Луна для влюбленных - Джейн Арчер

Брови Хейзл высоко взметнулись, и на лбу прорезались морщинки.

– Так это не шутка? Мэверик усмехнулся:

– Насколько мне известно, она настоящий редактор из Нью-Йорка.

Хейзл повернулась к Синтии:

– Так что вы делаете здесь?

– Хороший вопрос. – Синтия снова оглядела комнату. – Это долгая история. Думаю, у вас сейчас было время ее выслушать.

– Давайте-ка к делу.

– Вайоминг мне нравится.

– Верно. Это хорошее место для женщины, если она хочет начать свое дело.

Хейзл погладила Блю по голове.

– 12 декабря 1869 года правительство объявило о равноправии женщин на территории штата Вайоминг. С тех пор женщины Вайоминга имеют право голоса. Принято также еще несколько законов, защищающих наши права. Я полагаю, что Сюзен Б. Энтони может нами гордиться. Так что это не самое худшее место, чтобы обосноваться.

– Но Шайенн или Шеридан больше подходят для того, чтобы начать новое дело, чем Гус-Крик.

– Почему? – спросила Хейзл, подаваясь вперед.

– Шайенн крупнее, и к востоку и западу от него проложена железная дорога.

– У вас мышление жительницы большого города! – нахмурилась Хейзл.

– Да, но...

– Что вам надо, чтобы опубликовать книгу?

– Мне нужна рукопись, ее надо будет отредактировать. И это я могу сделать сама. Но потом мне понадобятся печатный пресс, бумага, шрифты, обложки и распространитель.

– И вы полагаете, что Гус-Крик для этого не подходит?

– Я думаю...

Хейзл подалась к Синтии:

– Вы полагаете, что мы не справимся? Синтия сделала шаг назад.

– Я думаю, будет намного легче и дешевле сделать это в большом городе.

– Отлично! – Хейзл круто повернулась к своему печатному станку, положила руку на машину, потом снова обернулась к Синтии. – Моя старая «Люси» сможет напечатать вашу книгу, если мы станем работать ночами.

– Книгу, – сказала Синтия. – А как насчет обложки, переплета?

– Она решила начать дело с издания брошюр, – подала голос Розалинда.

– С брошюр! – воскликнула Хейзл. – Так это плевое дело. Легче, дешевле и быстрее делать это именно здесь. К тому же мы сможем заработать.

– Но как быть-с транспортировкой?

– Лошади. Фургоны. Поезда. Если мы печатаем книгу, то отправляем ее куда надо.

– Но где мы станем продавать книги?

– Для этого нужна реклама в газетах. Каталоги! Книжные магазины! – Хейзл сложила руки и потерла ладонь о ладонь. – Какие заманчивые перспективы! Спасибо, Мэверик. Я здесь закисла, по крайней мере прозябала до твоего отъезда.

– Но... – Синтия в смятении приложила руку ко лбу. Все завертелось слишком стремительно.

– Я люблю, когда нужно решать сложную задачу. Целая издательская империя: газеты, брошюры, книги! – убеждала ее Хейзл.„Она широко развела руки: – И все пойдет от Гус-Крика, штат Вайоминг, территории независимых женщин. – Она посмотрела на Мэверик а: – И красивых мужчин.

Мэверик хмыкнул.

Синтия почувствовала, как мороз пробежал у нее по коже. Ее захватил энтузиазм Хейзл.

– Вы и вправду думаете?..

– Прекрасно! Можем поспорить, что все отлично получится. – Хейзл улыбнулась и протянула руку: – Договорились?

Синтия все еще колебалась:

– Я не уверена. Мне надо подумать, составить план и... – Это можно отложить на потом.

– Мне кажется, это хорошее предложение, – сказал Мэверик.

– Но я совсем не ожидала этого, – растерялась Синтия.

– Да где вы найдете лучшую возможность? – улыбнулась Хейзл, все еще протягивая руку.

– Лови ее на слове, – посоветовала Розалинда.

– Я хочу принять в этом участие. – Синтия посмотрела на Мэверика.

Он улыбнулся:

– Не думаю, что ты найдешь лучшее предложение во всем северном Вайоминге.

– Так, ты давно это решил, – догадалась Синтия.

– Я подумал, что вы с Хейзл поладите. Синтия глубоко вздохнула и кивнула:

– Верно, это самое лучшее, на что я могла рассчитывать. А почему бы и нет? Можем попробовать сначала издать буклет о травах, которые знает Розалинда.

Синтия пожала руку Хейзл и заметила, что испачкала пальцы чернилами. Хейзл хмыкнула:

– Должно быть, у вас всегда чистые руки, по, если станем партнершами, придется привыкнуть к любой, в том числе черной работе.

– И мне тоже придется привыкнуть к этому, – сказала Розалинда.

– Это когда ты не будешь пасти скот, – напомнил Мэверик.

Женщины недоуменно посмотрели на него. Он поднял руки вверх в знак капитуляции:

– Простите меня, но вам следует помнить, что у меня ведь ранчо, а за ним надо присматривать.

– У тебя все получится, – сказала Хейзл.

– Что ты хочешь сказать?

– Я расскажу тебе об этом за большим сочным бифштексом, которым ты обещал угостить меня. – Хейзл взяла в руки «кольт» и махнула им в сторону входной двери: – Встретимся в шесть. А пока что мы с Блю поработаем. У нас дел невпроворот.

– Мне нравится Гус-Крик, – сказала Розалинда, стоя на берегу реки.

Синтия была рядом. Мэверик грузил в свой фургон припасы, закупленные для ранчо. Они собирались отбыть на ранчо на рассвете, проведя ночь в пансионе городка Гус-Крик. Все необходимое они закупили в торговом центре. Лошадей Мэверик оставил в городских конюшнях. Он выпил виски в салуне, и им предстоял обед в кафе Гус-Крика. Название реки в этом городке непременно присутствовало на вывесках различных заведений, будь то кафе, салун или что-либо другое. Для того чтобы избежать путаницы, каждый магазин, или лавка, или кафе указывали также род деятельности. Так как каждое заведение специализировалось на чем-то одном, это отлично срабатывало.

Синтия огляделась. Ей пришлось признать, что городок Гус-Крик к северу от Шеридана, названного так в честь генерала Соединенных Штатов, был очаровательным. Его особенность заключалась в том, что он был расположен в самом красивом месте на территории Вайоминга. К западу от него находились горы Биг-Хорн, отроги горной гряды южной Монтаны. Они простирались почти до центрального Вайоминга. Далее змеилась река Биг-Хорн. К северу от городка была расположена резервация индейцев кроу. Синтия оказалась в самой сердцевине страны легенд. У нее возникло ощущение, что она в ловушке между прошлым и будущим. Синтия была на подъеме, потому что ей казалось, что мечта об издательском доме скоро воплотится в жизнь. Она догадывалась, что такое благосклонное, доброжелательное отношение к этому местечку было отчасти следствием ее привязанности к Розалинде и Мэверику. И все же нельзя было отрицать, что в Гус-Крике ее приняли тепло, а Хейзл стала живым воплощением ее мечты. Ночью Синтии снова снились привычные сны о человеке с лицом, скрытым тенью. Но она не могла сказать, был ли то Мэверик или кто-нибудь другой.