Маленькая голубка - Лэйла Фрост

— Ты ошибалась.

Она надула губки, пробормотав:

— Теперь я это знаю.

— Пойдем, Джульетта.

— Разве у тебя нет встречи? Я не хочу тебя задерживать. Мы можем перенести это на потом.

— На когда?

— На тридцать первое февраля?

Господи, она забавная.

Даже несмотря на все то дерьмо, через которое Джульетта прошла в своей жизни, она все еще была мягкой. Все еще счастлива. Она вполне могла бы стать злой и высокомерной, но не стала. Она оставалась милой.

Жаль, что это не сделало меня снисходительным. Наоборот. Это усилило мою потребность контролировать и удерживать ее.

— Здесь или в нашей комнате?

Она вздохнула, ее плечи опустились.

— В нашей комнате.

Как бы драматично она себя ни вела, она не сопротивлялась, следуя за мной по коридору.

Если бы я не знал ничего лучше, я бы подумал, что моя голубка просто гремит клеткой, чтобы посмотреть, удастся ли ей вырваться…

А может, она хочет получить наказание так же сильно, как я хочу его дать.

Когда мы вошли в комнату, ее шаги замедлились. Она обхватила себя руками.

— Я не понимаю, почему так важно, чтобы дверь была открыта.

— Потому что я так сказал.

— Да, но почему?

Я не привык объясняться. Я сказал что-то, и это должно быть сделано.

Все просто.

Но относиться к Джульетте с такими же ожиданиями было ошибкой. Она не привыкла к такому, и пока я не добьюсь ее доверия, она не будет слепо подчиняться.

Будут и другие приказы, которые она должна будет выполнять без объяснений, но правило двери я могу разъяснить.

Обхватив рукой ее шею, я большим пальцем поднял ее подбородок вверх.

— Я хочу, чтобы она была открыта, чтобы, сидя за своим столом, я мог видеть тебя.

— Но тебя даже не было дома, — заметила она.

— И посмотри, сколько времени тебе понадобилось, чтобы заметить, что я стою там, — моя челюсть сжалась. — Это было опасно.

— Это место заперто, как “Fort Knox16”. Коул установил эту тревожную кнопку на стене буквально в футе от моего стола.

— Если у тебя закрыта дверь, как ты узнаешь, что тебе нужно нажать на нее, пока не станет слишком поздно? И раз уж мы об этом заговорили, не надевай наушники, когда ты дома одна. Я добавляю новый пункт к правилам.

На удивление, она улыбнулась и подошла ближе.

— За мной может прийти только большой, злой папочка, который хочет отшлепать меня по заднице.

Черт возьми, она хочет меня убить.

Обхватив ее упругую попку, я прижал ее тело к своему.

— Дверь остается открытой, и никаких наушников, когда меня нет. Понятно?

Она кивнула, и ее глаза метнулись в сторону, чтобы сфокусироваться на скамейке.

— Поскольку я не знала, почему ты хочешь…

— Хорошая попытка, Джульетта, — отпустив ее, я сел на скамейку. — Спусти штаны и трусики, но держи их на лодыжках, — как только она это сделала, я устроил ее на своих коленях. — Сегодня десять.

— Десять? Тогда было только пять…

— Я могу сделать тридцать, — я провел ладонью по изгибу ее задницы, сжимая и начиная снова, чтобы услышать, как у нее перехватывает дыхание. Как раз когда она начала расслабляться, я поднял руку и шлепнул по центру ее правой ягодицы, резкий звук заполнил спокойную тишину.

— Ай! — вскрикнула она, пытаясь сесть.

Положив руку между ее лопаток, я держал девушку неподвижно, когда моя ладонь снова шлепнула на то самое месту.

Джульетта снова вскрикнула.

— Больно!

— В этом и суть, — следующие семь ударов я распределил по сторонам, а последний пришелся на тоже место, что и первые два.

К тому времени, когда я закончил, ее бледная кожа стала ярко-красной. Я провел рукой между ее бедер и обнаружил, что она такая же мокрая, как и накануне, если не больше.

Я провел двумя пальцами по ее щели, а затем ввел их внутрь. Трахая ее пальцами, я переместил другую руку с ее плеч на волосы, схватил ее за хвост и повернул ее голову так, чтобы видеть лицо.

Джульетта была прекрасна, как никогда, со слезами на глазах, ее лицо раскраснелось и было влажным. Но она была спокойна.

Счастлива.

Эта девушка была создана для того, что я ей даю, и я — счастливый ублюдок, который может ей это показать.

Джульетта издала стон протеста, когда я вынул свои пальцы и усадил ее прямо. В отличие от предыдущего дня, когда я играл с ней на скамейке, я встал и отнес ее на кровать.

Потому что ее наказание еще не закончилось.

Усадив ее на матрас, я сказал:

— Ляг на спину и раскрой бедра.

После нескольких секунд колебаний она сделала то, что я сказал, раздвинув для меня ноги.

Я расстегнул ремень и брюки, спустив их вместе с трусами-боксерами. Сжав в кулаке свой член, я медленно поглаживал его.

Глаза Джульетты загорелись, ее розовый язычок высунулся, чтобы смочить губы.

У меня возникло искушение воспользоваться этим ротиком, но если бы она обхватила меня губами, то этот процесс затянулся бы на вечность.

Я начал двигаться быстрее, и ее рука переместилась между ног.

— Нет, — выдохнул я.

Разочарование исказило ее черты лица.

— Почему я не могу прикоснуться к себе?

— Потому что ты нарушила правила.

— И ты меня наказал.

— А теперь я завершаю твое наказание.

Она поняла мой намек, и ее взгляд сузился.

— Ты не позволишь мне кончить?

— Нет.

— Это… это пытка!

— Поверь мне, голубка, смотреть на эту киску и не трахать ее — тоже пытка для меня.

— Тогда трахни меня, — когда это не сработало, она решила играть по крупному. Широко раскрытые зеленые глаза смотрели на меня, и маленькая сексуальная улыбка искривила ее губы, когда она прошептала: — Пожалуйста, папочка. Ты мне нужен.

Господи, мать твою, она не хочет меня убивать.

Я уже мертв.

Произошла ошибка, и меня отправили на небеса вместе с этим ангелом.

И я убью любого ублюдка, который попытается отнять ее у меня.

— Подними рубашку и покажи сиськи. Затем используй свои пальцы, чтобы раздвинуть половые губы. Не касайся больше ничего, или я завяжу тебе глаза, чтобы ты не могла наблюдать.

Она мгновенно последовала моим указаниям. Мой взгляд передвигался между ее раздвинутой киской, сиськами и лицом. Взгляд девушки был прикован к моему кулаку, пока я теребил его вверх и вниз — быстрее, сильнее.

Напряжение нарастало, прежде чем первая струя кончи попала в ее раскрытую киску.