Луна для влюбленных - Джейн Арчер

Синтия потрогала нежную ткань своей сиреневой хлопчатобумажной блузки, разгладила лиловую саржевую юбку и улыбнулась. По крайней мере на ней была чистая новая одежда. Она купила также блузку в синюю и белую клетку и темно-синюю юбку с разрезами. У нее еще оставалась шелковая шаль, столь хорошо сочетавшаяся со всеми ее туалетами, и белая блузка с зеленой юбкой, в которых она была в Денвере.

Синтия посмотрела на Розалинду, бросавшую в воду камешки. Они купили для Розалинды практичную одежду, белье, обувь, а также кое-какие книги. Мэверик приобрел два тяжелых зимних плаща и перчатки на меховой подкладке и настоял на том, чтобы упаковать их сразу. Кроме того, он позаботился о небольших подарках для всех людей, работавших на его ранчо. Синтия, конечно, волновалась перед встречей с его друзьями, но все это могло подождать до завтра, ведь путь до ранчо предстоял неблизкий.

Синтия глубоко вдыхала ароматный воздух и слушала шелест трав на берегу и звуки ночной жизни животных. И она, и Розалинда молчали. Мимо них пробежал кролик, на верхушке тополя распевал луговой жаворонок, а высоко в восходящих потоках воздуха парил сокол. Бабочка перелетела с оранжевого цветка индейской ястребинки на красный. Ястребинка тонула в густой буйволовой траве, покрывавшей оба берега реки.

Сцена была столь идиллической, что Синтии захотелось сохранить ее для потомства на фотографии или по крайней мере в своей памяти.

– Тебе здесь нравится? – спросила Розалинда.

– Да. Я и не представляла, что существует место, где животные и растения чувствуют себя комфортно.

– Интересно знать, как долго оно таким останется.

– Надеюсь, навсегда. А тебе здесь нравится?

– Красиво, но на моей родной земле лучше.

– Да, юго-запад тоже красив, но эта земля мне приглянулась.

– Могу сказать почему, – ответила Розалинда, – ты все еще носишь кристалл яки.

– Да, – Синтия снова дотронулась до кристалла, – пока он приносил мне удачу. По крайней мере я так думаю.

– Не сомневайся в силе кристалла яки. Твоя подруга почувствовала, что следует тебе прислать.

– Я послала Виктории телеграмму из Шеридана, Она должна знать, что я добралась сюда благополучно. Я послала также телеграмму Вайолет в Лордсберг.

– Как ты думаешь, когда отец Баптисте получит мое письмо, отправленное из Шеридана?

– Не могу сказать, но, уверена, оно дойдет до него.

– Надеюсь, что он скоро узнает мой новый адрес. Синтия усмехнулась:

– Уверена, что отец Баптисте тебе напишет.

– Может быть, он тоже работает над книгой.

– Надеюсь. Думаю, он сообщит нам, когда книга будет готова.

Розалинда кивнула, потом бросила в воду еще один камешек.

– Рада, что теперь ты полюбила чтение, – сказала Синтия.

– Мне и писать нравится, – ответила Розалинда, подняв голову. – А я рада, что теперь ты отлично ездишь верхом.

Синтия улыбнулась:

– У меня не было выбора. Но сейчас мне кажется, что я скучаю по верховой езде. Мне бы хотелось заниматься этим на ранчо.

– А еще мы научим тебя стрелять из «кольта» и «винчестера». На Западе такие навыки необходимы.

– Пожалуй, я вынуждена согласиться с этим после того, что мы пережили, – сказала Синтия нерешительно. – И мне хотелось бы узнать больше о растениях, которые ты собираешь в медицинских целях и для еды.

Розалинда огляделась:

– Здесь другие растения, и мне еще предстоит их изучить.

– Мэверик найдет кого-нибудь, кто знает их и сможет рассказать тебе.

– Если захочет, то найдет.

Они замолчали, наслаждаясь ласковыми предзакатными лучами солнца и любуясь ослепительно красными, оранжевыми, багровыми и лиловыми полосами на небе.

– Вот вы где, – сказал Мэверик, приближаясь к ним.

– Все сделано? – спросила Синтия. Здесь, на этой земле, Мэверик казался ей выше ростом. Он улыбался чаще, и складка озабоченности, залегавшая между его бровями, теперь исчезла.

– Да, мы можем выехать на рассвете, но я всегда что-нибудь забываю, – сказал Мэверик. – Мне все-таки надо вернуться в город и поговорить с Хейзл. Прежде чем ты появишься там одна, я должен все разведать. Я чувствую в городе большую напряженность. Хейзл сообщит мне за ужином последние новости.

– Не стоит волноваться раньше времени, – сказала Синтия.

– Владельцы ранчо живут здесь в мире с индейцами, фермерами, овцеводами и горожанами. Раньше было много насилия, но сейчас мы помогаем друг другу, а если возникают разногласия, решаемых полюбовно. Мы стремимся к мирной жизни, когда все вокруг думают только о том, как заполучить еще один золотой с орлом. Мы, старожилы, не гоняемся за деньгами, а хотим спокойной жизни.

Синтия улыбнулась:

– Мы с Розалиндой почувствовали, что здесь наш дом. Мне понравился этот городок. И Хейзл.

– А мне Блю, – вступила в разговор Розалинда.

– Я рад.

– А теперь мы готовы посмотреть на твое ранчо, – решила Розалинда.

– Завтра. – Мэверик указал рукой на город. – А теперь, леди, пошли. Я угощу нас самым толстым, самым сочным бифштексом, который вы когда-либо ели.

– Я просто умираю от голода, – сказала Розалинда и поспешила вперед.

– А я, – заметила Синтия, – съела уже столько бифштексов, что они начинают мне нравиться.

Она взяла Мэверика под руку, и они направились к Мэн-стрит. Розалинда, подпрыгивая, бежала впереди, напевая вполголоса какую-то песенку на языке яки. Они шли по тротуару к кафе «Гус-Крик».

Когда они подходили к кафе, их окликнули. Мужчина в серых брюках и рубашке, стетсоне и черных ковбойских сапогах приближался к ним на вороном коне. Разглядывая их прищуренными серыми глазами, он положил руку на рукоять «кольта» 45-го калибра.

Мэверик замер. Синтия тотчас же почувствовала изменение в его настроении и потянула Розалинду к себе.

– А я думал, мы выжили тебя из города, Монтана. – Голос незнакомца источал яд.

Мэверик пожал плечами, и рука его машинально потянулась к поясу, украшенному двумя «кольтами».

– Я слышал, что ты прихватил с собой парочку прелестных леди.

Незнакомец позволил своему взгляду прогуляться по фигурам Синтии и Розалинды.

– Они знают о твоем прошлом?

Синтия почувствовала, как в пей закипает гнев при этом ничем не спровоцированном оскорблении. Розалинда тоже оцепенела.

– Они знают все, что им требуется знать, Далтон, – ответил Мэверик.

Синтия почувствовала, как по всему ее телу пробежала дрожь, и дотронулась до кристалла яки, чтобы почерпнуть в нем силы. Значит, это и есть возмутитель спокойствия. Она теперь рассматривала его более внимательно.