Мой грешный маркиз - Гэлен Фоули

— Дафна, — вздохнул Макс, — вы уже моя.

— Черта с два! Я не принадлежу ни одному мужчине, и вы не должны здесь находиться. — Она снова попятилась. — Как видите, я одна дома.

— Больше нет. — Маркиз окинул девушку жадным взглядом.

Она ощутила острую необходимость обратиться в бегство. Тело сотрясала дрожь. Пытаясь вернуть способность мыслить здраво, она потрясла головой, как мокрая собака. Не помогло.

— Полагаю, вы знаете, где выход. Очень скоро вернется отец, — солгала она.

Запретив себе поддаваться его чарам, Дафна уверенно направилась в гостиную. Правда, у нее дрожали ноги, но она рассчитывала, что это незаметно.

К немалой тревоге, она услышала за спиной шаги. Маркиз шел за ней, как охотник за дичью.

Войдя в гостиную, Дафна решительно повернулась и устремила взгляд на незваного гостя, сложив руки на груди. К счастью, лорд Адский Огонь все же теперь вел себя приличнее и соблюдал дистанцию. Дафне показалось, что он каким-то образом узнал: она действительно не хочет, чтобы он ушел.

Макс достал из кармана сверкающее ожерелье и взмахнул им.

— Почему вы отослали мне это? — требовательно спросил он, глядя на нее горящими глазами.

Дафна с трудом проглотила застрявший в горле комок.

— Потому что не могла его принять. Единственное, что я могла сделать, — это вернуть его.

— Единственное? — Губы маркиза изогнулись в насмешливой ухмылке. — Я похож на человека, с которым можно играть в игры, дорогая мисс Старлинг?

— Это не игра, — спокойно ответила она. — Если кто-то здесь и играет в игры, то это вы.

— Ничего подобного! — огрызнулся Макс. — Короче, я это не возьму. Оно ваше. И мне плевать, что вы с ним сделаете. — Он швырнул драгоценное ожерелье через стол, словно это были дешевые стекляшки. — Как вы осмелились послать мне это, да еще и отказ без каких-либо объяснений?! С кем, дражайшая мисс Старлинг, по-вашему, вы имеете дело?

Дафна с трудом подавила желание спрятаться от его праведного гнева и постаралась говорить спокойно:

— Мое объяснение есть в письме. Я вполне ясно указала, что мы не подходим друг другу.

— Почему?

— Потому что мы разные люди.

— В чем? Защищайте свою позицию! Докажите, что вы не пустая тщеславная кокетка, как считает Альберт!

У Дафны закружилась голова. Обвинения действительно были ей хорошо знакомы.

— У нас разные жизненные ценности, милорд.

— В чем это выражается?

— В чем? — Дафна возмущенно фыркнула. — Вы посещаете бордели. Вы общаетесь с распутниками. Вы обращаетесь со своей семьей, как с назойливыми посетителями. А если вы так относитесь к собственной родной сестре, думаю, подобное отношение ко мне — всего лишь вопрос времени. А всему виной станет какое-нибудь невольное мое прегрешение.

— Вы ничего об этом не знаете!

— Я спрашивала! Вы ничего не пожелали рассказать! Вы попросили моей руки, но не хотите, чтобы я вас лучше узнала! Как я должна относиться к человеку, который утверждает, что высоко ценит мое сердце, но категорически не желает открыть мне собственное?

Макс слушал внимательно, и это придало девушке смелости.

— Возможно, вас удовлетворит союз, основанный на выгоде, но меня — нет. Я говорила, что мне нужно больше, при этом мне глубоко наплевать на титул и положение в обществе. Уж извините, но меня не ослепили ваше богатство и могущество.

— Поэтому я хочу вас еще больше, — тихо пробормотал он. Его взгляд стал напряженным. — Ну же, Дафна, чего вы хотите?

— Вы имеете в виду, какова моя цена? Ожерелье подороже, дом побогаче… Вы так все измеряете? А этот дом для вас — очередной бордель, куда вы зашли, чтобы купить себе шлюху? — Дафна говорила все громче. — Довожу до вашего сведения, что я не продаюсь, независимо от того, что сказал вам отец. А если решите вступить с ним в союз, чтобы тем или иным способом склонить меня к согласию, позвольте предупредить вас заранее, лорд Ротерстоун, что я многому научилась у Пенелопы и точно знаю, как превратить жизнь мужчины в ад.

Макс не сводил со строптивой невесты изумленных глаз.

— Так-так, — наконец заговорил он, — похоже, я нашел себе маленькую ведьму. Значит, совершенная леди? Я знал, что в вас таится нечто большее. — И он начал мерить шагами гостиную, одновременно потирая рукой подбородок.

— Уходите, — жалобно попросила она. — Вы получили мое объяснение.

— Нет.

— Нет? — переспросила она. — Вы хотите, чтобы я послала за констеблем?

Макс долго рассматривал висевшую на стене картину, потом покосился на девушку.

— Зачем вы это делаете? — спросил он. — Вы боитесь меня?

Дафна прищурилась и вздернула подбородок.

— Конечно, нет!

— Я знаю и поэтому еще больше хочу вас, Дафна.

— Прекратите повторять это!

— Но это правда.

— Ну что вы ко мне пристали?! — закричала она. — Вам же на самом деле не нужна жена. Вы хотите получить еще один экспонат в свою коллекцию. Вот и ищите на здоровье. В обществе полно девушек гораздо красивее, чем я.

— Мне наплевать на их внешность даже больше, чем вам на мои богатства. Я хочу вас.

— Зачем? — воскликнула Дафна. — Ах да, как же я могла забыть? В качестве племенной кобылы! Если вы так стремитесь восстановить доброе имя своей семьи, тогда вам следует найти жену, которая не была объектом слухов.

— И это мне безразлично, — упрямо повторил Макс. — Мне нужны вы и только вы, Дафна.

— Почему? — Она должна была заставить его произнести эти слова. «Потому что я люблю вас». Если, конечно, это правда.

— Потому что так и есть.

Дафна покачала головой.

— Вы хотите завладеть мной, только чтобы держать на расстоянии. Вчера я имела возможность получить представление о том, как вы обращаетесь с людьми.

— Вчера я тоже кое о чем получил представление. И хочу этого. — Он потянулся к Дафне, но она отпрянула.

— Хочу… хочу… Вас больше ничто не заботит, кроме своих желаний?

Понимая, что ей не удается к нему пробиться, Дафна решила прибегнуть к последнему секретному оружию.

— Извините, Макс. Папа должен был вам сказать. Но я люблю другого. — Она постаралась говорить и выглядеть убедительно. — Он мне очень дорог. И он тоже преданно любит меня. Я не могу выйти за вас замуж, — скороговоркой заключила она, — потому что мое сердце принадлежит другому.

Маркиз весело рассмеялся.

— Вы так забавны, дорогая.

— Ч-что?

— Насколько я понимаю, вы имеете в виду молодого Джонатана Уайта?