Он, она и ее дети - Джил Мансел

Сверившись с календарем, Крессида обнаружила, что именно в те выходные она добровольно вызвалась поработать на Осенней ярмарке, которую устраивает местная больница. Утром ей предстоит провести лотерею, а после обеда она будет продавать книги в киоске. Вот и делай добрые дела, которые потом вознаграждаются.

Крессида едва не взвыла.

Фенелла тихо, но радостно вскрикнула и раскрыла Фредди объятия.

— Только взгляни на себя, дорогой мой, — седой, важный и еще красивее, чем раньше! Ах, как же я рада снова видеть тебя!

У Фредди ужасно болела голова, ему казалось, что мозг медленно сжимают тиски. Если что и могло заставить его забыть об этой боли, так это Фенелла, одетая в розово-желтое летнее платье с подходящим по тону летящим газовым шарфиком. Ее темные глаза блестели, она все еще носила задорную стрижку в стиле Одри Хепберн, а ее ноги остались такими же стройными, как прежде. Если бы он не знал, сколько ей, то дал бы ей лет сорок пять.

— И я рад видеть тебя. — Наклонив голову, Фредди вдохнул цветочный запах духов Фенеллы и поцеловал в обе напудренные щеки. — Спасибо, что приехала. Не беспокойся, 9 обо всем позабочусь, — добавил он, когда она расстегнула сумочку и достала кошелек. — Это то малое, что я могу для тебя сделать.

Фредди заплатил по счетчику, дал таксисту десятку на чай и сказал:

— Если бы я знал, что ты поедешь поездом, я бы встретил тебя на вокзале.

— А вдруг бы ты встретил меня в том ужасном старом «Остине-7»? — Лукавый взгляд Фенеллы переместился на припаркованный у дома сияющий «даймлер» цвета бургундского. — Это твой? Похоже, дела у тебя, дорогой, идут очень даже неплохо. Я так счастлива за тебя.

Фредди понял, что ведет себя как восьмилетний мальчишка, которого приятели дразнили за то, что у него нет велосипеда, и который, получив его в подарок на Рождество, не удержался и решил проехаться на нем по улице. Сорок лет назад Фенелла не принимала его всерьез из-за отсутствия у него денег. С тех пор его дела действительно шли очень даже неплохо, но ее давнее пренебрежение продолжало донимать его, как зуд от комариного укуса. Встреча с ней и желание показать, чего она лишилась, завершили своего рода круг: он, шестидесятичетырехлетний старик, катается взад-вперед по улице, звенит в звонок и кричит: «Смотрите, я еду на сверкающем новеньком велике!»

Они обедали в оранжерее и рассказывали друг другу о своем житье-бытье. Дом привел Фенеллу в восхищение, и Фредди поведал ей, как строил свой бизнес с гостевыми коттеджами. Она, в свою очередь, сообщила, что они с Сирилом развелись после двадцати трех лет совместной жизни.

— Он рано ушел на пенсию, мы переехали в Пуэрто-Банус. Когда ты замужем за человеком, который работает без перерыва, ты большую часть времени предоставлена самой себе, — призналась Фенелла. — А когда Сирил ушел с работы, я уже не могла сбегать от него. И это сводило меня с ума. Нет, это он сводил меня с ума. Проклятие, у него даже не было желания заняться гольфом или серьезно напиться! В общем, я не выдержала. Так что мы расстались, и я связалась с Джерри Бриттоном.

Фредди стало интересно, действительно ли ее отношения с Джерри Бриттоном начались после разрыва с Сирилом.

— Который много играл в гольф и практически без посторонней помощи управлял барами в Пуэрто-Банусе, — насмешливо продолжала Фенелла. — С ним было очень весело, я снова почувствовала себя молодой и желанной. После двадцати трех лет семейной жизни с Сирилом это значило очень много, поверь мне.

— И ты вышла за него. — Фредди не мог удержаться, чтобы не задать вопрос: — Он богат?

Фенелла грустно улыбнулась и ответила:

— О да. Хотя тогда мне было под полтинник, я так и не усвоила урок. Джерри сорил деньгами, и мне нравилось, когда он осыпал ими меня. Всю свою жизнь я нуждалась в комфорте, который обеспечивает финансовая безопасность. Я была глупой, пустой женщиной, теперь мне это ясно. Естественно, Джерри превратился в полного ублюдка. Он стал спасть с кем ни попадя, унижать меня перед своими приятелями… это был самый настоящий кошмар. — Отложив нож и вилку, она тоскливо добавила: — И дело в том, что в глубине души я понимала, что заслужила все это. Это было наказанием за мое поверхностное отношение к жизни и продажность. Я заслужила возмездие, и оно расцвело во всей его красе.

— Не суди себя так строго. Во всяком случае, ты была честна во всем, — сказал Фредди.

— Ох, дорогой, смотри, куда эта честность меня привела. — Фенелла покачала головой. — Ирония заключается в том… нет, ничего, забудь.

Она отмахнулась.

— Так в чем же ирония? — все же спросил он.

Взяв бокал с шабли, Фенелла ответила:

— Ладно, но предупреждаю: мои слова могут прозвучать жалобно. — Она замолчала, отпила вина и уверенно посмотрела на него. — Я скучала по тебе, Фредди. Я любила тебя. Да, знаю, я никогда не говорила тебе этого, но лишь потому, что не могла. Я никогда не забывала тебя. Я всегда сравнивала других мужчин с тобой и сожалела, что они так мало похожи на тебя.

— На меня, который был бы побогаче. — Голос Фредди, прозвучал сухо.

— Нет, на тебя такого, каким ты был, — возразила Фенелла. — Знаешь, на это у меня ушло какое-то время, но я все же добилась своего. После развода с Джерри я могла бы выбить для себя фантастическое содержание, но не сделала этого. Я осталась без денег, вернулась в Англию и решила исправиться. Отныне деньги не правят моей жизнью. Если бы я встретила действительно хорошего человека, бедного, но честного, я бы сошлась с ним, потому что поняла, что счастье никак не связано с размером банковского счета. Фредди был потрясен.

— И что, встретила? — спросил он.

— Да, но ненадолго. — Глаза Фенеллы затуманились грустью. — Я познакомилась с замечательным человеком. Его звали Дуглас, и он работал в садовом центре. Он был беден, но это не имело значения. У нас сложились потрясающие отношения. Я была полна надежд на будущее. Однако два месяца спустя он неожиданно умер от сердечного приступа.

— Соболезную.

— Спасибо. Это было тяжелое время, просто ужасное. Я чувствовала, как будто меня наказывают за все плохое, что я сделала в прошлом. Только-только я поняла, что такое настоящее счастье, и его у меня отобрали. Это было восемь лет назад. — Фенелла достала из сумочки платок и вытерла глаза. — С тех пор у меня никого не было. Я бы хотела, чтобы был, но что-то не складывается. О, дорогой, может, это прозвучит нелепо, ноты не представляешь, как я обрадовалась, когда распечатала письмо от твоей приятельницы Лотти! И обнаружила, что ты разыскиваешь меня и хочешь увидеться! Я почувствовала себя молоденькой девчонкой. Я решила, что мне предоставляется возможность вознаградить тебя за то, что я тогда так ужасно обошлась с тобой… а еще я подумала — уже не так бескорыстно, — что мне дается еще один шанс стать счастливой с моей первой любовью. Потому что моя первая любовь — это ты, Фредди. Пусть тогда я и не могла признать этого, но это правда. Ты моя первая любовь. — Она замолчала и коротко рассмеялась. — И вот я здесь, и все опять идет не так. Наверное, меня сглазили.