Дикий альфа - Си Джей Праймер

— Я уверена, он просто напуган, — говорю я. — Я имею в виду, ты немного склонна к несчастным случаям. Он просто не хочет потерять тебя снова.

У нее перехватывает горло от тяжелого сглатывания.

— Я знаю. И я люблю его за это, правда. Просто иногда этого бывает… слишком много.

Ее взгляд опускается на кафельный пол, по которому она постукивает носком туфли.

— Я не знаю.

— Эй, — говорю я, снова поднимая ее взгляд на себя. Я серьезно смотрю ей в глаза, ободряюще улыбаясь. — Я уверена, что через некоторое время он немного отступит. Для вас, ребята, все еще свежо в памяти.

— Верно, — соглашается она, кивая головой. — А еще, вероятно, сама связь все еще делает его немного сумасшедшим.

Мне знакомо это чувство.

Хотела бы я сказать это, и я почти это делаю, но затем Слоан с очередным вздохом поднимается на ноги, придвигая свой стул.

— Думаю, мне пора уходить. Но увидимся вечером?

— Да, я буду там, — отвечаю я, мой пульс учащается при этом напоминании.

Губы Слоан растягиваются в широкой улыбке.

— Не могу дождаться, — она подходит к проходу, останавливаясь возле моего стола. — Итак, какая твоя последняя ставка на девушку Хави? Блондинка или брюнетка?

— Ммм, блондинка.

— То же самое, — ухмыляется она. — Он похож на парня, которому нравятся светлые волосы и большая грудь.

Я подсознательно бросаю взгляд вниз, на свою трогательно маленькую грудь.

— Увидимся позже, детка.

Слоан посылает мне воздушный поцелуй и с важным видом удаляется по центральному проходу, покидая IT-центр.

Как только она уходит, я поворачиваюсь обратно к своему компьютеру и кладу руку на мышь. Сделав глубокий вдох, я подвожу курсор к папке, которую избегала, и, наконец, нажимаю на нее, открывая первую фотографию внутри.

Качество изображения оставляет желать лучшего. На самом снимке двое незнакомых мне мужчин, прислонившихся к стене здания мотеля и болтающих, но он настолько размытый, что трудно различить их черты. Если все фотографии с камер наблюдения будут такими, как эти, мой план прогнать их через систему распознавания лиц потерпит крах.

Я навожу курсор на стрелку и нажимаю на следующую картинку, довольная тем, что эта намного четче. Тем не менее, это всего лишь снимки мужчин в профиль, найти подходящие будет сложно. Я нажимаю на следующую, затем на следующую, нахожу пять похожих изображений и прокручиваю их взад-вперед, пока не решаю, на каких снимках лучше всего видны лица мужчин. Затем я обрезаю их, создаю новую папку на своем рабочем столе и помещаю их туда.

Это было достаточно просто.

Я перехожу к следующей серии изображений, на которых изображены две женщины, идущие бок о бок. Я делаю то же самое, нахожу лучшие изображения их лиц, обрезаю их и перемещаю в свою новую папку.

Следующие несколько фотографий заставляют меня задуматься, потому что лицо, заполняющее экран моего компьютера, слишком знакомое. Мои ладони становятся липкими, сердце бешено колотится в груди, когда я прокручиваю фотографии Хави и еще одного парня, увлеченных беседой возле его черного пикапа. На нем обтягивающая белая футболка, дьявольски красивая улыбка растягивает его губы. И хотя это кажется неправильным, я делаю снимок его великолепного лица и кладу его в папку.

Я попадаю в зону действия, продолжая просматривать изображения, выбирая наиболее четкие изображения лиц незнакомцев для сохранения с целью последующего запуска их через базу данных распознавания лиц. Не успеваю я опомниться, как проходит час, и я просматриваю больше половины изображений, сохраненных в файле, около двадцати четких снимков лиц лежат в моей новой папке.

Однако, когда я нажимаю, чтобы открыть следующую фотографию, у меня сводит живот.

Потому что это Хави и еще одна девушка.

Он обнимает ее за плечи с широкой глупой улыбкой на лице, и она так чертовски красива, что мне хочется плакать.

Светлые волосы и большие сиськи.

У нее это есть. И, конечно, разумнее было бы заключить, что это просто подруга Хави — возможно, даже его лучшая подруга, о которой он говорил, — но потом я нажимаю на следующую фотографию, и мое сердце падает, потому что я почти уверена, что я и мои друзья-парни никогда не выглядим так так, когда мы просто тусуемся.

Хави обхватывает ее руками сзади за талию, выгибая спину, чтобы оторвать от земли, в то время как она вытягивает ноги перед собой. Я практически слышу, как они смеются, по радостному выражению их лиц, и, клянусь, чувствую, как мое сердце разрывается надвое, когда я ошеломленно смотрю на фотографию.

Они оба выглядят близкими.

Слишком близкими для дружбы.

И для человека, известного как умная девушка, я никогда не чувствовала себя более глупой.

— Жаль, что твоя девушка не смогла прийти, — комментирует Мэдд, когда Хави садится на табурет с противоположной от меня стороны стола в баре Голденлиф, бросая взгляд в мою сторону.

— Да, она плохо себя чувствовала, — извиняющимся тоном отвечает он.

Я с трудом скрываю саркастическое фырканье, хотя полагаю, что его заявление не является полной ложью. Я не хорошо себя чувствую, совсем. Я схожу с ума с тех пор, как нашла ту фотографию, где он с великолепной блондинкой, и мучаю себя, сохраняя ее в своем телефоне, чтобы смотреть на нее снова и снова.

Сначала мое сердце было разбито. Потом я растерялась. Сейчас я просто в ярости — в такой чертовой ярости, что едва могу нормально видеть. Из-за того, что я потеряла бдительность, я рискнула довериться ему, а он выставил меня дурой.

Моя волчица была близка к поверхности с тех пор, как я увидела эту фотографию, и это только усиливало мое возбуждение. Она защищает меня единственным известным ей способом — направляя всю мою энергию в ярость и негодование, выбрасывая все чувства рациональности в окно.

Я чувствую себя пустой оболочкой самой себя, полностью захваченной эмоциями, бурлящими внутри. Для меня это неизведанная территория, но я ориентируюсь по ней как могу, учитывая обстоятельства.

— О, я действительно с нетерпением ждала встречи с ней, — надувает губы Слоан, потягивая водку с тоником.

— В другой раз, конечно, — ровно отвечает Хави, и я не могу не заметить, каким расслабленным он кажется и как легко ложь слетает с его языка.

А может быть, это даже и не ложь. Насколько я знаю, сейчас он говорит не обо мне, а о ней, блондинке с фотографий, чье лицо теперь запечатлелось в моей памяти.

Это слишком — сидеть здесь напротив него и