Безупречный злодей для госпожи попаданки - Дарина Ромм

- Понял, понял. А чем я буду здесь заниматься целый день? Я тут со скуки помру, — начинает ныть Ронни.

- Поспи подольше, — отрезает любящая мать. – Пойдем, закроешь за мной дверь. Я тебе оставляю ключ от черного хода. И возьми метрику, я сказала! Сразу прибери в сумку. Иначе, знаю я тебя, придешь в приемную Инквизиции и только тут вспомнишь, что не вял свои документы.

- Ой, не занудничай! Все возьму. Давай сюда свою бумажонку.

Снова лязг ключа, какие-то шорохи, и звуки шагов в сторону двери. Поворот ключа в замке и наступает тишина.

Еще несколько секунд я стою неподвижно, прислушиваясь. Затем осторожно выхожу из-за шторы. Первое, что мне бросается в глаза – лежащий на краю рабочего стола Мармеладихи плотный лист бумаги с витиеватыми надписями и выпуклой печатью в нижнем левом углу.

Метрика! Ронни все-таки забыл ее в кабинете. Или специально оставил, чтобы сделать назло матери.

Я коршуном бросаюсь к документу. Хватаю и прячу его в сумку. После чего возвращаюсь к окну и изо всех сил дергаю раму. На этот раз она поддается, и я, тревожно оглядываясь и не издав ни звука, вылезаю наружу.

Стараясь слиться со стеной дома, крадусь по переулку. Выбираюсь из него на узкую боковую улочку и со всех ног несусь в ту часть города, где находится дом Констанеля. Я не я буду, если не успею опередить преступницу и не спасу своего друга!

 А это у нас Ронни, мамин сладкий пирожочек

Глава 55

Приемная Инквизиции работает с девяти утра, но уже в восемь мы с Констанелем стоим у ее входа. Оба зябко ежимся, потому что утро необычно прохладное. Или это нервное напряжение морозит нас изнутри?

Наверное, мы смотримся странной парочкой – застывший на одном месте рослый молодой красавец с испугом в глазах. И щуплая старушенция в огромных очках на длиннющем носу, нервно бегающая туда-сюда перед входом в мрачное здание.

Честно говоря, когда я себя увидела в зеркале, чуть не поседела по-настоящему, до того я стала уродливая. Жуть просто!

А уж бедолага Констанель… Боюсь, он обмочил постель, когда проснулся и увидел трясущую его за плечо, всю в черном Бабу-Ягу. То есть, меня под маскировкой.

Парень в ужасе выпучил глаза и придушенно прошептав: - «Мамочки!» - с головой залез под одеяло.

Я, конечно, по доброте своей зашлась смехом, больше похожим на карканье простуженной вороны, чем напугала его еще больше.

- Кто ты и как сюда попала? – пропищал из-под одеяла тонким голосом.

- У тебя на кухне окно было открыто! – рявкнула я.  Сдернула с его головы одеяло и зашипела, уставившись в перепуганные чайного цвета лаза:

- Констанель! Это я, Фрея. Фрея Попаданка. Быстро вставай и бежим – сюда Белинда с убийцами по твою душу идет!

Надо отдать должное, на то, чтобы поверить моему рассказу, у парня ушло не больше нескольких секунд.

- Фрея, выйди, мне надо встать и одеться, — потребовал он уже нормальным голосом, когда я закончила торопливый пересказ событий в кондитерской. – Не дело юной девушке находиться в спальне неженатого мужчины.

Я закатила в досаде глаза – в спальне женатого мне, значит, находиться можно! Железная мужская логика.... Но всё-таки  вышла в соседнюю комнату

Там было зеркало, и я, наконец, смогла полюбоваться на свое отражение.

Да уж, торговец артефактами не обманул – внешность моя изменилась так, что я сама себя не узнала.

Из зеркала на меня смотрел Добби из «Гарри Поттера», только в женском варианте и с многочисленными морщинами, седыми лохмами, в чепце и очках. Вдобавок, изо рта кокетливо выглядывала парочка желтоватых клыков, добавляя мне сногсшибательного шарма.

В общем, если в Инквизицию меня не возьмут, потому что не прошла фейс-контроль, не удивлюсь. На это страхолюдство я и сама смотреть без смеха и ужаса не могла.  Представляю, как менеджер по подбору персонала Инквизиции на мой облик отреагирует!

Пока я любовалась собой, Констанель вышел из спальни одетый и с сумкой в руках:

- Фрея, я собрал все ценное, что у меня есть и готов уходить.

- Деньги? Драгоценности? Документы? – голосом киношного полицейского перечислила я. На всякий случай, вдруг что-то забыл. - Сейф выпотрошил или тетке все оставишь?

Почему-то к этомут моменту я перестала испытывать страх. Наоборот, все происходящее стало казаться веселым, интересным приключением.

Словно весь запас ужаса и безнадеги, до этого момента заполнявший мою душу, наконец закончился. А на освободившееся место пришла бесшабашность и даже озорство – кукиш тебе, Али, а не рабыня Федерика! Убегу от тебя, как Колобок от всех сказочных не-товарищей.

Главное, на лису не нарваться в конце!

- Деньги, драгоценности, документы…, — повторил за мной Констанель и вдруг хлопнул себя по лбу:

- Моя метрика! Она у Белинды – нам понадобилось кое-что оформить в городской управе, тетка взяла ее и не вернула. Как быть? Без документов в Инквизиции делать нечего…

Пока парень растерянно хлопал глазами, я жестом фокусника извлекла из сумки метрику сыночка Мармеладихи. Как я удачно бумажку приватизировала!

- Вот, держи. Теперь ты Ронни… Как там… Ронни Баллард?! – прочитала я и замерла. – Баллард – это же фамилия того подозрительного типа, в которого влюблена Мармелад…

- Баллард…, — вслед за мной изумленно повторил Ронни. – Он что, отец сына Белинды?!

- Или она просто решила воспользоваться…, — предположила я шепотом и, не договорив, замерла – мои уши вдруг уловили неясный звук. Что-то тихонько скрипнуло внизу, словно под осторожной ногой слегка прогнулась половица.

- Тш-ш! – зашипела я, ладонью запечатав Констанелю рот. Шепотом запричитала: – Они уже здесь, на первом этаже… Не успели мы уйти! А-а-а, что делать?!

- Чердак, — в отличие от меня, парень не растерялся. Схватил за руку и потянул за собой. – Я иногда через него выбираюсь из дома...

Через несколько минут мы оказались на улице,