Королева Квинтэссенции - Тесса Хейл

У меня обожгло горло.

— Нам всем станет лучше от этого.

Я разорвала салфетку. В голове проносился миллион разных мыслей, но одна из них преобладала над всеми остальными.

— Что происходит в твоем большом мозгу? — спросил Кай.

— Я хочу увидеться с Керри.

Парни замерли.

— Прости, я правильно услышал, как ты только что сказала, что хочешь встретиться с предательницей, которая пыталась тебя убить, — прорычал Феникс.

— На самом деле она и не пыталась. Там был нерешенный спор.

— Отлично. Она продала тебя моему злому брату. Могло быть и хуже.

Я почувствовала, как потрескивает внутренняя сторона моей щеки.

— Мне нужно с ней поговорить. Помогать всем этим людям, которых бороли так же, как Керри? Не могу не думать о том, как сильно я подвела ее.

— Ты не подводила ее, — сказал Атлас. — Ты не проявила к ней ничего, кроме доброты.

Я покачала головой.

— Я была не очень хорошей подругой. Я не поддержала ее так, как должна была. Если бы я это сделала, она бы не поддалась на уловки Эйдена.

Феникс пристально посмотрел на меня.

— Если я не могу взять на себя ответственность за действия моего брата, то и ты не можешь.

— Я не беру на себя ответственность за них, я просто говорю, что была очень сосредоточена на себе в прошлом месяце. Я подвела подругу.

Ривен сжал мое бедро.

— У всех нас бывают такие моменты. Мы все совершаем ошибки. Но это не оправдывает того, что она сделала.

У меня перехватило дыхание, боль от предательства Керри вспыхнула с новой силой.

— Знаю, но я все равно хочу с ней поговорить.

Кай отодвинул стул от стола.

— Тогда мы пойдем вместе.

— Сейчас? — пискнула я.

— Откладывая это, ты будешь только нервничать еще больше. — Кай протянул мне руку.

Он был прав. Лучше просто сорвать пластырь. Я вложила свою руку в его и встала.

— Мы все пойдем, — решил Атлас.

— Я все же хочу поговорить с ней наедине.

Члены королевской семьи только напугают Керри.

Феникс стиснул зубы.

— Держись подальше от камеры.

Я выдохнула, но кивнула.

— Пошли.

* * *

В подземелье было так же темно и сыро, как я и помнила. Свет исходил только от канделябров, расположенных вдоль каменных стен. Я сглотнула, когда спустилась по последней ступеньке.

Четверо охранников, стоявших внизу, кивнули мне, уже получив известие о моем прибытии через наушники.

Я оглянулась на Феникса, который сжимал челюсти. Он коротко кивнул мне.

— Мы подождем здесь.

Кай поцеловал меня в лоб.

— Поторопись, Щеночек.

Ривен кивнул, а Атлас ободряюще улыбнулся мне. Но от меня не ускользнуло беспокойство в их глазах.

Я заставила себя отвернуться от уюта и безопасности, которые обеспечивали ребята. Осматривая окружающие камеры, я заметила фигуру, скорчившуюся на койке. У меня сжалось сердце, но я направилась к камере.

Мои шаги эхом отдавались в похожем на пещеру помещении. Керри не подняла глаз. Она сидела на койке, накинув на плечи одеяло, волосы падали ей на лицо. Рыжие кудри были спутаны и в беспорядке.

Я остановилась перед ее камерой. Она по-прежнему не поднимала взгляда. Я прочистила горло. По-прежнему ничего.

— Керри? — позвала я.

Все ее тело дернулось от моего голоса. Она медленно подняла голову. И выражение ее лица можно было описать только одним словом. Загнанная.

Я с трудом сглотнула, внезапно поняв, что понятия не имею, что сказать. Я хотела спросить, как у нее дела, но ответ был ясен и без слов. Я также не могла начать с пустой болтовни. Поэтому я сказала чистую правду.

— Прости.

Керри несколько раз моргнула, словно пытаясь прояснить зрение.

— Ты извиняешься? — прохрипела она.

Я сцепила пальцы рук перед собой, сжимая их вместе.

— Меня не было рядом с тобой, когда я была тебе нужна. Я была так сосредоточена на том, что происходило со мной, что не замечала, что тебе больно. Прости, что я не была лучшим другом.

На ее лице отразился шок, а затем на глаза навернулись слезы.

— Я уже не знаю, что из этого правда.

Полное отчаяние в голосе Керри разбило что-то глубоко в моей груди.

— Что ты имеешь в виду?

— Он сказал, что тебе было все равно. Что ты бросила меня в ту же секунду, как появились королевские особы.

Я вздрогнула и поняла, что Эйден привел убедительный аргумент в пользу этого.

— Мне было не все равно, Керри. И до сих пор не все равно. Но я была поглощена всем, что происходило в моей жизни.

По ее щекам потекли слезы.

— Я любила его. С ним я не чувствовала себя такой одинокой.

Боже, мне захотелось заключить ее в объятия и крепко прижать к себе.

— Я знаю, что так и было.

— Но он был нехорошим, да?

В голосе Керри прозвучала детская уязвимость. Та, от которого трещины в моей груди становились все глубже.

— Он мог быть плохим, но все равно был добр к тебе. — Это была единственная доброта, которую я могла ей оказать, понимание, сопереживание. Но если бы Эйден стоял сейчас передо мной? Я бы снова прикончила его за то, как он исказил ее сознание.

— 42-

— Я снова зайду проведать тебя через пару дней, — сказала я, поднимаясь на ноги. Спина болела от долгого сидения на твердом цементном полу. Но Керри казалась такой чертовски одинокой, что я не могла уйти.

— Ты не обязана, — мягко сказала она.

Я выгнула спину, словно пытаясь освободиться.

— Я хочу.

Керри медленно кивнула, ее