а уж потом признаюсь в чувствах. Вот только эта напоминалка, по-видимому, потерялась где-то по пути от мозга к сердцу. Требовалось срочно привести нервы в порядок.

Увидев дом родителей, Марли широко распахнула глаза. За деревьями позади строения проглядывала сверкающая голубая полоска; издалека доносился тихий шелест волн.

– Ты здесь живешь?

– Ну, по крайней мере иногда.

Марли сглотнула и вцепилась руками в платье.

– Ничего себе!

Я взял ее ладони в свои.

– Нет причин для беспокойства, Марли. – Себя бы в этом убедить! – Мои родители