Дай нам шанс. Ты не пожалеешь! - Елена Автономова

— Взаимно. А где моя жена, док?

— Сначала на анализы. Затем узи и кардиограмма. Не беспокойся. Это займет не больше часа. К тому времени, как раз придут анализы. И будет ясна более подробная картина. Мне только одного не ясно. По телефону ты сказал, что она испытывает плохое самочувствие, рвоту уже второй месяц. Вы не думали о беременности? — улыбнулся старый еврей.

Это было бы замечательно, но…

— Саша принимает гормональные препараты последние 4 года. По будильнику, не пропускает. Так что это невозможно.

— По какой причине? — включился Бергман, что-то отмечая у себя в карточке.

— У нее был гормональный сбой, честно говоря, я не особо силен в этих вопрос. Лучше уточнить у нее.

— Хорошо — хорошо, — задумался док, поправляя очки. — Знаешь, Артём, хотя…Ладно, подождём.

За добрый час мы успели пройтись вдоль и поперек по моему здоровью, бизнесу и семье. Я упомянул, что бывшая жена наконец-то оставила меня в покое и получила по заслугам. Сын взялся за ум и возглавляет один из крупнейших холдингов в России. И, конечно, же я поделился с ним своим главным достижением — удочерением Лизы.

Наконец-то дверь открылась и в кабинет с кипой снимков и прочих бумаг вошла Саша в сопровождении той же медсестры.

Ее руки и подбородок до того сильно подрагивали, что казалось она в шаге от обморока. Жена села рядом, кое-как вывалив все бумаги на стол Ингмару.

Он взял что-то в руки, затем еще и еще, расплываясь в еврейской улыбке.

— Там есть что-то смешное, док? — начал закипать я.

— С какой стороны посмотреть. Но жизнь ваша точно изменится, дорогой мой, — улыбнулся он еще шире.

— Можешь нормально объяснить, что с моей женой? — от эмоций, переполнявших меня, я долбанул кулаком по столу.

— Державин, держи себя в руках. У тебя же сердце, — подала голос Саша. — Если так можно выразиться, то я абсолютно здорова. И не только я.

Нервная улыбка супруги не вселяла в меня абсолютно никакого спокойствия.

Док еще раз усмехнулся, переглядываясь с моей женой.

— Похоже, что я один здесь не понимаю ровным счетом нихрена! — воскликнул я на чистом русском.

— Как думаете, ему можно сказать? Это не будет для него сильным стрессом? — встревоженно посмотрела она на еврейскую хитрую морду.

— Думаю, можно.

— Я всерьез начинаю выходить из себя, Саш. Я вам что, мальчик?

— Нет, теперь-то ты уж точно не мальчик. Ты теперь многодетный отец. Думаю, это очень большая для тебя ответственность. Но ты справишься, мы справимся.

Саша сжала мою ладонь.

А я? Я старался переварить только что сказанные ею слова. Я многодетный отец? Стоп. Моя Саша беременна. Она. Ждёт. Ребенка. Мы. Целый новый человек.

Это же теперь нужно гостевую на втором этаже переделывать под детскую, да? Мебель новую покупать. А как отреагирует Лиза? Ей понравится быть старшей сестрой? Не единственным ребенком?

— Родной, ты меня пугаешь? Скажи хоть что-то.

— Что-то, — кивнул я.

— Державин, блин, ты охренел? — саданула меня жена по плечу.

Я тут же вскочил на ноги, прижал жену к себе и стер с лица наверняка туповато-счастливое выражение.

— Охренел, Сашка. Охренел от радости. Спасибо тебе, спасибо. Никогда не думал, что к пятидесяти годам стану отцом еще раз! — зацеловывал я жену в щеки, губы, нос.

— Тебе 46, не преувеличивай.

— А уже известно кто? Мальчик или девочка? — встрепенулся я.

— Рановато еще, у вас 9 недель. Плод развивается согласно сроку. Недельки через две проведем первый скрининг, если вы, конечно, будете вести беременность у нас. И да, Александра, гормональные препараты нужно прекратить пить. Никакого вреда они, судя по анализам, не нанесли, но и пользы от них, как вы понимаете, нет, — вклинился док.

— Конечно, если бы я знала, я бы сразу прекратила. Просто не ожидала как-то, что такое может получиться.

— Я еще до вашего прихода предполагал данное развитие событий, но решил дождаться результата анализов. К тому же, Артём предупредил меня о ваших проблемах. Но, как мы видим, все сложилось более, чем удачно. Не правда ли?

— Правда, док, правда, — подтвердил я, закружив жену по кабинету, но тут же поставил на место, вспомнив о ее положение. — И что теперь делать? Нам?

— Радоваться, Артём, радоваться и готовиться к появлению нового члена семьи. Вставать к нам на учет, правильно питаться, гулять на свежем воздухе и только положительные эмоции, мамочка. Это понятно?

— Конечно, доктор, конечно, — уверенно закивала Саша, поглаживая еще плоский живот сквозь белоснежное платье.

— Идите, Державины. Вижу, вам не терпится обсудить это вдвоем. Через пару дней жду вас на прием.

— Спасибо, док! — искренне поблагодарил я Бергмана, пожимая руку.

— Это ты своей жене говори, дорогой мой, — улыбнулся еврей, выпроваживая нас из кабинета.

И я говорил. Все шесть месяцев говорил ей спасибо за то, что она вынашивала нашего ребенка. За то, что превозмогая усталость, тошноту и сонливость она готовила кушать. За то, что соблюдала постельный режим и госпитализировалась, когда на то была нужда. За то, что не срывалась ни на меня, ни на Лизу, хотя маленькая принцесса снизила гонор и безумно ждала появления на свет нового младенца в нашей семье. Я боготворил жену.

Восхищался ее стойкостью и силой. Восхищался в моменте, когда она 12 часов мучалась от схваток и пыталась сломать аппарат КТГ, который писал сердцебиение крохи. Я держал ее руку все то время, когда она кричала, «что больше ни за что на это не подпишется».

Я не сказал ей спасибо только в момент, когда в госпитале Нетании раздался первый детский плач. Раздирающий душу крик нашего общего ребенка. Не смог и звука издать. Но слезы, капающие из моих глаз в тот момент, я уверен, сказали намного больше.

— Поздравляю, у вас девочка!

Бонус

13 лет спустя. Россия.

Сегодня наша дочь наконец-то познакомит нас со своим парнем. Спустя почти полгода их отношений. Ради такого события мы даже вернулись из Израиля на Родину.

Лиза предпочла всем мировым вузам и престижным колледжам РГГУ ИАИ в Москве. И на сегодняшний день была сдана первая в ее жизни сессия на отлично. Выбор был странным, но мы поддержали дочь. Во-первых, это только ее решение. Во-вторых, мы могли беспрепятственно пересекать границу, и это не доставляло нам неудобств в плане визы. В-третьих, Марк обещал присматривать за сводной сестрой. Сомнительно, конечно, учитывая, какой задницей остался Державин младший.

Я была рада прилететь. Давно не виделась с Владом и Кирой. Скучала по ним и России в целом. Все здесь было родным