Судьба в наследство. 1. Письмо, с которого все началось - Елена Александровна Ковалевская

- Но Бог с ней! Копаться в делах Благочестивой гораздо опаснее для жизни, чем целоваться с гремучей змеей.

Он вытащил новый лист из папки и протянул его Боклерку.

- Вот донесение, что даст нам ответ на второй вопрос. Все личные имения кардинала пришли в полный упадок и не приносят и сотой доли своего дохода. Он полностью обескровил земли постоянным оттоком средств. Дурак! Надо ведь не только брать, но еще и вкладывать! Сейчас Джованне беден, как церковная крыса! - епископ рассмеялся? потом посерьезнел и пробормотал себе под нос: 'Воистину, крыса... нищая церковная крыса...'

Брат позволил себе осторожную улыбку.

- Кстати, Боклерк, - продолжил Констанс: - Приценись, через третьи лица, за какую сумму кардинал готов продать свои владения. Насколько я знаю, сейчас ему очень нужны деньги. Можно провернуть неплохое дело, убивая сразу двух зайцев. И отличное вложение средств сделаем, с последующей немалой прибылью, и в дальнейшем отрежем его от скудного, но все же источника финансирования.

Он до того загорелся этой идеей, что даже подался вперед, словно прибывал в нетерпении, и принялся неосознанным движением потирать руки, как перед подсчетом прибыли.

- Хорошо, ваше преосвященство, - кивнул секретарь. - Предстоятель Ордена Торкунитов, ваш большой должник, и он на протяжении пары лет стремиться каким-нибудь образом, отблагодарить вас. Предоставить ему эту возможность?

- Это преподобный Игнатий?

- Да.

- Ну что ж, он мне действительно задолжал. И к тому же он не из болтливых. Подойдет! - согласился Констанс, вновь откидываясь на спинку кресла. - А теперь перейдем к первому вопросу - почему же доход и расход Джованне настолько различны.

- Это же понятно, - удивился секретарь. - Дохода у него нет, а подарки, что он покупает, и взятки обходятся дорого. Вот и разница.

- А откуда у него эти деньги? В донесении не указано ни одного поступления.

Секретарь бегло просмотрел лист, который держал в руках.

- Но это же укрупненный вариант, - заметил он.

- А сей укрупненный вариант сделан с личной расходной книги кардинала, куда он заносит все пришедшие поступления, вплоть до медного грошика! Но почему-то кроме этих! - со своеобразной значительностью произнес епископ, заостряя внимание секретаря на данном моменте. Его щеки залил румянец, глаза горели как у гончей перед охотой. - А деньги, тем не менее, у него берутся, словно из воздуха?! Откуда? В свете последних известий это очень, очень важно!

Секретарь виновато опустил глаза, показывая всю глубину своего сожаления и раскаяния

- Я постараюсь узнать, ваше преосвященство, - пообещал он.

- Только осторожно, - напомнил Констанс. - Не стоит привлекать к себе излишнего внимания.

- Извините, что перебиваю, ваше преосвященство, - извинился Боклерк, словно вспомнив что-то и от этого резко переменившись в лице. - Но у нас есть одна маленькая неприятность, о которой вы только что мне напомнили.

- Вот как?! - удивился Констанс.

- Вами начали интересоваться, но очень осторожно. А вот кто? Пока неизвестно, - пояснил секретарь, отступая назад на пару шагов.

- А по подробней?! - попросил объяснения епископ, вставая с кресла. Он взял со столика небольшой кувшинчик, налил себе немного белой мальвазии в изящный стеклянный бокал и отпил.

Секретарь с заметным облегчением выдохнул, и начал объяснять:

- Подробностей немного. Кто-то аккуратно начал расспрашивать наших людей: братьев-прислужников и сопровождающих. До информаторов еще не добрались, но некоторые уже занервничали. Говорят, им кажется, что чувствуют за собой слежку.

- А что за личности их расспрашивали? - Констанс стремительно развернулся, и пристально посмотрел на секретаря. - Описать могут?

- Уже опросили. К ним с расспросами подходили всегда разные люди, от простолюдинов до клириков. Внешность не совпадает.

- Та-ак! Похоже, кому-то из неизвестных врагов я дорожку перешел! Знать бы еще кому именно! - он отвернулся, поставил бокал на столик и подошел к окну.

Солнце садилось, окрашивая белые крепостные стены ауберга в золотисто-розовый цвет. В задумчивости епископ побарабанил пальцами по свинцовому оконному переплету. От подобных известий хорошее настроение в миг улетучилось.

Боклерк терпеливо ждал.

- Плохо, конечно, - наконец произнес Констанс. - Но не неожиданно. Отправь послания во все поместья: если кто будет интересоваться хоть чуточку мной или моими средствами, пусть сразу же извещают. Предупреди братьев, чтобы с посторонними не болтали, и обязательно постарались захватить мне хоть одного любопытного. А уж там допытаем.

Он вернулся и снова сел в кресло, тщательно расправив складки сутаны на коленях. Секретарь сложил донесения, поданные ему епископом обратно в папку, и опустился на стул, на котором сидел прежде.

- Так, давай вернемся к нашим баранам, - как-то устало предложил его преосвященство, после недолгого молчания. - Компрометирующие сведения, которыми мы на данный момент располагаем - это деньги кардинала, которые он не записывает в расходную книгу.

- А может у него есть еще одна? - предложил Боклерк.

- Возможно, конечно, но тогда бы умнее было не только приход не записывать, но и расход. Ты знаешь, как это бывает. Мой человек делавший списки служит непосредственно у кардинала, и чтобы он не нашел ее при тщательном обыске... Подобное маловероятно. Джованне опасается разглашать источник средств, а вот траты он записывает туда, не задумываясь по привычке. Наверное, как-то так... - рассудил епископ, и опять задумался. - Давай попытаемся найти иную ниточку и размотать клубок с другой стороны, - определился он после пятиминутной паузы. - Ты доложил, что кардинала и епископа в последнее время часто видели вместе?! Вот и замечательно! А давай попробуем распутать веревочку со стороны Сисвария? Собери все сведения о молодости этого резвого козла. Ты не помнишь, почему скандал с его болячкой не был сильно раздут?

- Сейчас посмотрю, ваше преосвященство, - сказал Боклерк, встал и направился к небольшому шкафу, стоящему у стены слева. Открыл дверцу, вынул какую-то книгу и тот отъехал в сторону, открывая дверь в потайную комнату. Секретарь вошел вовнутрь и через минуту вернулся с большим растрепанным, распухшим от вложенных закладок томом, который и положил на епископский рабочий стол. - Вот подшивка церковных дел за 487-ой год, - Констанс поднялся и пересел на кресло, что стояло у стола. - Из-за того, что прежде епископ Сисварий не